Читаем без скачивания Долгая дорога к дому - Алексей Ефимов

Иситтала отвела его в маленькую, тесную комнатку, едва освещенную тускло мерцающей свечкой. Из мебели тут была только большая, удобная кровать. Какое-то время они молча посматривали друг на друга, невольно улыбаясь, но, заговорив, Иситтала удивила юношу.

— Наш народ здесь не очень велик и нам остро не хватает свежей крови — я уже не говорю о том, что полукровки обычно умнее и способнее. В общем… сейчас сюда придет одна наша девчонка — Иннка. Она выбрала тебя отцом своего первого ребенка.

Элари помотал головой — от такой новости она просто шла кругом — и его бросило в жар. Ещё никто и никогда не предлагал ему заняться любовью с такой целью. Ему очень хотелось отказаться — но он понимал, что ничего хорошего из его отказа не получится.

— Это совсем мне не нравится, — продолжила Иситтала, — но это нужно и поэтому я вынуждена так поступать. В общем… не обижай её и постарайся, чтобы всё получилось, как надо, — она вдруг смутилась и вышла.

Вновь помотав головой, Элари быстро разделся и юркнул в необычайно теплую и уютную постель. По его коже побежали мурашки — он несколько боялся предстоящего. К счастью, Иситтала уже объяснила ему принятые здесь правила близкого общения с девушками — погладить и помять живот, особенно место под пупком, поласкать ладонями подошвы, легонько поцарапать уши… и он решил как мог тщательно следовать её советам.

Ждать долго ему не пришлось — почти сразу же вновь скрипнула дверь и в комнатку осторожно проникла нагая широкоглазая девчонка, всего лет шестнадцати. Элари увидел, что у неё маленькие, удивительно ровные босые ноги и очень пышная масса вьющихся черных волос, доходящих до бедер. Но тут же все мысли вылетели из его головы: Иннка змеей скользнула в его постель, резко и крепко прильнув к нему прохладным нагим телом, жарко целуясь и очень ловко щипая его припухшие соски.

Как оказалось, не все его силы ушли на Иситталу — в первый миг юноша задохнулся, затем его плоть напряглась. Он ощутил неожиданно сильное желание, лаская всё тело бесстыдной девчонки — её маленькую крепкую грудь, гладкий впалый живот, неожиданно тонкую талию, широкие для её возраста бедра… и вскоре овладел ей, войдя в тугую внутренность. Иннка вцепилась в его плечи, крепко обвив ногами стан. Скрестив ступни на его пояснице, она зажмурилась и сжала зубы, стараясь не вскрикивать, почти не двигаясь, словно прислушиваясь к чему-то — впервые давая начало новой жизни, она очень волновалась и хотела хорошо всё запомнить. Элари уже ошалел от неё, двигаясь в быстром естественном ритме. Пламя внизу живота разгоралось всё ярче. Наконец, он откинулся на вытянутых в струнку руках, выгнув спину и чувствуя пробивающую до пяток дрожь.

Когда его семя ворвалось в её внутренность, Иннка тоже выгнулась в судороге, сжав его стан бедрами с неожиданной силой. Из её груди вырвался испуганный звук… и она тут же выскользнула из постели, присела, наклонилась к нему, звонко чмокнув в губы, и убежала, быстрая, легкая, босая и бесшумная. Дверь за ней закрылась не совсем и Элари заметил в соседней комнате ещё несколько девушек. Там же стоял большой таз с парящей водой. Они начали мыть подругу, о чем-то расспрашивая её и поглаживая по низу живота. Иннка только улыбалась им, её мордочка выражала абсолютное счастье так ярко, что Элари тоже стало тепло. Но в нем уже не осталось никаких сил. Он закрыл глаза и тут же словно поплыл куда-то. Где-то вверху, над котловиной, глухо и грозно шумел ветер, но здесь, в глубоком распадке, снова царило затишье. Так, под шум ветра, он и уснул.

20.

— Лапа, вставай, — чья-то рука легко трясла его за плечо. Элари с трудом поднял голову. Было ещё темно и он едва узнал Иситталу. Она что-то говорила ему, но юноша не мог разобрать слов, снова проваливаясь в сон.

С него вдруг сдернули одеяло. Чья-то рука сгребла в горсть кожу на загривке. Иситтала была очень сильной девушкой и Элари пришлось невольно встать на ноги — иначе он остался бы без шкуры.

— Пошли-ка… — она повела его, не разжимая хватки, к какой-то двери. Элари ещё плохо соображал и не представлял, куда…

Перед ним открылась дверь. Его загривок отпустили. В тот же миг крепкая босая нога врезалась в его зад. Юноша сделал пару невольных шагов, едва не упав на четвереньки. Дверь хлопнула за его спиной.

Он осмотрелся. Яркая Ирулана царила высоко над поселком. Сверкающий под ней снег пятнал серый щебень мерзлой до звона почвы. Окружавшие двор низкие дома от черноты окон казались молчаливыми и пустыми, короткие тени протянулись от их стен. Отдаленный вой ветра казался голосом самих гор.

Через какой-то миг окружавшая его аура тепла рассеялась. Босые ноги обожгло. Обнаружив, что совершенно обнажен, Элари взвыл и бросился обратно, но Иситтала крепко держала дверь с той стороны. Несколько бесконечных секунд юноша отчаянно боролся с ней, пока, несмотря на холод, его не бросило в пот. Потом подруга сжалилась над ним. Она тоже была нагишом и звонко вскрикнула, когда ледяной Элари притянул её к себе. Они рассмеялись и отпустили друг друга — теперь юноша чувствовал себя очень бодрым.

21.

На рассвете они спустились в долину. После ночной бури стало очень холодно. Морозный иней лег на траву, каждый стебель и жесткий лист покрылся тысячами ледяных блесток. Море сверкающей алмазной пыли отливало розовым в лучах утреннего солнца. Яркость и чистота красок, щедрость, с которой они были отпущены ландшафту, были поистине изумительны — и, пожалуй, нигде более не повторимы. Но оставаться здесь Элари уже не хотелось — восход, едва занявшись, тут же померк. Вновь завыл ветер, огромные тучи ползли, казалось, прямо над головой. Дело снова шло к снегопаду и задерживаться здесь определенно не стоило.

Обратное путешествие утомило Элари: он молча трясся на сидении и тупо смотрел в окно. Ветер угрюмо ревел за стеклами, серые клочья туч стремительно летели на юго-восток и в Налайхе они почти не задержались — поднималась метель, к вечеру обернувшись неистовым шквалом. Из низких белых облаков посыпался град в полкулака величиной, всё живое попряталось, земля покрылась слоем льда. Вновь резко похолодало и провожавшая их молодежь куталась в меховые куртки.

Когда они миновали перевал, уже темнело. Вспыхнули фары, и они стали спускаться в море крутящегося снега, сверкавшего миллионами крошечных огоньков. Видимость упала метров до пятидесяти и Иккин вел машину скорее по памяти, нежели с помощью глаз. Первая же ошибка угрожала катастрофой, но всё, тем не менее, обошлось. Они вернулись очень поздно и измученный Элари тут же лег спать.

Глава 9: Конец детства

1.

После их возвращения наступили бурные и пасмурные дни. Несмотря на бушующий ветер, даль была чиста и ясна. Лишь по утрам синяя дымка прилипала к темно-фиолетовым горам, скрадывая угрюмую резкость их очертаний. В редкие спокойные вечера изумительные закаты — сияние алого пламени между гребнем черного хребта и покровом беспросветных туч — оживляли унылую монотонность хмурых дней и беззвездных ночей.

Иногда случались закаты и более фантастические — гряды параллельных туч принимали пурпурно-фиолетовый оттенок и алый огонь в просветах между ними к горизонту становился всё более золотым. На его фоне угрюмо чернел гребень хребта, весь в красных отблесках небесного пожарища. На востоке тени принимали цвет густейшего ультрамарина, обрывы и склоны ущелий — терракоты, а на западе над синими горами сиял меч красной бронзы, нависавший над огненно-светлой полосой зари.

Но, как ни удивителен был мир Лангпари, Элари уже привык к нему, и жизнь покатилась вперед, плавно и незаметно. Он переселился в маленькую комнату на последнем этаже здания в Золотых Садах и в бурные ночи долго лежал без сна, размышляя и прислушиваясь то к поразительной тишине, то к далекому рокоту ветра, который приближался и, налетая, сотрясал стекла.

У них с Иситталой не было общего жилья и юноша быстро оценил мудрость этого решения: благодаря ему каждая их встреча становилась чудом. К тому же, Иситтала была очень занята: поскольку создать современную армию в долине было заведомо невозможно, ей пришлось обратиться к аморфной массе любителей древнего военного искусства — но и превратить их в организованную силу было очень и очень непросто.

Элари старался внести в её дело свой вклад: теперь он работал в мастерских Золотых Садов, очень похожих на мастерские Шухтунгорта — всё оборудование добывалось из одного источника. В них несколько десятков подростков и юношей под руководством Иккина делали оружие — ножи, мечи, наконечники для стрел. Среди мечтательных и влюбчивых юных файа охотников возиться с металлом было немного и Элари слыл среди лучших работников. С Иккином он быстро подружился и тот вечерами учил его сражаться. Юноша, голый до пояса, азартно размахивал коротким, но увесистым мечом — поначалу его плечи начинало ломить после нескольких минут упражнений, но постепенно пришла сноровка и он мог заниматься так часами.