павших и поверженных. После осмотра король только в сумерки вернулся в стан. Оттуда он отправил нарочным гонцом спальника своего Миколая Моравца, герба Повала (из селения Куношувка близ Ксенжа), в Польское королевство с посланием, объявлял супруге своей, королеве Анне, а также Миколаю Куровскому, архиепископу гнезненскому, и вельможам, охранявшим Краковский замок,[317] университету[318] и краковскому городскому совету,[319] что он учинил великую сечу с крестоносцами, одержав великую победу; король повелевал также отслужить богу благодарственные молебствия во всех храмах. Во свидетельство же победы и радостных событий гонец Моравец вез с собой по повелению короля хоругвь епископа помезанского, с гербом, изображавшим святого Иоанна Крестителя в образе орла. По прибытии его в Краков и объявлении о победе короля, весь город огласился великим ликованием и радостью и славословиями богу в церквах и всю ночь в ознаменование радости сиял огнями. Когда затем весть о торжестве распространилась по всему Польскому королевству, все города и села Польши оглашались ликующими кликами людей, праздновавших в безмерной радости счастливую победу.
ГОРОД ГОГЕНШТЕЙН С ЗАМКОМ СДАЕТСЯ КОРОЛЮ; ОТ ЕПИСКОПА ВАРМИЙСКОГО ПРИБЫВАЕТ К КОРОЛЮ ПОСЛАНЕЦ, УМОЛЯЯ ПОЩАДИТЬ ЦЕРКОВНОЕ ИМУЩЕСТВО.
В четверг, в день святого Алексия, семнадцатого июля, король польский Владислав, освободив и отпустив всех пленников, число которых, как считали, превысило сорок тысяч, одаривает их с королевской щедростью пищей и одеждой в дорогу; кроме того, он дает пленникам надежных провожатых, чтобы довести их до ближайшего города Остероды. Затем король выступает со своим войском и, дойдя до замка и города Гогенштейна, располагается станом. Замок и город Гогенштейн отдались во власть короля, который пожаловал их в держание Яну Кретковскому, герба Доленга. Этой-то умеренностью, милостями и кротостью, проявленными королем Владиславом к пленным и побежденным, он, думается, еще блистательнее воспользовался результатом победы; он снискал величайшую награду и величайшую хвалу за свою доброту, освободив закованных и несчастных пленников, вместо того чтобы изливать на них ярость. В тот же день приехал к королю посланец епископа вармийского Иоанна[320] с просьбой считать его самого и имущество его епископата сданными королю и не позволять опустошений и поджогов. Но король, отвечая посланцу, отказался выполнить просьбы епископа и отдать такое распоряжение, так как и сам посланец сочтен был человеком, не заслуживающим доверия; однако король сказал, что не отвергнет просьбы, если епископ явится сам лично для того, чтобы сдаться и сдать свое имущество.
КОМАНДОР СВЕЦЕНСКИЙ ГЕНРИХ СПАСАЕТ МАРИЕНБУРГ, СОЗДАВ ВЕСЬМА МОЩНУЮ ОБОРОНУ.
Генрих, командор Свеца, узнав, что магистр крестоносцев Ульрих фон Юнинген убит и все его войско разбито и что дела Ордена находятся в угрожающем положении, принял самое здравое решение. Чтобы избежать крайней опасности для дела Ордена и его уничтожения, командор прибыл в Мариенбург со всем пешим и конным войском своего Свеценского командорства. Он внушил надежду на спасение воинам, которые укрылись туда бегством, а также некоторым воинам из других замков и укреплений. Затем, щедро раздав им жалование, Генрих с пятью тысячами рыцарей ревностно принялся укреплять Мариенбургский замок. Если бы он не пришел в Мариенбург столь быстро с новым свежим войском и своей кипучей деятельностью и умением не поднял и не укрепил дух защитников, помышлявших о бегстве, и не взял бы на себя всего высшего начальства, то было бы покончено не только с Мариенбургским замком, но и со всем Орденом крестоносцев; последний после захвата королем Владиславом Мариенбургского замка, без всякого сомнения, был бы истреблен и уничтожен.
ЗАМКИ ПРУССИИ СДАЮТСЯ КОРОЛЮ.
В субботу, в день святого Арнульфа, восемнадцатого июля, утром, король выступает с войском и, достигнув озера, которое называется Густенским и находится между Моронгом и Гогенштейном, располагается здесь станом. По мере того как из соседних замков стекаются посланцы, объявляя об их сдаче, король отдает эти замки в управление своим рыцарям. В этот день Генрих фон Плауэн, командор, набрав с помощью уговоров и за деньги пятьсот наемников, прибыл в Мариенбургский замок, чтобы взять на себя его охрану и защиту. До его прибытия замок охраняло едва пятьдесят человек, объятых страхом, и Владиславу, королю Польши, легко удалось бы овладеть им, а следовательно, и всеми другими замками, если бы после битвы он сумел воспользоваться победой: неожиданно осадив замок, захватить его. К тому же венгерские бароны, выехав из Мариенбургского замка, отправляются в Гданьск, где Ульрих, магистр Пруссии, назначил им выдачу остальных двадцати тысяч флоринов.[321]
СДАЧА ЗАМКА МОРОНГА И СМЯТЕНИЕ В ПРУССИИ.
В субботу, девятнадцатого июля, Владислав король Польши, двинув войска, подошел к замку и городу Моронгу. Хотя замок, находясь среди болот и озер, был сильнейшим образом защищен самым своим положением, однако он сразу же был сдан королю; последний отдал замок вместе с городом в держание рыцарю Енджею из Брохоциц. Поразительно было это победное шествие! Ведь все замки и города Пруссии добровольно сдавались и добровольно выходили навстречу королю. После Грюнвальдской битвы сильный ужас охватил всех: дрожа от страха, бежали защитники почти из всех крепостей; объятые ужасом, хранили безмолвие жители городов, местечек и селений. Ибо все считали, что никто не может устоять против мощи войска польского, раз магистр Пруссии пал и войско его уничтожено. Итак, без всякой осады и даже не обложенные, сдавались замки, крепости и города. Таково было последствие несчастной битвы, в которой пали магистр и командоры Ордена, разгромлено войско их, а остальные пали духом.
СДАВШИЙСЯ ЗАМОК ПРУСМОРК КОРОЛЬ ОТДАЕТ В УПРАВЛЕНИЕ МРОЧКУ ИЗ ЛОПУХОВА.
В воскресенье, перед праздником святой Марии Магдалины, двадцатого июля, король, выступив с войсками из Моронга, остановился на отдых, расположив стан у селения и озера Чолпе, близ замка Прусморка. Туда прибыло к королю много крестоносцев Ордена, оставленных для защиты этого замка. Смиренно умоляя короля о пощаде, они передают ему замок Прусморк; король же назначает его в держание Мрочку из Лопухова, герба Ласки, рыцарю Великой Польши. Но так как, по рассказам, в этом замке были спрятаны некоторые замечательные и ценные вещи и много сокровищ, то король послал в замок Прусморк своего нотария Яна Соху, герба Наленч, наблюдать за Мрочком в замке и составить список всех вещей и ценностей замка. Когда Ян Соха, проверив упомянутого Мрочка и переписав вещи, возвращался, его убили по дороге (свои или враги, осталось неизвестно) со всеми сопровождавшими. Упомянутому рыцарю Мрочку предъявили тяжкое обвинение в том, что он подстроил это убийство,
