ее в щеку и, накинув футболку, покидаю дом. Хоть мне очень хочется остаться и, как минимум, полюбоваться на свою жену за стеклом кабины. А еще лучше ― помочь ей помыться. Но не думаю, что она мне позволит такое. По крайней мере, не сейчас.
Позже после завтрака мы с Амирой собираемся уезжать. У дома уже припаркован арендованный автомобиль, готовый катать нас по острову.
– Нам нужно заехать купить тебе купальник, мне шорты и еще некоторые вещи.
– Буркини? ― пристегиваясь, спрашивает Амира.
Я убираю палец с кнопки запуска двигателя и поворачиваюсь лицом к жене.
– Амира, я предлагаю тебе немного переступить свои пределы.
– Каким образом? ― медленно, настороженно спрашивает она.
– Купить более открытый купальник.
– Совсем открытый? ― ахает она, глядя на меня огромными глазами.
– Не совсем, но более открытый, чем буркини.
– А чем он тебе не угодил?
– Тебе будет неудобно заниматься в нем тем, что я для нас приготовил.
– Я начинаю бояться.
– Не стоит, моя принцесса. Обещаю, тебе понравится.
К счастью, Амира все же соглашается на покупку сплошного купальника, который выгодно подчеркивает ее округлости, но скрывает стратегически важные места. Я бы сказал, что и этот купальник слишком закрытый, но хотя бы так.
Приехав на пляж, мы подходим к широкому лежаку, и я сразу развязываю завязки на тюли, чтобы он скрывал нас от любопытных взглядов, оставив открытым только изножье и вид на океан. К нам тут же подходит сотрудник закрытого пляжного клуба и предлагает свои услуги и карту напитков.
Сбрасываю футболку и смотрю на Амиру.
– Раздевайся.
– Прямо здесь?
– Прямо здесь, Амира. Сбрасывай свой халат или как эта штука называется, ― киваю на яркий халат в пол с широким подолом, а Амира прикусывает губу. ― Ты удивишься, насколько раздеты здесь женщины.
– На меня даже не посмотрят?
– Я буду видеть только тебя, а до остальных мне нет дела.
– Ладно, ― шумно выдыхает она. Расстегивает несколько пуговок и сбрасывает с себя шелковую ткань. Мне приходится поправить стояк, который так не вовремя дает о себе знать посреди одного из самых больших пляжей острова.
Беру телефон, снова надеваю очки и веду жену за руку к месту нашего отдыха.
– Мал, они голые, ― шепчет Амира, прижимаясь к моему плечу, и я усмехаюсь.
– Не то чтобы голые, но топлес, да, ― отвечаю спокойно, когда понимаю, что жена говорит о девушках, которые, не стесняясь, демонстрируют свои прелести. Здесь этим уже никого не удивишь, кроме моей восточной принцессы.
– Как же так можно? Что же она тогда оставит мужу?
– В каком смысле? Она же не раздает свою грудь каждому встречному.
– Она демонстрирует себя, у нее ведь не только грудь открыта.
Стринги, да, есть такое.
– Эти девушки раскрепощены, вот и все.
– Тебе такие нравятся?
– Мне нравишься ты, ― отвечаю, обнимая ее за талию. Амира слегка напрягается. ― Дыши, моя принцесса, на нас никто не обращает внимания. Разве что любуются твоей красотой, но с почтением и на расстоянии. Я могу обнимать и даже целовать тебя на людях, здесь нас никто осуждать не станет. Но ты говорила о том, что этим девушкам нечего будет оставить мужу. Что ты имела в виду?
– Понимаешь, ― после некоторых раздумий отвечает она, ― когда девушка идет замуж нетронутой, неопороченной чужими жадными взглядами, она достается мужу цельной. Если на нее будут смотреть так плотоядно, как смотрят мужчины на этих девушек, то к мужу она придет опороченной, нечистой. Пускай даже и нетронутой, но все равно как будто грязная. Не знаю, как тебе объяснить, ― в отчаянии бормочет она.
Сжимаю ладонью ее талию, обращая внимание на то, как Амира взмахивает руками, и золотые браслеты звякают, разбавляя шум прибоя и голоса отдыхающих.
– Я понимаю, о чем ты говоришь. Но, видишь ли, в современном обществе мало кто об этом заботится. Девушки часто идут под венец, уже давно расставшись с девственностью и перепробовав нескольких мужчин.
– Что? ― ахает она и прячет лицо в изгибе моей шеи, а я усмехаюсь.
– Добро пожаловать в современный мир, моя принцесса. У меня иногда складывается впечатление, что ты жила в заточении все эти годы. Как тебе удалось вырасти такой?
– Какой? ― отстраняясь, спрашивает она и хмурится. ― Дикой?
– Чистой, ― ласково отвечаю я и снова подтягиваю ее к себе.
– Смотри, там серферы! ― восклицает Амира, указывая в конец пляжа.
– Это начинающие, которые занимаются с инструктором на спокойной воде.
– Как мы в бассейне?
– Именно.
– Так мы туда идем?
– Нет, ― отвечаю я и, остановившись, разворачиваю принцессу лицом к океану. Она замирает, словно зачарованная, глядя на развлечение, к которому я ее не готовил, но ей придется довериться мне и все же прокатиться. ― Это называется флайборд.
– Я видела такое у нас дома. На одном из праздников мужчины катались на такой штуке.
– А сегодня на ней покатаемся мы.
– Я не умею, Мал, ― испуганно произносит она, впиваясь в меня взглядом.
– Я умею, а ты будешь вместе со мной.
– Мне страшно.
Я беру ее за плечи и наклоняюсь так, чтобы наши глаза были на одном уровне.
– Ты мне доверяешь?
– Да, ― с кивком отвечает Амира, ни секунды не колеблясь.
– Значит, я буду управлять флайбордом, а ты ― наслаждаться этим развлечением. Идем, ― беру ее за руку и веду к лодке, которая доставит нас на пантон, на котором уже собрались желающие попробовать этот вид развлечений. Я в предвкушении, и, надеюсь, моя жена тоже.
Глава 27
Малоун
– Прижимайся ко мне, ― обнимаю Амиру за талию и притягиваю ближе.
Она охает, а потом хихикает. Наши спасательные жилеты не дают как следует прижаться друг к другу, так что мы обнимаемся крепко, как можем. Флайборд поднимается еще выше, я наконец отрываю Амиру от понтона, и мы взлетаем. Она хохочет, вжимаясь в мое тело, вцепляется в меня мертвой хваткой, отчего по коже разбегаются мурашки.
Мы отлетаем на небольшое расстояние от понтона, и я начинаю выписывать восьмерки над водой, вызывая смех и восхищенные возгласы жены. Немного полетав, притормаживаю.
– Готова?
– К чему?
– Довериться мне на двести процентов.
– Готова и на триста.
Как только Амира произносит это, я сильнее сжимаю ее талию и, разогнавшись, делаю петлю в воздухе. Она уже откровенно хохочет, откидывая голову. Моя скромная, смущенная жена открыто забавляется, когда я катаю ее на флайборде, и это добавляет моему самолюбию кучу очков. Я снова и снова переворачиваю нас, очерчивая круги в воздухе, наслаждаясь тем, как Амира избавляется от
