Я распахнула глаза и огляделась. Мы словно находились в амфитеатре. Люди были везде: крышах зданий крепости, вдоль стен располагались огромные лавки в виде ступеней, и они были все заняты как тенями, так и простым людом. Я ощутила тычок в спину и двинулась в центр импровизированной арены. Наконец мой экспорт остановился и стражи отошли от меня на несколько шагов, по-прежнему окружая. Передо мной возвышался огромный подиум, где расположилась в богатых креслах королевская чета. Слева от их телохранителей восседал на лавках весь состав Верховного Совета, за исключением меня, а справа – одиннадцать теней-судей отбора и Армин…
Голубоглазка смотрел на своих оппонентов, словно не замечая: что все внимание находящихся на подиуме было приковано к моей скромной персоне. Армин выглядел значительно лучше, нежели с нашей последней встречи. Я попыталась ощутить его эмоции, но ничего не чувствовала, хоть и успешно проделывала это раньше в камере, находясь уже даже без кольца. Мне отчаянно захотелось взглянуть в глаза любимого мужчины, но он будто специально не смотрел в мою сторону. В этот момент мне стало очень одиноко меж этой тьмы народа, и я обхватила себя за плечи, стараясь закрыться ото всех. Гул толпы слегка стих, когда один из судей-теней поднялся с лавки и прошествовал вперед, остановившись у самого края подиума:
- Герцогиня Алеста Эмила де Агроз, вам предъявлены следующие обвинения: мошенничество и подлог личности, незаконное прохождение отбора в службу Теней, убийство тени Райвила и убийство его величества принца Леона… Согласно букве закона королевства Асмодас…
- Кем предъявлены? – прервала оратора я, вздернула подбородок и уставилась в глаза короля.
- Его величеством Михелем Иоланом де Картос.
- Что ж, я отвечу его величеству по каждому из обвинений в адрес моей персоны… - расплылась в улыбке я.
Обвинитель растерянно оглянулся на своего повелителя. Если бы я находилась к нему по ближе, то уверенна: услышала бы скрип зубов венценосной задницы. Он неудовлетворенно поджал губы и выдохнул так: что ноздри раздулись. «Как еще пар из ушей не повалил…» - наслаждалась я произведенным эффектом. Собственно: это были мои последние мимолетные радости, так что отказывать себе в удовольствии побесить напоследок короля вот уж очень не хотелось.
- Герцогиня, вам не давали права слова, - пришел в себя оратор.
- С чего бы? – вздернула бровь я. – Даже смертникам положено последнее слово. Так о каком там мошенничестве и подлоге личности идет речь? Не просветите?
- О том: что вы выдавали себя за своего брата: герцога Алекса де Агроз.
Едва обвинитель мне ответил, как шум толпы окончательно свелся на нет. А вот это уже интересно… неужели всем интересно послушать: что я скажу?
- И что с того? Разве я не являюсь наследницей де Агроз? Какой может быть подлог личности, если я пользуюсь именем собственного рода, собственным имуществом и собственным наследством?! И пусть имел место небольшой спектакль, но он происходил в рамках моих личных дел. Так о каком мошенничестве идет речь?! В отличие от некоторых я не посягала на чужое, - злорадно хмыкнула я в сторону трио советников, о которых говорила. – Эти обвинения считаю ложными!
Словно камыш на реке заколыхалась толпа народа: как простой люд, так и тени. Началось какое-то бурное обсуждение среди наблюдателей. А ведь им действительно интересно – слушания же по моему делу не было! Между тем оратор продолжал настаивать:
- Но вы выдавали себя за своего брата!
- Да что вы заладили: выдавала и что? Я не присваивала себе чужой род, не женилась ни на ком, не обкрадывала чужие счета! На кого я оформляю документы и как располагаю своими деньгами – это никого не должно волновать. Кому помешал мой маленький маскарад? Я отвечу вам: лишь тем, кто убил Алекса! – парировала я.
- Вы под личиной герцога Алекса проникли на территорию крепости и попытались пройти отбор в тени – что вы на это скажете? Это тоже ложные обвинения? – не сдавался судья.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Почему же попыталась? Я прошла! – оскалилась я, скидывая рубашку.
Я развернулась к подиуму спиной, собрала волосы и опрокинула их вперед на грудь. Толпа ахнула, а мои охранники в удивлении округлили глаза. Тонкая лямочка майки не мешала рассмотреть на оголенной лопатке метку тени. Я вновь развернулась к судившим меня людям. На лицах близнецов и Крис мелькнули улыбки, а Демиан ехидно прищурился в одобрении моих действий.
- Женщина не может быть тенью! – побагровел лицом обвинитель.
- Кто это сказал? Где написано: что женщине противозаконно проходить отбор? Я не знаю о таком законе, и как видите: Источник Истины тоже с ним незнаком. Я прошла отбор наравне со всеми, получила метку в священных водах, поэтому я имею полное право называть себя тенью, имею право карать… Считаю это обвинение ложным!
- Вы обманули Источник Истины, нашли какой-то незаконный ритуал!!! – верещал судья-тень.
- Ложь!! – разнесся по площадке твердый и уверенный голос любимого мужчины. – Я лично проводил ритуал с герцогиней де Агроз. Или вы хотите обвинить в беззаконии верховного мастера службы Теней? – обратился он к оратору.
«Верховного?! Оооо… много же я пропустила… А где в таком случае Тар?»
- Докажите то, о чем сказали! – поддержала я голубоглазку, нападая на судью. – Иначе я подам на вас в суд за клевету! Вот этот закон я хорошо знаю.
В этот момент с лавки поднялся злющий герцог де Мулен:
- Ты убила тень! Рассказать тебе про этот закон?!
- Покарала! – парировала я. – Тень Райвил каким-то образом извратил суть миротворца, которым должен бы являться. Он самолично признал при свидетелях: что убил моего брата – наследника одного из двенадцати высших! Он похитил и пытал тень Армина! Если метка тени позволила ему совершать такое, значит: он считал свои действия миротворческими. Герцог, ваш зять был больным на всю голову!
- Подтверждаю правду! – подал голос Армин, все еще не смотря на меня.
- Подтверждаю! – поднялась с лавки и воскликнула Крис.
- Подтверждаю! – последовали ее примеру Демиан и близнецы де Асмос.
Толпа возмущенно загудела. Краем глаза я наблюдала за разгневанными миротворцами-коллегами. Их самообладание могло дать сбой в первую очередь, ведь тени не терпят насилия. Гул стал громче, а через мгновение по площадке пронесся голос короля:
- Ты убила моего сына! Его ты тоже считала больным?!
- Ваше величество, ваш сын угрожал жизни тени Армина. В обмен он требовал присягнуть ему клятвой на крови и отозвать мои взыскания по вопросу возвращения наследникам высших родов их имущества! Найдите хоть в одном моем слове правомерное действие: терроризировал, шантажировал, поддерживал беззаконие!
- Не тебе говорить о беззаконии!!! Я король – я закон! И если захочу: заберу у всех наследников их владения. Лишу наследства любого, если посчитаю нужным. Я приговариваю тебя к казни! – подскочил он с кресла и прошел в центр платформы.
Секунда, две… пять. Стражи не спешили звать палача, как собственно: он и сам не торопился… никто не даже не дернулся, чтобы выполнить приказ своего повелителя. «Вау!» - едва удержала я при себе по-настоящему радостную улыбку.
- Если король будет менять законы по своей прихоти, разве в королевстве будет правопорядок?! – громыхнул знакомый голос, и я повернулась: за моей спиной за цепью стоял Тар. – Если король будет отбирать нажитое имущество, разве его будут поддерживать подданные?! Если король будет казнить миротворцев – теней, стоящих на страже справедливости, разве они будут его защищать ценой своих жизней?!
Мне казалось: что я оказалась в шторме. Словно раскаты грома пронеслись над людской толпой. Народ был не доволен: «Помиловать тень!», «Долой с трона де Картос!», «Освободить де Агроз!». На подиуме многие тени тоже нахмурились и недовольно смотрели в сторону его величества, как и многие из советников. Что-что, а вот остаться без гроша без причины, а просто по щелчку пальца Михеля – такая перспектива не радовала даже их. Я услышала звон цепи и обернулась, мои сопровождающие охранники расцепили антимагическую ловушку и скрутили цепь. Ко мне подошел Тар и обнял за плечи.
