Читаем без скачивания Терской фронт (СИ) - Борис Громов

Вот только никому в Ростове не нужен слишком сильный Терской Фронт. Нет, совсем на «голодном пайке» не оставят, все-таки со своей ролью буфера между Ростовом и турками, а заодно, и пограничной стражи, терцы справляются хорошо. Но и усиливать их сверх необходимого минимума ростовские «умные» политики явно не собираются. Им автономия Фронта и так, словно кость в горле. А ведь если и без того строптивые казаки еще сильнее окрепнут… Кто знает, какие мысли могут прийти в их забубенные головушки? Нет, на такой риск Ростов не пойдет. Политики, мля! Вечно все проблемы от них! Из-за «глобальных замыслов» родившихся во всевозможных «высоких» кабинетах, с обеих сторон всегда умирали простые парни, которые изначально и вражды-то особой к «оппонентам» с противоположной стороны не испытывали. И которым на те самые «замыслы» плевать было с высокой колокольни. Вот бы заставить политиков самих за свои идеи друг с другом биться. То-то вояки бы посмеялись! Жаль, все это фантазии.

А если отставить неуместное ерничанье, то дела хреновые. По всему видно, назревает в здешних краях какая-то серьезная заваруха. Сил на отражение возможной агрессии если и хватит, то совсем впритык… А ведь может и не хватить, мы же о планах и возможностях врага ничего толком не знаем. И на помощь, похоже, особо рассчитывать не стоит. Да уж, было бы хуже — да некуда!

— Эй, Миш, ты как, в порядке? — возвращает меня к реальности голос напарника.

— Что? А, да, Толь, все отлично.

— Точно? — Курсант глядит на меня с подозрением. — А то у тебя вдруг лицо стало такое… Нехорошее. Будто ты кому-то шею свернуть собрался.

— Не боись, Анатолий! Надо будет — так мы с тобой кому хошь шею свернем. Фигли нам, молодым-красивым, холостым-неженатым! — я с улыбкой пихаю напарника кулаком в литое плечо. — Прорвемся!

— Точно! — соглашается Толя.

— Ну, что, — я окидываю взглядом разложенное на мешках вычищенное оружие, — вроде, закончили? Похоже, можно к Сергеичу в «Ратник» собираться.

— А «подствольник»? — интересуется Толя, напоминая мне про обещание привести в приличное состояние подствольный гранатомет, доставшийся ему «в наследство» от командира бандитского блок-поста.

— Да не мороси ты, сделаю я твой «подствольник» в лучшем виде. Сразу, как вернемся, сяду и сделаю.

Удовлетворенный ответом Курсант кивает и начинает убирать почищенные автоматы, карабины и пистолеты в заранее припасенный баул. И то, правда, пора к Сергею Сергеевичу наведаться, а то ведь дело уже к вечеру.

С продажей оружия мы чуть не пролетели. На дверях «Ратника» красовалась табличка «Закрыто. Прием товара», а в раскрытые настежь тяжелые стальные ворота, закрывавшие въезд во внутренний двор оружейной лавки, аккуратно сдавал задом здоровенный тентованный грузовик. «В девичестве» он явно был армейским «Камазом», но сейчас, больше походил на пьяный бред какого-нибудь автомилитариста или рабочий реквизит для очередной серии «Безумного Макса»: всю кабину грузовика закрывали броневые листы, оставив спереди и по бокам лишь узкие смотровые щели, тускло блестевшие стеклом триплексов. Колеса тоже прикрыты бронещитками. Вместо бампера — мощная конструкция, больше похожая на небольшой бульдозерный ковш с выступающей вперед, словно таран древнегреческой биремы или триремы, средней частью. Под многочисленными прорехами в брезентовом тенте тоже виднеется тусклая броневая сталь. Нет, точно «Безумный Макс»! Это сколько ж этот мастодонт весит? А горючего жрет сколько? Хотя, учитывая, что он перевозит — затраты хозяев наверняка с лихвой окупаются. Улицу в обоих направлениях довольно грамотно «держат» шестеро крепких мужиков в одинаковом камуфляже совершенно незнакомой мне расцветки. Какая-то чудная «пятицветка», немного похожая на нашу омоновскую «куклу» или британский DPM. И не сопляки, в годах дядьки, где-то чуть за сорок всем, судя по внешности, вооружены новенькими АКМСами, позы, вроде, расслабленные, но взгляды внимательные, настороженные. Да, блин, серьезные товарищи, матерые. Может, и не спецназ, но бойцы опытные и грамотные. Что называется — пехота-профи.

— Эй, дружище, привет, — машу я рукой самому ближнему из них. — Мне Сергей Сергеевич нужен. Подойти можно?

Тот пристально смотрит на меня и кивает. Но стоит только мне сделать пару шагов вперед, как он вскидывает к плечу уже снятый с предохранителя автомат и резко бросает:

— Спри![86]

Я замираю как вкопанный, и даже руки слегка приподнимаю, не то, чтобы сдаваясь, скорее — успокаивая.

— Э, мужик, спокойнее! Ты чего такой нервный? Сначала киваешь, потом стрелять собираешься. Ты что, блин, болгарин?

Мужик слегка опускает ствол автомата и снова внимательно смотрит на меня, а потом отрицательно мотает головой, но при этом говорит:

— Да, блгарин.[87]

— Он что, псих? — тихо шепчет у меня за спиной Толя.

— Нет, Курсант, все нормально, я тебе про это потом объясню, — так же тихо отвечаю я, слегка повернув к нему голову. — Главное — стой спокойно и глупостей не делай.

Из-за машины внезапно появляются Сергей Сергеевич и еще один, судя по такому же, как и у часовых, камуфляжу, гость из «солнечной Болгарии».

— Миша, у вас все в порядке? — тут же въезжает в ситуацию пожилой и мудрый торговец оружием.

— Да, Сергей Сергеич, все нормально. Просто небольшое недоразумение, — немного натянуто улыбаюсь я, автомат часового все еще смотрит мне точно в брюхо и от этого мне слегка неуютно. — Но, надеюсь сейчас с вашей помощью все и разрешится.

— Конечно-конечно! Георгий, — обращается он к часовому, — это мои друзья, их можно пропустить.

Тот, похоже, не хочет больше экспериментировать с жестами и просто произносит: «Добре!», опускает автомат и отходит на шаг в сторону.

— Драго, я буквально на несколько минут отойду с ребятами, — оборачивается Сергей Сергеевич к своему спутнику. — Все равно машину пока еще не разгрузили. Кстати, познакомьтесь, Миша, Толя — это Драгомир Христов, он командир группы сопровождения караванов «Арсенала». Драго, а это те самые парни, что упрямо лезут вам в конкуренты, правда, у них оружие не новое.

— Ааа, — улыбается тот, протягивая нам с Толиком руку, — да-да, уже о вас наслышан. Гроза и ужас Непримиримых.

Интересно говорит дядька, вроде и чисто, и фразы строит правильно, но все равно видно, что русский для него не родной.

— Да ладно, — отмахиваюсь я, ответив на крепкое рукопожатие. — Сами знаете, слухи — дело такое: насочиняют такого, что сам потом собственные дела по рассказам опознать не можешь.

— Бывает, — соглашается болгарин. — Но, с другой стороны, как у вас говорят: «дыма без огня не бывает». Так что, не стоит скромничать. А сейчас, извините, мне надо проконтролировать разгрузку. Рад был знакомству. Надеюсь, еще увидимся.

— Ну, что ж, Миша, пойдемте в магазин. Посмотрим, что вы на этот раз добыли, — подхватывает под руки нас с Толей Сергей Сергеевич, как только Христов уходит назад, к «монструозному» грузовику.

В этот раз общение вышло несколько скомканным, хозяин «Ратника» явно спешил, что, впрочем, совершенно не отразилось на его дотошности. Он сходу отложил уже упомянутый мною «Стечкин» и один из ПМов в сторону со словами:

— Полный хлам, Миша, возьму только на запчасти и исключительно из уважения к вам, как к аккуратному, добросовестному клиенту.

Мне оставалось только согласно «мотнуть гривой». Зато за все остальное он заплатил довольно щедро. Наши усилия не прошли даром, и после чистки автоматы и карабины выглядели вовсе не так плачевно, как до нее. Полученные деньги я снова честно поделил пополам и тут же отдал одну половину напарнику.

— Да, Миша, подождите, чуть не забыл! — останавливает меня окрик Сергеича прямо на пороге.

Я оборачиваюсь, и вижу в руках торговца, похожего сейчас не столько на доктора из «Формулы любви», сколько на Мюллера в момент произнесения знаменитого: «Штирлиц, а вас я попрошу остаться…», черный металлический тубус, примерно двадцати сантиметров длиной и пяти — в диаметре. Не опознать в нем ПБС способен разве что слепой, или человек бесконечно далекий от армии и всего, что с нею связано. Я — не первое, и уж точно не второе, и поэтому радостно бросаюсь назад.

— Сергей Сергеич, дорогой вы мой человек, неужто достали?

— Спокойнее, Михаил! — слегка осаживает он мой пыл. — Это всего лишь корпус. Ни обтюраторы, ни патроны пока не готовы. Но и то, и другое будет в течение ближайшей недели-полутора. Так что, готовьте деньги.

— Да хоть сейчас! Сколько?

— Погодите, Миша, прямо сейчас — не надо. Вот когда все будет готово, тогда и побеседуем.

— Сергей Сергеевич, скажите честно, вам уже говорили, что вы — изверг?

— Простите, если расстрою, Миша, но говорили, и неоднократно, — ехидно улыбается тот. — Так что оригинальным быть у вас не получилось.