холодном лице Присциллы заиграла аналогичная ее тети, легкая улыбка. Причины двух этих улыбок были понятны, только вот…
— Я Зигфрид, личный ученик мастера Го.
Лицо Присциллы чуть не треснуло после этих слов, а Марму резко прекратила улыбаться, по толпе же пошел странный шепот о том, что оказывается, пару дней назад мастера Го на общем собрании, нарекли членом совета старейшин. И судя по лицу Джозефа, даже он пока этого не знал, ибо долгое время был за границей, а вернувшись, полетел за Зигфридом.
— Кто-то смог стать учеником старейшины Го, — с улыбкой изрек Олан, — впечатляет, насколько я знаю, он еще не принимал ни одного ученика, вышвыривая всех за порог.
«Старший даже выше чем я думал, — кивнул сам себе Дарий».
«Невероятно старший ровня этой девицы, а как скромно он себя ведет, вот такими и должны быть старшие, — подумал Али».
— Ваше положение безусловно достойно, — вновь заговорила Марму, после того как на свой немой вопрос Джозефу, о правдивости слов юнца, получила положительный кивок, — но мне интересно, какой социальный опыт вы имеет, что вас должны были точно так же освободить от этого теста, как и этих двоих? Вы ведь начиная этот разговор, прежде всего, намекали на себя?
— Нет, я не намекал на себя, но раз вы спрашиваете, да я имею достаточный социальный опыт, я учился в нулевом классе магической академии в столице империи.
Улыбка вновь появилась на устах старейшины, когда она это услышала, в своих мыслях она уже знала, как поставить публичный мат взорвавшемуся пареньку.
— Вот как, нулевой класс значит, это хорошо, но разве само наличие вас там говорит о вашем богатом социальном опыте и том, что вы можете хорошо взаимодействовать, а главное, способны косвенно влиять на посторонних и подчинять их своей воле? Ваше поступление в данный элитный класс говорит лишь о большом таланте, но не более, ведь так?
Шушуканье среди молодежи возобновились с новой силой, а Присцилла, кажется вновь успокоившись, внимательно наблюдала за развитием сего конфликта. Джозеф и Олан просто улыбались, Али и Дарий стали беспокоиться за своего старшего.
— Я согласен с мнением старейшины о том, что само по себе присутствие меня в одном классе с Дэниалом Скалистым, братом и сестрой семьи Ист, Клодом Пожарским, Кайлом Лобис, Сильфией Грэйс, Роксаной Феон и Эрис Стронг еще не делает меня достаточно пригодным, вот только делает ли меня достаточно пригодным тот факт, что я был единогласно выбранным лидером нулевого класса?
В этот момент Марму поперхнулась, Присцилла перестала дышать, Джозеф подавлял смех, Олан тер подбородок и кивал, а толпа начала уж слишком громко обсуждать данные новости.
— Да, касаемо социального опыта вы полностью подходите, в этом теперь никто не сомневается, — быстро оправившись от ментального удара, возобновила разговор старейшина, — в этом случае нам остается проверить вашу силу. И раз уж мы все стали виновниками данного разговора, почему бы нам не проверить ее здесь и сейчас?
От такого наглого способа слить кандидата, публично при всех, показав тем самым свою правоту через силу, онемел даже видавший виды Джозеф. Такого по сути не ожидал никто, даже два мастера близнеца на мгновение посмотрели на старушку с укором. Все без лишних слов поняли, чего она хочет. Отомстить за проигрыш, причем отомстить жестоко и публично, но при этом официально. Будь на его месте кто-то другой, не ученик старейшины, Марму наверное нашла бы другой способ, сейчас же у нее был только такой.
«Эта старая карга видимо двинулась на почве сдерживаемой злости, чего она творит? — задавался вопросом Джозеф».
Единственной же кто считал данный поступок полностью правильным, была Присцилла, считавшая себя донельзя оскорбленной тем, что какой-то негодяй обманул ее и не представился как полагается. Разумеется, будь он настоящим мужчиной, то не стал бы обманывать даму, а она в свою очередь, вела бы себя подобающе. Но этот человек решил ее оскорбить, и она не могла его простить.
— Хорошо я готов, — спокойно заявил Зигфрид, не намеренный проигрывать кому-то подобному.
— Отлично, — улыбнулась Марму, и подбросив свой костыль в воздух, быстро сделала несколько печатей руками, а затем вновь поймав его, указала им на ровную площадку зала, в нескольких метрах от спины Зигфрида.
На полу появилась большая, сияющая множество знаков, печать призыва, и не успели молодые люди отойти от нее на подобающее расстояние, как во вспышке света из ниоткуда вышагнула огромная тень.
— Гхаааа! — взревел призванный из темных лесов, шестипалый демонический медведь, в холке своей достигающий трех метров, а в длину всех шести.
Многотонная зверюга, имела не горящую в пламени шерсть, по прочности не уступающую латным доспехам. А также кожу в десять сантиметров толщиной, устойчивую к физическим атакам. Плюс медведь был очень проворен для своих габаритов, бегал быстрее лошади и мог оглушать противника боевым ревом до бессознательного состояния.
Сказать, что это был грозный соперник, не сказать ничего. Никто кроме присутствующих здесь мастеров не мог его победить, возможно, лишь объединившиеся в пару Олан и Присцилла имели шанс дать достойный бой. Первый к слову уже был готов помочь попавшему в беду товарищу, данное испытание он считал несправедливым, ведь испытывай так его, и он бы не победил такого монстра в одиночку.
Зигфрид же в свою очередь не испытывал к медведю ничего кроме жалости. Ведь животина должна была погибнуть просто по прихоти какой-то полоумной старухи, ни за что ни про что. Вот только выбора у него не было, а потому, попросив прощения у зверя, он сконцентрировался на лучевом сгустке, формирующемся на первой фаланге указательного пальца правой руки.
Монстр тем временем дико взревев, кинулся на юношу, его здоровенная пасть, открывшись как капкан, могла одним махом остричь человека по пояс, тут же проглотив откусанную половину.
— Гхааа, — издав рев, замахнулся лапой медведь, но…
Выстрел! И световая вспышка, ослепляя смотрящих, проделала ровное сквозное отверстие в голове чудовища, отчего то, замерев, рухнуло наземь.
Из отверстия в голове исполинского медведя шел легкий дымок, растворяющейся в гробовой тишине каменного зала.
— Знаете, — нарушил молчание сам Зигфрид, — я вдруг осознал, что и вправду не подхожу на эту миссию, старейшина Марму меня убедила. Мастер Джозеф я снимаю свою кандидатуру.
— Хорошо, — спокойно ответил тот.
И двое медленно покинули зал, не услышав в свой адрес ни единого слова.
Глава 21
Уйти со сборища хлопнув дверью, как изначально планировал Зигфрид, не получилось, а все потому, что стоило им с Джозефом покинуть здание, под гул звенящей тишины и многочисленные взгляды,
