— Тогда он точно от нас сбежит, — уверенно сказала Весяна. — Мой батюшка всегда убегал из дома, когда матушка мешала ему сливовую наливку пить.
— Ага, — только и сказал Ленц. — Тогда пошли в другое место напьемся.
— Пошли, — поддержал его Ваня, которому очень хотелось напиться. Потому что сегодня был дурацкий день. Потому что, как оказалось, боялся он совсем не того. Плевать местным магам на попаданцев. Эти попаданцы попадают сюда отовсюду, судя по всему. Некоторые благополучно в болоте тонут, некоторые оказываются великими женщинами или основателями баронского рода, остальные тупо сливаются с местным населением и живут себе как умеют. Ни тебе великой магической силы и пророчеств про этот мир только тебя и ждал, ни научного интереса, ни уверенности, что все попаданцы несут в себе зло. Скучно.
А еще Ваня теперь не был уверен, что Томия из того же мира, что и он. Скорее она из какого-то совсем другого. А спросить он не решался. Вдруг, она тоже боится, что узнают ее тайну и как-то странно на это отреагируют? Не зря же всем говорит, что не помнит кто она такая.
Наверное, все попаданцам приходит в головы идея изображать амнезию.
С этими мыслями Ваня и дошел до кабака, который Ленц узнал по запаху — из открытого окна несло жареным луком, пролитым пивом и чем-то копченым.
При ближайшем рассмотрении кабак тоже оказался скучным. Посетители больше всего напоминали разнорабочих, решивших пропить всю зарплату, ни тебе кольчуг, ни огромных гномских топоров, ни ведьм, пляшущих на столах.
— В лесу и то было интереснее, — пробормотал попаданец, и уселся за стол с мрачным выражением на лице.
Возможно, из-за этого выражения подавальщица долго не подходила, протирая тряпкой другие столы и о чем-то щебеча с разнорабочими. Потом все-таки пришла, выдала широкую улыбку и перечислила блюда. Впрочем, пиво и заказанную мясную и сырную нарезку она принесла быстро. И все оказалось очень вкусным, немного примирив Ивана с действительностью.
— А вообще, у нас практика, — рассказывал Ленц, спустя час и три кружки пива. — Нас на эту практику послали... так послали...
— Далеко, похоже, послали и неприлично, — сделал вывод Ваня. Студентусы ему сейчас казались отличными ребятами.
Ленц кивнул и подмигнул Весяне. Из-за чего она хихикнула и попыталась спрятать лицо за пивной кружкой.
Томия неодобрительно на нее посмотрела. Пускай пивные кружки здесь даже маленькие, как утверждал бортник, пить наравне с парнями для девушек нехорошо. Сама Томия пила только вторую. Правда, пива там оставалось на дне. Но она честно пыталась его растянуть, попутно обдумывая важную проблему — выходить замуж или не выходить, а следовательно, возвращаться домой или нет. Домой ей не очень хотелось. Замуж пока тоже, но ведь все может измениться. И Шелест вон какой красивый. И глаза у него темные, но не черные и не карие, а темно-серые, такие часто у младенцев бывают. Красиво же.
А еще, как сказала Весяна, парень с деньгами — уже хорошо. Потому что без денег хуже. Она знала, она побывала в такой ситуации и ей не понравилось.
А еще Шелест сильный маг, а значит — знатная добыча.
Томия хихикнула и перевела взгляд на Дамира. Но он почему-то показался ей слишком серьезным. А Ленц наоборот — слишком несерьезный.
— Да, баланс, во всем нужен баланс, — сказала она пиву по секрету и улыбнулась Шелесту. Так, на всякий случай. Потому что умные девушки знатную добычу не упускают. Так говорила старшая сестра. — Правда, сама замуж не спешит, — поделилась Томия с пивом следующим секретом.
Ване на колени запрыгнул кот и он начал его наглаживать, рассуждая о том, что мог бы дрессировать кошек.
Томия посмотрела еще и на него, но решила, что бортник точно не подходит. У него и магия странная, и целое село безутешных мечтательниц о гареме, и вообще, он был какой-то не такой.
Девушка вздохнула и отпила еще пива.
Весяна заливалась колокольчиком, слушая пошлые Ванины анекдоты, которых он, похоже, знал великое множество. Дамир и Ленц поспорили о том, смогут ли коротким импульсом силы перебить балку, но, к счастью, были вовремя остановлены бдительной подавальщицей, уговорившей их проводить испытания на деревьях в лесу. А Шелест сидел, о чем-то думал и мечтательно улыбался.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И все бы было хорошо, если бы не ввалившиеся в кабак новые посетители. Целых шесть штук.
Эти посетители, видимо, были из тех мужиков, чьи ревнивые жены хотели бросаться в Весяну камнями. Они дружно на нее уставились, разулыбались, немного попереглядывались и решительно поперли к столу, за которым она сидела.
— Хороша девка, — причмокнул один, глядя на Перчика так, словно вообще не видел женщин с полгода.
Томия сразу засомневалась, что жены у этих особей есть, и мысленно обозвала их каторжниками, сбежавшими с каменоломни. Вид у них был подходящий, одежда серая от въевшейся пыли. И рожи достаточно разбойничьи.
— С какими-то мальчишками, — выдал второй и громогласно заржал, запрокинув голову.
— Айда с нами, — предложил третий и протянул лапищу к Весяне.
Она пискнула и попыталась отодвинуться.
Четвертый мужик тоже заржал, оттолкнул третьего и попытался схватить Весяну за плечо.
Студентусы несколько растерялись от такой наглости — до сих пор их знакомых девушек никто не пытался хватать и выволакивать из-за столов. Видимо накидки магов-недоучек охлаждали пыл разных ценителей красоты.
Томия инстинктивно схватилась за один из уменьшенных мечей, примотанных к предплечью лентой.
И только один Ваня поступил решительно и храбро. Он ссадил с коленей кота, вскочил, схватил свой стул за спинку и хряснул им мужика по голове, благо он очень неудачно для себя наклонился. Мужик добросовестно боднул стол и прилег отдохнуть у ног прекрасной девы. Правда ноги она тут же поджала, а потом и вовсе слезла со стула и спряталась за Ваню.
Приятели пострадавшего от любви к прекрасному переглянулись, пожали плечами, а потом самый страшный заревел:
— Да вы что?!
— Ой, мамочки, — пискнула Весяна и даже присела немного.
Томия от неожиданности покачнулась на стуле и чуть не упала. Зат, наконец, вспомнила, что собиралась испытать боевую магию и от всей души отвесила ревуну оплеуху силой. Его отнесло в сторону и уложило на стол к мирно там кушавшим кашу мужикам. Те от огорчения, что лишились еды, уронили летуна на пол и стали его пинать.
— Да я вас! — заорал еще не успевший высказаться каторжник и бросился вперед.
Томия почему-то хихикнула, белкой вскочила на стол и красиво пнула бегуна снизу по подбородку, не забыв добавить еще один импульс силы. Воин она в конце-концов или бесполезная козочка? Мужик, красиво раскинув руки, подлетел вверх, протаранил головой балку, о которой спорили студентусы, и тяжело рухнул на пол. А Томия едва не сверзилась со стола, но ее поймал Шелест, вернул обратно, а потом ветром оттолкнул троих оставшихся каторжников.
— Шли бы вы домой, — сказал серьезно. — Пока на ногах стоите.
Но хороших советов эти типы, видимо, не слушали принципиально. Потому что один схватил стул и швырнул в Томию, второй схватился за вязку каких-то подвесок, а третий и вовсе поднял над головой стол и бросился мстить за приятелей.
Стул разлетелся в щепки, столкнувшись со щитом, выставленным Дамиром. Томию сдернул со стола и запихнул себе за спину Шелест, тут же отправивший во владельца подвесок кружку с недопитым пивом. А Ленц вообще заорал, как сумасшедший, и сделал странное движение руками — сверху вниз, постепенно сведя ладони вместе. И стол, поднятый мужиком, переломился пополам, треснув обеими половинками его по голове. Мужик с подвесками тоже не разминулся с кружкой, не до летающих предметов ему было, видимо выискивал убийственный амулет. И остался метатель стульев совсем один. Поступил он, правда, странно. Огляделся вокруг, а потом галопом умчался из кабака.
