Читаем без скачивания Темная сторона Сети (сборник) - Олег Кожин

В горле стоял комок, безводные протоки пищевода скрипели и шуршали. Марина налила себе минералки, медленно выпила, стараясь успокоиться, и отставила стакан в сторону.

Dolce Vita: Я даже представить боюсь, что она сотворит на Хеллоуин!

Psycho Delia: О, правда скоро хелавин! Надо бы замутить что-нить эдакое…

Святая Инквизиция: Побойтесь гнева сатанинского, еретики! Переплюнуть Moon Child в безобразии – значит сравниться в величии с Повелителем Ада! Усмирите гордыню, дети мои, говнари и херки! Аминь.

Снова перехватило дыхание. Марина потянулась к минералке… Сделав несколько глотков, она вдруг, словно очнувшись, уставилась на стакан. Тот был полон. Не прошло и пяти минут, как она осушила его, но чертов стакан был полон. Прозрачная минералка пузырилась в нем прохладной нетронутой свежестью. Марина заставила себя выпить всю воду. Шумные глотки отдавались болью где-то в переносице, а край стакана то и дело стукался о передние зубы. Запрокинув голову, девушка стряхнула на язык последнюю каплю и поставила стакан на стол перед монитором. Стакан был полон.

Марина с силой столкнула его со стола так, что он шваркнулся об стену и вдребезги разбился, вода наконец-то вылилась, разлетевшись в стороны и изобразив на обоях мокрую кляксу, похожую на раскинувшую крылья ворону. Одно из мокрых «перьев» достало до электрической розетки и исчезло внутри, другие стекли до самого плинтуса тонкими темными ручейками.

Так, значит, скоро Хеллоуин? Отлично. Пока эти лузеры будут малевать «мертвую голову» на своих самодовольных рожах, она подарит им зрелище, которое им в страшных снах не снилось!

Так и есть, сегодня ближе к вечеру эти недоумки начали выкладывать свой жалкий косплей Шкуроморда, Мортишии Адамс, Фредди Крюгера, Пеннивайза и самые нелепые вариации на тему Дракулы. Дождавшись полночи, Марина пошла на кухню и взяла нож. Держа смартфон перед лицом, она быстрым и точным движением воткнула лезвие в правый глаз. Послышался влажный чмокающий хруст, и по щеке потекла комковатая студенистая жидкость. Боли не было, как до этого не было голода. Марина улыбнулась, когда вспышка камеры осветила ее лицо, потом вытащила нож. Порванное веко свисало на щеку тонким розовым лепестком. Кровавые сопли тянулись от глазницы к ножу, капали с пальцев, пачкали сенсорные клавиши, пока она размещала новое фото.

Лунный Кот: Вашужмать!!!!!!!

Nebo Indigo: Спасибо, блеванул:(

Psycho Delia: Хелавина веселее, пожалуй, не припомню. Ей надо дать оскар за спецэффекты!

Макс Фишер: Вы уверены, что это постановка? По-моему, какой-то псих глумится над настоящим трупом.

Шут Гороховый: Есть специальные ножи для таких фокусов. В сети полно видео, где всякие дебилы себе руки режут. Выглядит натурально.

Упырь Карпатский: То руки, а то глаз. ОН ЖЕ ЛОПНУЛ! Там же видно – лезвие до самого мозга вошло.

Glupo Prosto: Нет там никакого мозга…

Psycho Delia: И не было.:(

Лимонная Долли: Я пожалуй, отпишусь. У меня нервы не железные.

Маск Фишер: Да я тоже отпишусь. Отстойная группа. Саенара, DarkSide!

Лимонная Долли: Чмоки-чмоки!:)

Dark Side: Админ и сам уже думает прикрыть группу. Некрофилия – не наш профиль, а удалить эту ац-цкую хрень никто не может. Никто.

Dolce Vita: Это ужас! УЖАС! Люди, это кошмар! Посмотрите на нее! Она же… УЛЫБАЕТСЯ!

Марина и сейчас улыбалась, просматривая комментарии одним глазом. Она наконец-то произвела впечатление!

Девушка достала из шкатулки черную шелковую розу, прицепила ее к такой же ленточке и наложила эту гламурную повязку на правый глаз. Точнее, на пустую, сочащуюся буро-розовым соком глазницу. Лента норовила соскользнуть с голого черепа, обтянутого расползающейся кожей, желтой и растрескавшейся, как гнилая дынная корка. Скоро будет новое селфи – черная повязка в виде готичного цветка не оставит равнодушным ни одного фетишиста в DarkSide!

Марина с упоением перечитывала комментарии, количество которых перевалило за сотню. В какой-то момент ей показалось, что в комнате стало светло, за спиной ходят какие-то люди, звучат разговоры, но она настолько была погружена в удовольствие, вызванное бурным обсуждением в паблике, что позволила этим смутным видениям остаться где-то на самом краешке сознания, подобно забытому фильму…

Она застыла, замерла во времени, как пришпиленная булавкой бабочка, и очнулась только от внезапного ощущения сползающей с костей плоти. Она текла, как расплавленный воск, она вся превращалась в дождь из кровавых сгустков. На мониторе отсвечивали какие-то дрожащие вспышки. Марина медленно повернула непослушную, не тверже сыра, шею – по всей комнате плясало оранжевое пламя, метались смазанные полупрозрачные фигуры, издавали приглушенные, как из-под земли, крики.

Чудесно! Селфи на фоне огня – то, что нужно. Марина взглянула в зеркало. Из-под повязки с черной шелковой розой на голую кость скулы вытекал кипящий желто-зеленый гной. В сочетании с алой помадой будет очень даже ничего. Смело, экстравагантно. Новое селфи будет самым эффектным!:)

Дмитрий Лазарев

«Кадиллак Эльдорадо»

© Дмитрий Лазарев, 2015

Парнишка зашел в школу после девяти, когда в классах уже начались уроки. Ничем не примечательный – выцветшая фланелевая курточка, чумазые ботинки, перепачканные осенней грязью, большой тяжелый рюкзак на узких плечах. Из-под шапки выбивались жиденькие белесые волосенки. Бабка на вахте покосилась неодобрительно, смолчала. Охранник мазнул равнодушным взглядом и вновь погрузился в свою газету.

Парнишка поднялся, не раздеваясь, на второй этаж, на ходу стаскивая со спины рюкзак, вытащил то, что там лежало, сжал в руке, взвесил, остановился перед дверью в класс. Опустил голову, словно собираясь прочесть молитву, – куда там! Вдохнул, потянул ручку на себя, вошел.

Толстуха стояла возле доски, необъятные телеса были затянуты в безвкусное платье, в жирной руке – указка. Тихий шум переговаривающихся голосов, шаг, удивленные взгляды, еще три шага, и – обрушившаяся сверху тишина. Он поднял руку. Бах!

Мерзкая башка лопнула, как арбуз, тоненько загудело в ушах, с грохотом рухнуло тело, перевернув стул. Разбитые очки с толстыми линзами отлетели в угол. Больно отдало в руку. Он повернулся – к тем, замершим, остолбеневшим, вытаращившим глаза в немых воплях. Рыжий, сука, бах! Вашикова, шлюха, бах! Бах!

Они завопили, падая. Жирный прилип к месту то ли в шоке, то ли слишком туго соображая. Бах! За первой партой подружки-отличницы, две каменные статуи, хорошие… дальше – Пича, гондон. Уже ныкается… бах! В углу Фарид, все еще хочешь десятку? Бах!