— Вот славный подвиг! — похвалил старший.— А тяжёл ли камень?
— Клянусь копытом — не сдвинуть. Камень заколдован, никто не знает, что надо ударить по нему томагавком с восточной стороны, а потом — с западной.
— Вот тебе в награду сухой гриб!
— Теперь выслушайте меня,— пропищал дух с жёлтыми глазами.— У вождя соседнего племени есть дочь по имени Прекрасная-как-заря. Я вдохнул в неё болезнь! До конца своих дней она будет гореть в лихорадке!
— Её могут спасти?
— Спасение есть,— виновато ответил желтоглазый.— Если утром вынести девушку из вигвама, чтобы первые лучи солнца коснулись её лба, мои заклинания потеряют силу. Но кто догадается об этом?
Старший дух, хлестнув хвостом по камню, высек искру и раскурил трубку. Он был доволен. Клубы дыма заволокли ветхую хижину...
Когда Чёрное Перо проснулся, было утро. «Наверно, мне всё это приснилось!» — подумал он. Но всё же поспешил покинуть хижину.
Он долго брёл лесом. Когда лес кончился, Чёрное Перо увидел на поляне большое селение. У вигвама вождя молча сидели индейцы. На их лицах была написана скорбь.
— Какое горе постигло вас? — обратился к вождю Чёрное Перо.
— Нет воды. Огромный камень завалил родник. Мы не можем его сдвинуть.
Тут Чёрное Перо вспомнил, что слышал ночью.
— Я чужой здесь, но позвольте мне испытать свои силы,— сказал он.
— Многие старались, — отвечал негромко один старик.
![]()
![]()
— Если ты избавишь нас от жажды, мы щедро вознаградим тебя! — воскликнул вождь.
— Сейчас мне нужна только лошадь и томагавк. Я поеду один.
«Проверим, не лгал ли дух»,— думал Чёрное Перо, направляя коня вдоль высохшего русла. Наконец он увидел валун, который запер источник.
Злой дух сказал правду: после второго удара гранитная глыба откатилась в сторону. Вода забила из-под земли и быстрым потоком понеслась вниз, к индейскому селению.
Индейцы устроили в честь своего спасителя большой праздник, а потом каждый отдал ему лучшее из всего, что имел.
— Остановитесь! — вскричал наконец Чёрное Перо.— Зачем такое богатство одному человеку?
Но люди отвечали:
— Ты спас наших детей. Бери и будь счастлив!
Чёрное Перо уже собрался в обратный путь, как вдруг вспомнил о девушке, которую злой дух обрёк на тяжкие муки.
«Надо помочь и ей»,— решил он, садясь на коня.
Вечерело, когда он прискакал к вождю, дочь которого была больна.
— Я вылечу её,— устало проговорил Чёрное Перо, отирая с лица пот.
— Тогда ты возьмёшь её в жёны,— сказал вождь, и глаза его засверкали надеждой.
— У меня есть жена, — отвечал индеец,— мне ничего не надо.
Всю ночь не спал Чёрное Перо, боясь пропустить первый луч солнца. Прекрасная-как-заря металась на своём ложе и тихо стонала. Когда же край неба посветлел, Чёрное Перо осторожно поднял девушку, вынес из вигвама и повернул её лицом к востоку. Солнце коснулось лба девушки. Она открыла глаза и вдруг улыбнулась. Она почувствовала, что жизнь возвращается к ней. Увидев улыбку на лице дочери, старый вождь заплакал. Заплакал, наверное, первый раз в жизни. Он одарил Чёрное Перо всеми богатствами, какие у него были...
И вот Чёрное Перо вернулся в своё селение. Рысьи Уши тут же узнал, что его сосед пригнал большой табун отборных лошадей, навьюченных богатой кладью. Он пришёл к нему и с завистью спросил:
— Как ты раздобыл всё это?
Чёрное Перо рассказал ему, что с ним приключилось.
В ту же ночь Рысьи Уши отправился в заброшенную хижину. На этот раз духи были невеселы. Они жаловались друг другу, что все их козни напрасны: люди смеются над их заклинаниями.
— Кто-то нас предал! — загремел тогда голос старшего духа.
Духи испуганно переглянулись. Один из них потянул носом воздух.
— Здесь кто-то чужой,— сказал он.
Мигом рассыпались духи по хижине. Вдруг один из них страшно взвизгнул:
— Смотри-и-ите! — и вытащил из тёмного угла перепуганного индейца.
Что духи сделали с ним, никто не знает. Только этого человека в селении больше не видели.
ЗЛАТОГРИВЫЙ КОНЬ, ЛУННЫЙ ФОНАРИК И ПРИНЦЕССА В ВОЛШЕБНОЙ КЛЕТКЕ
Шведская сказка
![]()
Жили-были в Смоланде два мальчика, братья Сёльве и Сванте. Родители их, бедные безземельные крестьяне-торпари, давно умерли. Пришлось детям в своём приходе подаянием кормиться. Вот бродят они однажды по округе, бродят — и вышли в поле. А там рожь выше роста человеческого колосится. Старший брат и говорит:
— Соберём колосья и наедимся зёрен, мы ведь ещё не завтракали. Согласился с ним младший. Стали они колосья собирать и зёрна есть. Вдруг идёт им навстречу страшилище великан. Увидал мальчиков и кричит:
— Кто позволил вам колосья на моём поле собирать?
— Не думали мы, что ты на нас серчать станешь,— отвечают дети.— Неужто ты нам колосков пожалеешь? Мы такие голодные, а у тебя их ещё вон сколько осталось!
Прикинулся тут великан ласковым и говорит:
— Вовсе я не сержусь! Хотите есть досыта — пошли ко мне домой. Будет вам и колбаса свиная, и каша пшеничная. Не придётся больше зёрна жевать.
Старший брат Сёльве сразу на сытую жизнь польстился: пришлись ему по душе слова великана. А младшему, Сванте, подумалось: «Недоброе что-то у великана на уме». И не захотел он к нему в неволю идти. Стали братья друг с другом совет держать. Старший говорит:
— По мне — так надо идти!
— А по мне — не надо,— говорит младший.— Лучше нам тут остаться. Хоть впроголодь, да на воле будем жить.
Стал его старший уговаривать:
— Пошли к нему! Попытаем счастья, а худо придётся — убежим!
Уговорил он младшего.
— Ну, дети,— спрашивает великан.— Идёте со мной?
— Так и быть, пойдём,— отвечает старший.
Отправились братья с великаном к нему домой. А как пришли они в его горную пещеру, угостил великан детей на славу — и колбасой свиной, и кашей пшеничной, а потом ушёл и двери на замок запер. Тогда Сёльве и говорит:
— Хорошо, что мы к великану пошли. Наелись мы вволю, и не к чему нам с нищенской сумой по приходу бродить.
А Сванте ему в ответ:
— Поглядим ещё, что-то будет. Не по душе мне всё это. Великан-то нас взаперти держит, на волю и не выйдешь. А свобода дороже всего!
Не стал Сёльве брата слушать и спать улёгся. А Сванте у дверей караулит. Хотелось ему выведать: что-то там, в соседней горнице. Только всё было тихо.
Прошёл день, другой пошёл. Живут братья — ни в чём отказу не знают. Но держат их под замком, и делать им нечего. Только ешь да спи. Старший такому житью не нарадуется, ест да спит вволю. А младшему всё нет покою: не ест и не спит.
Вот однажды вечером стоит Сванте снова у дверей и в замочную скважину подглядывает. Видит: входит в горницу великан и велит на стол подавать. Подала ему великанша снеди всякой, а он ест и громовым голосом спрашивает:
— Ну как, откормила мальчишек?
А великанша в ответ:
— Один такой жирный, что хоть нынче на убой, а другой как был дохлый, так и остался.
— Кормила б ты их послаще, они бы оба разжирели,— корит её великан.— Ну да чего ж теперь! Поеду-ка я, созову на пир наших родичей и соседей. А ты пока что заколи мальчишек и состряпай жаркое. Уж полакомимся мы завтра всласть!
— Ладно, муженёк! — говорит великанша.
Услыхал Сванте такие речи, поспешил к брату, растолкал его и рассказал про всё, что видел и слышал.
— Не может того быть! — испугался Сёльве.— Ты, верно, ослышался.
— Послушай сам,— говорит Сванте.
Подкрался тогда старший к двери и стал в скважину глядеть. А великан наелся и велит служанке:
