Читаем без скачивания Шелкопряд - Тимоти Зан

Сердце Мередита отчаянно забилось. Перед тем как повернуться к Аллертону, он еще раз внимательно посмотрел на Переса. «Что он затеял? – подумал Мередит. – Мзия сделал ему заманчивое предложение – ну и отлично, зачем же передавать мне слово? Или ему доставит удовольствие поглазеть, как я полезу в петлю?»

– Вообще-то уже все сказано, – сказал Аллертон. Он напряженно смотрел на Мередита. – Во всем, что касается Прялки, полковник немедленно передаст бразды правления господину Мзии.

Мередит закусил удила. «Ну хорошо, кровососы, вы сейчас не то запоете. Голыми руками меня не возьмешь».

– Нет, сэр, не передам, – сказал он. – По-моему, в данных условиях ни господин Мзия, ни любой другой чиновник из ООН не смогут распорядиться Космической Прялкой так, как мы, граждане Астры, поэтому ни о какой добровольной передаче командных обязанностей не может быть и речи.

– В таком случае вы уволены в приказном порядке, – с мстительным удовлетворением провозгласил Мзия. – Генерал Сандовал будет здесь через час, а пока…

– Минуточку, сэр, – скромно ввернул Перес. – Не уверен, что вопрос о кандидатуре генерала Сандовала выносился на рассмотрение совета. Совет может не одобрить замену полковника Мередита.

Мзия удивленно посмотрел на него.

– О чем вы говорите? Вопрос о том, кто будет управлять этой территорией, решает только ООН.

Перес взглянул на Кармен.

– Мисс Оливеро, по-моему, такое пренебрежительное отношение к законно избранному органу еще раз доказывает, что ООН не в состоянии распорядиться Космической Прялкой по справедливости.

– Согласна, – сказала она. Ее голос слегка дрогнул, выдавая волнение. – Господин президент, господин Мзия, от имени совета Астры заявляю, что мы со всей категоричностью отклоняем отставку полковника Мередита.

– Что за чепуха? – фыркнул Мзия. – Мередит высылается с Астры, это уже решено. Если вам что-то не нравится, вы можете послать ноту протеста генералу Сандовалу – через его войска.

– Войска? – спросил Хафнер. – Значит, вы собираетесь оккупировать…

Мередит жестом потребовал тишины.

– Мисс Оливеро права, – спокойно сказал он. – Я остаюсь на Астре.

Тишина на другом конце стала такой плотной, что хоть гвозди в нее заколачивай.

– Вы уедете. – Наконец Мзия обрел дар речи. – Или вам будет предъявлено обвинение в измене родине и в измене ООН. Ваши войска пойдут против вас – вряд ли им захочется разделить вашу участь.

– Возможно. Но не стоит возлагать большие надежды на преданность войск вашей Организации Объединенных Наций. У многих свежо в памяти то безразличие, которое вы проявляли к нам, пока на Астре не появился космический кабель.

– В вашем распоряжении жалкие четыре сотни солдат, – рявкнул потерявший терпение Мзия. – Я могу арендовать у ктенкри транспортное судно и за десять дней перебросить сюда целую армию. Вам что, очень хочется посмотреть, как ваши люди, подобно дождевым червям, закапываются в землю?

Мередит поднял левую руку и похлопал кончиками пальцев по наручному телефону.

– Ваша армия не успеет погрузиться на свои шаттлы, как я уже свяжусь с главой здешнего представительства рушрайков. Как вы думаете, что он сделает, когда узнает, что на нас собираются напасть и что я прошу помощи?

– Я всего лишь объясню ему, что вы здесь уже никто…

– Меня он знает. А вас – нет.

– Нас поддержат ктенкри.

– Боевых кораблей у ктенкри здесь нет. К тому же рушрайки не испытывают к ним особых симпатий.

Мзия процедил что-то невразумительное. Было видно, как под его туго натянутой кожей заходили желваки.

– Вы должны четко представить, каковы будут последствия вашего неповиновения, – тут господин Мзия прав, – вступил в разговор Аллертон. – Не подчинившись моему прямому приказу, вы попадете под трибунал. Что касается остальных граждан Астры, против них тоже будут возбуждены уголовные дела о нарушении тех или иных федеральных законов, вплоть до измены родине.

Мередит повернулся к президенту.

– Те жители Астры, которые не захотят оставаться здесь в новых условиях, могут уехать на Землю со следующим рейсом, – сказал он, жалея о том, что не может читать мысли своих товарищей. Слова Аллертона прозвучали зловеще, тон тоже не сулил добра, но в лице была какая-то расслабленность, чуть ли не умиротворение. «А может, мы невольно подыграли ему? – вдруг подумал Мередит. – Взбунтовались и, взяв огонь ООН на себя, отвели удар от США? В таком случае у нас появился запасной козырь». – А что касается оставшихся, – продолжал объяснять он, – боюсь, вам придется судить нас заочно. Правда, я не уверен, что американские законы распространяются на иностранных граждан.

Последние слова повисли в тишине – довольно долго никто не мог вникнуть в их суть.

– Что-что? – прошептал Хафнер, обращаясь к повернувшимся в его сторону Кармен и Пересу.

Лицо Аллертона оставалось таким же умиротворенным.

– Значит, вы выходите из состава Соединенных Штатов? – осведомился он.

– Вы не так ставите вопрос. Астра в общем-то никогда и не была территорией Соединенных Штатов. Но суть вы уловили – мы объявляем независимость.

Мзия ударил кулаком по столу.

– Ну это уж слишком! Охрана! Арестовать этих четверых!

Двое мужчин, стоявших слева от двери, выступили вперед. В их руках словно по волшебству появились револьверы.

– Аллертон, а ваши люди? – рявкнул Мзия.

Двое других телохранителей тоже сделали несколько шагов, но по знаку Аллертона остановились.

– Сотрудники американской службы безопасности не обязаны выполнять ваши приказы, – холодно сказал президент. – Они не уполномочены производить аресты, поэтому они вам не подчинятся.

Мзия метнул на него яростный взгляд, а Мередит снял трубку селектора и нажал на кнопку.

– Майор, вы все слышали? – спросил он.

– Да, сэр, – раздался голос Брауна, достаточно громкий, чтобы его расслышали на том конце стола. – Мы оповестили рушрайков. Их десантная группа уже наготове.

Мзия пришел в себя первым.

– Вы блефуете. Мередит покачал головой.

– Если мы попросим, они высадятся, – спокойно сказал он. – Готов поспорить, к настоящему бою вы не готовы.

– Но я могу убить и вас, и ваших гнусных подпевал, – вышел из себя Мзия.

– Можете, – подтвердил Мередит. – Вы убьете троих из тех пяти человек, что имеют доступ в командный пункт прядильщиков. Если и с оставшимися двумя что-то случится, вы навсегда потеряете возможность проникнуть туда.

Мзия застыл. Долгое время он был неподвижен. Потом медленно поднялся, сделал знак своим телохранителям, и те убрали оружие.

– Я и раньше говорил вам, полковник, – сказал он замогильным голосом, – а теперь повторяю: вы можете выслать меня отсюда, но вы об этом пожалеете. Товары, заказанные рушрайкам, мы с Земли не выпустим. И ООН, и ктенкри проследят за этим. Мы вас задушим блокадой, так что или вас привезут в Нью-Йорк в кандалах, или вся Астра вымрет от голода. Когда начнете питаться песочком, вспомните, я вас предупреждал.

Развернувшись, он кинулся к выходу, рывком распахнул дверь и стремительно вышел. Вместе с ним исчезла и охрана. Аллертон тоже встал – выражение его лица оставалось нейтральным.

– Надеюсь, мои последние слова останутся между нами, полковник, – тихо сказал он. – Говорю не для протокола. Удачи вам.

Не дожидаясь ответа, он вышел. Когда сотрудники службы безопасности закрыли за собой дверь, Хафнер тяжело вздохнул.

– Вот это да! – сказал он. – Он все еще в шоке. Перес отодвинул свое кресло от стола и, расправив плечи, принял расслабленную позу.

– Вряд ли, – сказал он, вздыхая. – Аллертона устраивает такой поворот событий. Объявив себя независимыми, мы вывели его из подчинения ООН: теперь он не несет ответственности за наши действия. Так что Салех не имеет никакого законного основания оказывать нажим на Соединенные Штаты.

– Зато прижмут нас, – пробормотала Кармен.

– Нам в любом случае грозило эмбарго, – пожал плечами Перес. – А так хотя бы Америка не пострадает.

Мередит удивленно вскинул брови.

– Надо же, мне казалось, что вам наплевать на Америку, – сказал он.

– Можно не любить правительство, но это не значит быть равнодушным к народу, – ответил Перес.

– Просто к ООН вы относитесь гораздо хуже, да?

– Скорее мне не нравится, что ООН задумала руководить Астрой, – поправил тот. – Как и вы, я считаю, что мы распорядимся Космической Прялкой лучше, чем любое правительство. А связавшись с ктенкри, ООН так или иначе превратится именно в подобие правительства. – Он устало поднялся на ноги. – Полковник, если мы больше не нужны, мне бы хотелось вернуться домой и лечь поспать.

– Конечно, – кивнул Мередит. – Можете быть свободны. Вы мне понадобитесь утром, когда независимость будет провозглашена официально. По-моему, не все будут от этого в восторге.