Ради этого они работали и работали, под руководством Донована разрезая покрытие колонн, чтобы заложить в них динамит. Полторы шашки на каждую колонну, общим количеством более трехсот фунтов. Заряды были связаны бикфордовым шнуром, который горел с невероятной скоростью.
Последовательность взрывов была установлена, механизм отрегулирован, и все было трижды проверено и просчитано, – согласованность играла решающую роль в том, чтобы здание разрушилось в подконтрольном режиме, а не с опасной стихийностью. Донован провел в здании час наедине с самим собой, спускаясь с верхнего этажа на нижний и занимаясь своего рода медитацией, чтобы окончательно убедиться: он готов нанести строению последний удар.
Кейт восхищало его спокойствие. Так много зависело от этого взрыва, что ее бывший муж, должно быть, чувствовал себя как натянутая струна, но не показывал этого. Он отвечал за все, контролировал все, не упуская ни одной детали.
Ее передатчик затрещал, включаясь.
– Времени мало, – проговорил Донован. – Кейт, проверь парк позади «Дворца» – это единственное место, где может спрятаться какой-нибудь идиот, просочившись сквозь полицейскую цепь, чтобы полюбоваться зрелищем.
– Хорошо, босс.
Она поспешила обогнуть здание. Несколько недель тяжелое оборудование калечило здесь посадки, но еще оставались густые кусты, где мог скрываться какой-нибудь искатель приключений. И хотя территорию уже обыскивали, двойная проверка была частью стратегии «Феникса».
Небо уже не казалось таким выразительным, как вчера, но закат все равно был хорош. Угрожающий рокот и свист лопастей усилился, когда она подошла к месту, над которым завис вертолет телевидения, готовый передать картинку с места взрыва. При помощи телекамер, кинокамер и видеосъемки самого «Феникса» взрыв будет запечатлен во всех ракурсах.
Кейт шла по парку, проверяя все. В кустах никто не скрывался, фонтан высох и был забит грязью, и оставалось всего несколько небольших деревьев.
На последнем она увидела парня, который прятался в листве, держа в каждой руке по ветке. Он пытался закрыться ими, когда она его обнаружила.
– Слезай! – приказала Кейт. – Сию секунду!
– Ой, леди, пожалуйста, я так хочу увидеть это вблизи, а не из толпы.
– Ты всего в двадцати футах от здания, это слишком близко. Хочешь стать похожим на котлету? Если нет – шевелись!
Со страдальческим вздохом подросток слез с дерева. Ему было не больше шестнадцати.
– Я-то думал, что вы, зануды, можете свалить дом, который стоит вплотную к другому, и ничего не повредить!
– Можем, но этот взрыв спланирован иначе. Теперь шагай.
Пытаясь держаться независимо, парень направился к ограждению. Кейт дождалась, пока он будет под присмотром полицейского, а потом вернулась на рабочее место, качая головой при мысли об опасном притяжении взрывов. Не то чтобы у нее было право критиковать парня, – она сама была ничуть не лучше. По радио Кейт доложила:
– Нашла одного дурачка, который мечтал превратиться в котлету, но теперь парк пуст.
– Человеческая натура никогда не перестает удивлять меня, – откликнулся Донован. – Возвращайся на командный пост, Кейт.
Когда она вошла в трейлер Берригана, напряженность там ощущалась почти физически. Широкое окно, выходившее на «Дворец», было приоткрыто, и различные провода, звуки вместе с прохладным вечерним воздухом свободно проникали в трейлер. Здесь собрались Донован, Булл и Кармен, а также Джим Фрейзер, один из инженеров «Феникса». Джим аккуратно подсоединял провода к пульту, который стоял на столе и выглядел вполне безобидно.
Берриган скованно проговорил:
– Расскажи мне еще раз, как он упадет, Донован.
– Он должен повернуться вокруг своей оси на пятнадцать градусов влево, разрывая всю стальную арматуру и освобождаясь от наружной лестницы, а потом обвалиться практически на своем месте. – Голос Донована звучал так, словно он уже не раз отвечал на этот вопрос. Проверив свои часы, он спросил: – Кармен, время. Не желаешь оказать нам честь?
– Ни в коем случае! Мне будет плохо, если придется нажимать на кнопку. Кейт, давай ты.
– Ладно, Кейт. – Донован взглянул на нес. – Ты знаешь, что делать.
Стараясь не дышать слишком часто, она вытерла потные ладони о джинсы и подошла поближе. Ребенком она мечтала нажать на кнопку. Сейчас она гораздо сильнее ощущала значимость этого жеста и все его последствия.
Когда она нажала первую кнопку, чтобы разогреть взрывную машину, Донован заговорил в свой уоки-токи:
– Ну что, народ, давайте провернем это милое, безопасное дельце. Лютер, каково сопротивление в цепи?
– Такое, как надо, – девять с половиной. Мы готовы поднять «Дворец» на воздух!
Донован переключился на громкую связь, чтобы начать отсчет. Его голос загремел по всему пространству объекта, искаженный эхом:
– Десять… девять… восемь…
Всякое движение в толпе прекратилось, все ждали, а многие повторяли отсчет вместе с Донованом. Секунды летели. Кейт легко прикоснулась ко второй кнопке. Горела маленькая красная лампочка.
Три… два… один.
Огонь! Она нажала на вторую кнопку. Быстро, почти мгновенно вспышки озарили зеркальные окна этажей, а секунду спустя последовали сухие, щелкающие звуки, словно от гигантских хлопушек.
Потом… ничего. Секунды, казалось, тянулись вечно. Стон разочарования донесся со стороны толпы. Кейт с мукой посмотрела на Донована. Не отрывая взгляда от здания, он пробормотал:
– Ну, давай, старик. Покажи всему миру, что ты знаешь, как уйти стильно.
Вторая серия взрывов прогремела в разных местах конструкции, разбудив рокочущий, сотрясающий все тело гул, от которого качнулся трейлер. Зеркальная поверхность «Дворца» пошла рябью, горячие цвета заката заметались по стеклу. Медленно, с завораживающей грацией здание повернулось вокруг своей оси налево, из него полетели осколки.
Отель начал складываться, как аккордеон. Движение, казавшееся вначале заколдованно-медленным, стало слишком быстрым, чтобы глаз мог уследить за тем, как обрушились двадцать пять тысяч тонн стали и бетона, с шокирующей внезапностью оставив вместо себя вид пустого неба. Языки пламени от авиационного топлива, добавленного для киношников, создавали незабываемое зрелище, а удушающие тучи пыли, которые поднялись в воздух, превратили закат в преждевременно наступившую ночь.
Вопли восторга неслись со стороны обезумевшей толпы. Включившись от сотрясения, гудки автомашин вторили людям сверхъестественным хором. Берриган обнял Кармен, подпрыгивавшую от радости, и смачно поцеловал ее.
– «Гарем», здравствуй!
Волна адреналина пробежала по жилам Кейт, разом сняв напряженность, и катарсис разрушения охватил ее. Она повернулась к Доновану, который широким жестом поднял ее в воздух, крича:
