глубоко внутри. – Анжела не должна пострадать или узнать о чем-то. Ни при каких обстоятельствах. Предупреди своих людей, чтобы были крайне осторожны.
Глава 22
Идти на работу на следующий день было тяжело. Сашу не оставляло чувство вины, и она боялась встретиться с начальником, в очередной раз ставшим свидетелем ее слабостей. Рассказ о случившемся Павлу не понравился. Это было как раз то, чего мужчина боялся: что в критической ситуации жена не справится с обстоятельствами и пострадает. Он не мог не оценить оперативности действий Макеева, но легче не становилось.
– Уверена, что хочешь продолжать уроки?
– Ты против?
Павел покачал головой.
– Не в этом дело. Я боюсь за тебя, Сашунь. А если бы он не успел? Понимаешь, что могло бы случиться?
Саша смотрела на него широко распахнутыми глазами, прекрасно понимая, как он волнуется, но была уже не в силах отказаться. Не собиралась останавливаться сейчас, когда впервые за много лет удалось хотя бы отчасти преодолеть свои бесконечные страхи. Утром после душа она минут десять ошеломленно рассматривала расползшийся по колену синяк, оставшийся после удара Дмитрия. Боль была несильной, но осознание того, что именно этому человеку удалось сотрясти ее перекошенный мир, не давало успокоиться. И возвращаться назад она не хотела.
– Такого больше не повторится.
Откуда-то появилась уверенность, и хотелось, чтобы поскорее наступил вечер, и можно было продолжить вождение. Если, конечно, Макеев не передумает. Она собиралась серьезно с ним поговорить, еще раз извиниться, но любой ценой удержать полученную возможность, до конца не сознавая причину собственной настойчивости.
– Ты ведь разрешишь мне и дальше ездить?
Муж рассмеялся.
– Когда это ты нуждалась в моем разрешении?
– Паш… – потерлась лбом о его плечо, ощущая какую-то неловкость. – Прости, но я хочу… Хочу продолжить.
Он стиснул руки на ее спине, притянув к себе и легонько чмокнув в волосы.
– Все равно ведь поступишь по-своему… Упрямая… Но знаешь, малыш, мне это нравится. Ты давно ни на чем так не настаивала.
Едва Саша оказалась в офисе, секретарь передала распоряжение начальника о предстоящих планах на день: ее услуги были необходимы на предстоящей встрече с иностранными партнерами.
– Дмитрий Сергеевич подъедет прямо в ресторан, у него сейчас дела в городе.
В словах Людмилы Борисовны звучала какая-то недосказанность, словно та хотела произнести еще что-то, но никак не могла решиться. Саша задержалась в кабинете, внимательно глядя на женщину.
– Что-то случилось?
Та вздохнула, чуть виновато улыбнувшись.
– Сашенька, Вы простите меня… Это не мое дело, но…
Она, наконец, решилась.
– Мне не понравилось, как он выглядел сегодня утром. Совсем не бережет себя: усталый, бледный. Я намекнула, что мы здесь без него справимся, пусть отлежится, да он разве послушает? Вы присмотрите за ним…
Саша растерялась. Речь шла о начальнике, а не о маленьком неразумном ребенке, нуждающемся в опеке. Еще более странно было слышать подобные заявления из уст секретарши. Женщина уловила ее сомнения.
– Сам никогда не признается, а я видела, как он часто пьет какие-то таблетки. И нет у него никого, случится что, даже помочь некому.
Такая осведомленность о личной жизни директора показалось странной. И для чего все это говорится именно ей? Лишь в связи с предстоящей встречей? Или есть что-то еще? Тут же дал знать о себе очередной приступ мнительности: она так привыкла везде искать подводные камни, а Макеев весь – сплошная загадка.
Но ожидание в глазах Людмилы Борисовны было совершенно бесхитростным, и Саша заставила себя кивнуть.
– Я поняла. Конечно, присмотрю за ним… – хотя, как именно будет это делать, не могла себе даже представить.
Одного взгляда на Дмитрия оказалось достаточно, чтобы понять: сердобольная секретарша права. В таком виде Саша начальника еще не встречала. В первое мгновенье даже возникла мысль, что тот пьян, но она ее тут же отмела: не походил Макеев на сумасшедшего, решившего явиться на важное мероприятие в нетрезвом состоянии. Значит, действительно был нездоров. Лицо казалось помятым, а припухшие глаза воспаленно блестели. Слишком часто моргал, пытаясь сфокусировать взгляд на ком-то из говорящих, но это давалось с трудом: Саша видела, что мужчина почти не улавливает сути разговора. Одни и те же фразы приходилось повторять по нескольку раз, прежде чем он реагировал на них. Неужели встреча так важна, или он просто не успел ее отменить? Видела, с каким трудом Дмитрий пытается поддерживать общение и не могла ему не посочувствовать. Теперь и поступок Людмилы Борисовны казался более понятным и логичным, Саша лишь удивлялась, как его состояние не видят остальные. Или видят, но просто не показывают этого?
В любом случае при завершении обеда вздохнула почти с облегчением. Проводила гостей до такси, благодаря за сотрудничество. Контракт был подписан, но расслабиться ей не удалось: мужчина за столиком в ресторане даже не поднялся, чтобы попрощаться с партнерами.
Вернулась в зал почти в тревоге, всматриваясь в посеревшее лицо директора.
– Что случилось?
Макеев перевел на нее взгляд, отреагировав на голос, но не ответил, и Саше даже показалось, что он смотрит как будто сквозь нее, куда-то далеко, где не было места никому из посторонних.
– Дмитрий Сергеевич?
Протянула руку, дотрагиваясь до его лба. Температуры не было, и это испугало еще сильнее. Простуда стала бы понятной и решаемой проблемой, а что делать в другой ситуации, Саша не знала.
– Вы меня слышите?
Коснулась его плеча, легонько тряхнув. Мужчина вздрогнул и впился в нее мутным взглядом.
– Что с Вами?
Его губы шевельнулись, но различить слова удалось не сразу.
– Не обращайте внимания. Голова разболелась. Такое бывает.
Саша потянулась к своей сумке.
– У меня есть таблетки от головной боли.
На этот раз он отреагировал быстрее:
– Не надо. Любые не подойдут, нужны определенные, а я забыл их дома.
– Тогда нужно побыстрее туда добраться?
Дмитрий попытался улыбнуться, но это у него не вышло: губы растянулись в неровной гримасе.
– Станет немного полегче – и я поеду.
Поедет? Саше показалось, что она ослышалась. Садиться за руль в таком состоянии было бы сродни самоубийству, а безумца Макеев не напоминал. Или она его просто совсем не знает? Хотя и правда не знает: что вообще о нем известно?
– Я Вас отвезу.
Предложение сорвалось с уст прежде, чем удалось это обдумать. Но были ли на самом деле какие-то иные варианты? Она знала, что такое головная боль и как тяжело ее терпеть, а другого способа облегчить состояние мужчины не видела. Если необходимые таблетки находятся у него дома, значит, нужно оказаться там как можно скорее.
