Читаем без скачивания Поваляем дурака, Америка? - Максим Шахов

Катер-призрак очень медленно доплыл до берега и нырнул в прибрежные кусты, слившись с ними. И тут же река словно ожила. Два прятавшихся у левого берега катера взревели моторами и устремились к месту высадки, осветив Манальяре яркими прожекторами. Одновременно к берегу рванулись с включенными фарами три джипа с пулеметами. И прибрежные кусты, и сам катер в мгновение ока оказались как на ладони.

– Это DISIP! – разнесся над Манальяре усиленный мощным динамиком голос подполковника Родригеса. – Вы окружены! В случае малейший попытки сопротивления катер будет уничтожен!

Видимо, цэрэушники поняли безвыходность своего положения, потому что в ответ не раздалось ни единого выстрела. Катера быстро приблизились от левого берега и сбросили ход. Джипы остановились метрах в сорока от кустов, и из них один за другим начали выскакивать сотрудники DISIP.

– Выбрасывайте на берег оружие! – приказал подполковник Родригес. – И по одному выпрыгивайте с поднятыми руками!

Двигатель на замаскированном катере продолжал работать, благодаря чему он держался у берега. Ни каких-то других звуков, ни малейших движений на катере-призраке не было. Подполковник Родригес немного выждал и проговорил:

– Повторяю! Выбрасывайте на берег оружие! Иначе мы открываем огонь на поражение!

Ни на самом катере, ни в прибрежных кустах никакого движения не последовало. И тогда подполковник Родригес по рации приказал:

– Огонь по надстройке!

На джипах и двух катерах заработали пулеметы. Очереди прошили ветки и ударили в невысокую рубку и возвышающиеся над водой борта катера. Вверх полетели ошметки обшивки и ветки с листьями. Выжить под этим свинцовым шквалом было невозможно, и полминуты спустя Родригес скомандовал:

– Отставить!

Сразу после этого к катеру выдвинулось несколько бойцов DISIP. Прикрывая друг друга, они пробрались через кусты, и вскоре двое из них оказались на борту. Никаких признаков людей на расстрелянном катере не было.

Скользнув к люку машинного отделения, бойцы переглянулись. Цэрэушники вполне могли укрыться в трюме. Один из бойцов отцепил от пояса «лимонку», второй кивнул и, скользнув к люку, быстро привязал к его ручке конец веревки. Отбежав по борту к стенке надстройки, он глянул на товарища. Тот выдернул из «лимонки» чеку и кивнул. Выбрав слабину, его напарник резко дернул за веревку.

В тот же миг катер содрогнулся от чудовищного взрыва…

119

Венесуэла, Гвианское нагорье, река Манальяре

В какой-то момент Логинов увидел впереди отблески. Он напрягся, и тут же откинувшая голову на борт Пилар приподнялась.

– Что? – спросила она шепотом, подхватывая «беретту».

– Костер, кажется! – ответил Виктор, хватаясь за весла. – Я думал, ты спишь…

Пилар не ответила, разворачиваясь и снимая винтовку с предохранителя. Отблески костра виднелись на левом берегу. Логинов направил лодку к правому, и они начали осторожно спускаться по течению под прикрытием нависавших над водой кустов. Вскоре до их слуха стали доноситься ритмичные стуки.

Пилар держала винтовку наготове. Виктор беззвучно работал веслами. Огонь становился все ближе. Пилар молча сняла с шеи Логинова бинокль. Несколько секунд она вглядывалась вперед, потом вдруг прыснула.

– Что? – спросил Виктор.

Пилар протянула бинокль ему и сказала:

– Сам посмотри…

Логинов оставил весла и приложил бинокль к глазам. Он ожидал увидеть что угодно, но только не такое. На возвышении левого берега горел костер. Возле него, скрестив голые ноги и держа между ними барабан, сидел индеец со сморщенным лицом цвета гнилого яблока. Лет ему можно было дать и сто, и двести, и триста пятьдесят. Глаза индейца были закрыты, на шее покачивался какой-то белый медальон, руки словно сами по себе отбивали ритм, которому было тысяча, а может, и больше лет.

Внизу, между возвышением и рекой, под этот завораживающий ритм извивались блестящие тела. Они были чем-то густо натерты и влажно поблескивали. Одежды на телах практически не было, зато украшения присутствовали в больших количествах. На шеях женщин были красочные венки, на запястьях и щиколотках поблескивали бусы. Не стеклянные, а экологически чистые, из натуральных материалов. Мужчины танцевали в круге, образованном женщинами. Их головы украшали замысловатые прически, тела были в изобилии увешаны побрякушками.

Мужчины изображали в танце различных животных. Женщины оценивали исполнение, после чего подходили к понравившемуся танцору и телодвижениями увлекали за собой в темноту. Что происходило там, можно было догадаться. Да и частично рассмотреть тоже…

– Что это?.. – спросил Логинов, отнимая от глаз бинокль.

– Праздник возрождения, – передернула плечиком Пилар, а ее глаза блеснули. – Засушливый сезон позади. Начинается сезон дождей. И каждая женщина выбирает себе мужчину, чтобы дать начало новой жизни…

– Понятно, – кивнул Виктор, снова берясь за весла.

– Выводи лодку на середину, – сказала Пилар.

– Что?

– Они ничего не замечают, – улыбнулась она. – Кроме своих мужчин. И своих женщин.

Логинов посмотрел на Пилар и направил лодку на середину реки. Ритм действовал гипнотически, так что Виктор поневоле прикипел взглядом к приблизившемуся левому берегу. Тысячелетняя магия обряда действовала и на него. Это было глупо, но Логинову вдруг нестерпимо захотелось сбросить с себя одежду и изобразить в круге русского медведя. Для Пилар…

– Иди ко мне! – вдруг услышал он.

– Что?.. – хрипло спросил Виктор, переводя взгляд на Пилар.

– Брось эти дурацкие весла, – сказала она, подаваясь к нему и притягивая к себе.

– Я… я не могу… – пробормотал он.

– Что ты не можешь? – спросила Пилар и легонько укусила его за мочку уха.

Логинову показалось, что его тюкнуло электрическим током. В тысячу двадцать четыре вольта. Ритм барабана и шок от этого удара почти лишили его возможности к сопротивлению. Однако он все же попытался отстраниться:

– Пилар… Я… я…

Он хотел сказать, что, во-первых, он советник по безопасности «Газпрома», а она инспектор Фонда защиты дикой природы ЮНЕСКО, поэтому у них не может быть никакого общего будущего. Во-вторых, совсем рядом с ними лежит в лодке труп Игнатовича, так что заниматься чем-то таким просто кощунственно. А в-третьих, они в любой момент могут нарваться на вооруженных до зубов агентов ЦРУ…

– Жизнь продолжается, Виктор! – прошептала Пилар, и все эти умные и правильные доводы вдруг показались ему немного несвоевременными.

На берегу мелькнул костер, река почему-то перевернулась, и Логинов с трудом сообразил, что они с Пилар, кажется, опрокинулись на дно лодки…

120

Венесуэла, Сан-Хуан

– Добрый день, падре! – кивнул офицер. – Кто ваши спутники?

– Это преподобный Агустиньо! – кивнул на переднее сиденье потрепанного микроавтобуса падре. – А это братья Лоренсо и Альфредо… Они прибыли из Катисиминьи специально, чтобы принять участие в праздничной мессе по случаю выступления президента…

Сидевший на переднем сиденье Агустиньо выудил из сутаны документы, но офицер, мельком заглянув в салон, махнул рукой:

– Проезжайте, падре!

– Благослови вас Господь! – поспешно перекрестил военных падре и тронул микроавтобус.

Преподобный Агустиньо с легким прищуром посмотрел на его слегка дрожащие руки и негромко сказал:

– Не надо так нервничать, падре! Наши документы в абсолютном порядке…

121

Венесуэла, Гвианское нагорье, река Манальяре

– Стой! Руки вверх! – завопили с берега по-испански в два голоса.

– О, черт! Не поднимайся… – шепнула Пилар Виктору.

Высунув руки, чтобы показать, что в них ничего нет, она осторожно приподнялась со дна лодки, где они лежали в обнимку. Рассвет еще только занимался. Над правым берегом Манальяре длинной полосой стелился туман. Из него в лодку ударил луч фонаря.

Пилар что-то спокойно сказала. В ответ с берега снова заорали. Тогда она заговорила быстро, и Виктор разобрал, что она дважды произнесла «подполковник Родригес». В ответ с берега раздался окрик, но уже не столько агрессивный, сколько настороженный.

– Что они говорят? – спросил Логинов с пола лодки.

– Сказали нам подплыть, – посмотрела на него Пилар. – Поднимайся, только осторожней… – Повернув голову к берегу, она что-то сообщила, снова упомянув подполковника Родригеса.

Виктор осторожно высунулся и сел. Взявшись за весла, он развернул лодку и тихо спросил:

– Что ты им все время о Родригесе говоришь?

– У них жуткий акцент, – объяснила Пилар. – Судя по нему, это какие-то ополченцы, а не кадровые военные. Так что вполне могут с перепугу и выстрелить. Вот я им и втолковываю, что нас ждет подполковник Родригес…

Пилар если и ошиблась, то не сильно. Встретившие их на берегу молодые парни были в форме, но пороха явно не нюхали. После изнурительных переговоров они наконец разрешили Пилар позвонить. Ответил ей не подполковник Родригес, а какой-то майор. Когда Пилар объяснила, кто они, майор сказал, что немедленно пошлет людей, чтобы их доставили в Сан-Хуан.