Как лекарство не достигает своей цели, если доза слишком велика, так и порицание и критика — когда они переходят меру справедливости.
Артур Шопенгауэр
Примечание: «”Ругать или не ругать?” — вот в чем вопрос!»
Дети до трех лет независимо ни от чего считают себя хорошими. Это, как говорится, факт медицинский, доказано наукой. «Я всегда хороший! Я хороший, и больше никакой!» — восклицает ребенок двух с половиной лет, и ему не совестно, не стыдно, что он говорит такие «ужасные вещи». И это не потому, что у ребенка самомнение какое-то огромное, и не потому, что он «редиска» (нехороший человек), а потому, что он действительно не может мыслить себя иначе. Психологи считают, что это связано с тем, что первичная потребность каждого ребенка — получить одобрение взрослого, чтобы сохранить таким образом эмоциональное благополучие.
Иными словами, ребенок же не знает, что он «наш ребенок», что «мы его любим вне зависимости ни от чего», что он — «самое важное в нашей жизни», ее «цель и смысл». У него пока просто не появилось такой идеи в голове, неоткуда в ней было ей взяться, потому как думать понятиями и концептами он еще, в принципе, не способен. А коли так, то он допускает, что его могут выбросить, оставить, поменять на другого (как вариант). И, кстати, родители часто пользуются такими пугалками, совершенно не отдавая себе отчета в том, что ребенок не способен воспринять эту, с позволения сказать, «шутку» критически. А следовательно, отношение взрослого к ребенку для него — ребенка — очень важно.
«Мама, а ты правда-правда никогда меня не бросишь?» — когда пятилетняя девочка задает такой вопрос маме, она допускает эту возможность, о чем свидетельствует сам факт постановки такого вопроса. И это в пять лет! А что ребенок думает в три?! Оставленный на какое-то незначительное время один, он расстраивается не потому, что им не занимаются, а потому, что он решил, что всё… Его забыли, поиграли с ним и ушли навсегда. То, что если он, не дай бог, потеряется, родители будут его денно и нощно искать с собаками и не сомкнут глаз, пока не найдут, этого же он еще не понимает. Он вообще не понимает, что такое может быть. Не зная ничего этого, не понимая ничего этого, он допускает возможность, что от него могут отказаться. Ужасная мысль! Но у ребенка те мысли, которые у него есть, а не другие.
Если же, допустим, вам кровь из носу надо продать кому-нибудь какую-нибудь вещь, если это вопрос жизни и смерти в прямом смысле этого слова, вы будете говорить о недостатках этого предмета? И как вы будете реагировать, если потенциальный покупатель высказывает сомнения в его добротности? Думаю, вы будете категорически отрицать какие-либо недостатки: «Хорошая! Всегда хорошая, и больше никакая!» И ребенок — сам для себя такая вещь. И ему надо во что бы то ни стало «сбыть» себя своим родителям. И поэтому он просто не имеет права усомниться в собственной ценности, даже если и мог бы это сделать.
Но проблема в том, что он и не способен в ней усомниться, ведь способности относиться к себе критически у него пока еще просто нет. Он может с виноватым видом послушать ругающего его на чем свет стоит родителя. Но это вовсе не значит, что он почувствовал или тем более подумал:. «Я плохой, потому что на меня ругаются». Он просто сделал тот вид, который, как он знает из опыта, способен остановить родительский гнев, а значит, и риск быть выброшенным за борт у него меньше. Вот он и виноватится. А считать себя виноватым, проштрафившимся и т. д. он будет еще очень не скоро.
И вот теперь вопрос философского такого плана — если ребенок в принципе не способен усомниться в собственной «хорошеете», имеет ли смысл его критиковать? С равным успехом вы можете стоять и критиковать стену за то, что она кривая. С равным успехом! Но в случае с ребенком ситуация, тут правда, еще более пикантная. Ребенок не только не воспримет нашу критику, но и узнает, где нас надо обманывать… Ведь если в какой-то своей части он нам не люб (раз это вызывает у нас гнев), то, соответственно, нам просто не надо этого показывать. И тут это не от большого ума, тут просто инстинкт самосохранения. Даже собака, сделавшая лужу в комнате, знает, что нужно делать вид, что, мол, она несчастна и что она ни при чем, само налужилось…
Итак, ругать или не ругать? Тут, по-моему, двух мнении быть не может. Ругать не только бессмысленно, но еще и вредно, опасно, так сказать, для здоровья. Научитесь разговаривать с ребенком, научитесь договариваться. Не делайте ничего, что может заставить его замкнуться или рассматривать вас как ходячую угрозу его безопасности. Искренне верьте в то, что ваш ребенок способен быть «хоронит». Просто часто он не знает — как, а иногда у него не получается, просто потому, что он еще маленький. Но если вы верите в то, что ему самому хочется быть «хорошим» и он способен на это, вы сами будете чувствовать себя по-другому. Его неудачи и оплошности будут восприниматься вами не как «контрреволюционная и подрывная деятельность» великого «оппортуниста», а также «врага народа», но как беда с вашим близким, родным, любимым человеком, которому вы всегда готовы и хотите прийти на помощь. Чувствуя к себе такое отношение, ребенок будет становиться лучше день ото дня!
Как сказать ребенку «Нет»?
Сейчас мы подошли к одному из самых важных и при этом самых болезненных вопросов, которым задаются и мучаются все, без исключения, родители, — «Как сказать ребенку "Нет"?» На самом деле, сказать «Нет» и добиться результата — это не так уж и сложно. Но необходимо следовать схеме, которую мы сейчас и обсудим. И следовать строго!
Беда в том, что нередко ребенок не понимает, за что его наказывают. Страх и боль малыша ассоциируется с образом наказывающего, и тогда ребенок еще больше пугается, становится замкнутым. Он настроен избегать не только наказания, но и взрослого «обидчика».
Мартин Селигман
Первое правило: «Вы не можете говорить «Нет» всегда».
Прежде всего, необходимо понять: «Нет» — это особенное, исключительное слово, это как «высшая мера» в своем роде. Но если произносить его постоянно, эффект особенности и исключительности исчезает. Мамочка, которая на все кричит: «Нет!», «Нельзя!», «Перестань немедленно!», «Прекрати!», «Никогда не делай этого!» — подводит сама себя. «Нет» начинает выполнять роль прерывания действия, но уже не работает как запрет. Происходит своего рода девальвация этого слова, оно обесценивается и теряет смысл. Чем меньше вы произносите слово «Нет», тем действенней ваши запреты.
Конечно, идеальный вариант — это рассадить детей по углам на табуреты, чтобы они там тихо сидели целый день и поднимались со своих мест только для того, чтобы поесть, а вечером — культурно вставали и, пожелав нам «Спокойной ночи!», бесшумно отправлялись в койку. Но надеюсь, ни у кого нет никаких иллюзий: этого просто не может быть. Ребенок живет, растет, развивается, исследует окружающий мир, ищет для себя увлекательные занятия и находится в абсолютном неведении по части возможных последствий своей деятельности.
«Аккуратно, ты сейчас ее разобьешь!» — кричит мама, завидев, что ребенок берет со стола вазу. Маму понять можно, но что значит для ребенка — «разобьешь»? Пока не проделаешь подобный эксперимент, не узнаешь. А слово «аккуратно»? Это как для трех-, пятилетнего ребенка, который еще пока рукой не сразу попадает в предмет, если хочет его взять, а при мелкой моторике и вовсе дружит с товарищем Кондратием?.. Вы помните свои первые прописи? А теперь подумайте в этой связи о слове «аккуратно».
Ребенок, который а пят лег не понимает разницы между «можно» и «нельзя», вряд ли поймет эту разницу в будущем.
Илья Шевелев
Не вяжется как-то, правда? Ну, и чего мы добились своим запретом? Напугали ребенка, и все, вошли с ним в конфронтацию. Хорошее начало хорошей беседы…
Короче говоря, обо всех «нельзя» нужно подумать заранее и предупредить саму возможность столкновения вашего ребенка с соответствующими «нельзя». Если ваза находится вне зоны его досягаемости, вам не придется запрещать ему ее трогать. То же самое касается ваших любимых книг, электроприборов и так далее. В более старшем возрасте это будет касаться других вещей. Например, если вы устанавливаете телевизор в детской, то странно потом требовать от ребенка, чтобы он его выключил и уткнулся в книгу. Думаю, велико может быть искушение выдать ребенку личный компьютер, чтобы он не просил сесть за ваш, особенно если семейный бюджет позволяет. Но после того как у него появится свой компьютер, поздно будет вводить правила пользования этим «другом».
Иными словами, думайте о «нельзя» и «нет» загодя. Помните, что это слово может девальвироваться и существует определенный лимит запретов, которые ребенок способен воспринять. Если вы превышаете этот лимит, ребенок, скорее всего, пойдет ва-банк и станет нарушать все правила подряд. И еще: там, где можно разрешить, лучше разрешить.
