стыдно. — Славь, ты же не возражаешь, если свой следующий гол я посвящу тебе? Он-то уж будет, в этом я не сомневаюсь.
— Да брось ты, не стоит… — прошептала вмиг покрасневшая Славя, но было до боли ясно, что Дэнчик все равно это сделает. Раз уж захотел выпендриться перед девушкой — то надо идти до конца. А то смысл какой?
Каждый из игроков уже вернулся на поле. Одарив нас улыбкой, к ним присоединился и Дэнчик. Я вновь засек пятнадцать минут. И второй тайм начался.
В этот раз начинали «белые». Один из тамошних пионеров передал пас на Егора, и тот словно молния оказался у ворот «красных», пробил по ним, но вратарь без проблем перевел мяч на угловой. Было опасно, учитывая, что наши уже умудрились с этой позиции пропустить гол. Но в этот раз Дэнчик все же вмешался и спокойно вывел мяч из своей штрафной, отдав пас Ульянке. Та по правому флангу сумела уже сама добежать до ворот «белых», но в выход один на один не смогла — вратарь оказался проворнее. Такой вот взаимный обмен моментами получился у ребят.
Дальше некоторое время особо наблюдать было не за чем. Обе команды возились в основном в центре поля. Позевывая, я переводил взгляд то на поле, то на пресловутые ромашки. Тягомотина какая-то. Когда уже будет зрелище? Я требую крови!
И стоило мне только об этом подумать, как «красные» окружили чужую штрафную, словно у них открылось второе дыхание, под чутким руководством Дэнчика не давая «белым» никаких шансов выйти со своей половины. Когда все же у одного из них получилось завладеть мячом, тот в мягком подкате обезмячил его, сделав так, чтобы инициатива перешла к Ульянке. И та ей воспользовалась, четко поставленным ударом отправив мяч в сетку.
— Оле! Оле! Оле! Выкуси, Егорыч! — закричала счастливая девчушка и кинулась в объятия к моему другу. Тот немного растерялся, обескураженно потрепав ее по макушке. А я невольно прыснул — если Дэнчик меня доведет как-нибудь, то я теперь точно знаю, чем его шантажировать.
Впрочем, радость у Ульянки была недолгой. Разозлившиеся «белые» остервенело ринулись в контратаку и начали нехило так прессинговать почувствовавших уверенность в себе наших. В один момент Егор завладел мячом и с левого фланга навесил товарищу, который снова сделал счет ничейным.
— Да что ж такое-то! — воскликнула Славя, которая уже, забыв обо всем, полностью увлеклась происходящим на поле. Неинтересная игра, говорите? Ну-ну, Славяна. Верим.
А дальше было еще веселее. Шокированная таким внезапным поворотом, душа поэта у рыжей-младшей сие вынести не смогла, и Ульянка накинулась на Егора с кулаками. Дэнчику пришлось разнимать драчунов, а мне делать вынужденный тайм-аут. Беда-бедовая. Славя также не осталась в стороне и поспешила на помощь к Дэнчику.
— Ульяна, ну разве так поступают настоящие пионеры! — негодовала она.
Рыжий мини-ураган все же удалось утихомирить. Надувшаяся Ульянка, всем своим видом показывая максимальное недовольство, подошла к своим воротам и облокотилась на штангу, словно говоря, что отныне она в этой игре будет принимать участие лишь формально. Кто-то из «белых» начал требовать ее дисквалификации, но против этого выступил сам Егор.
— Пусть остается. Надеюсь, что ей потом будет стыдно, — заключил он.
— Даже я соглашусь, а она меня укусила, между прочим, — поддержал его решение Дэнчик.
Ульяна в ответ горделиво вздернула носик, оставшись стоять столбом около штанги.
Пусть у «красных» был мяч, но теперь их задача усложнилась. Нужно было не просто удержать счет, а еще и, желательно, выйти вперед. И это еще находясь в меньшинстве. Просекшие фишку «белые» «автобусом» встали в своей штрафной, не давая соперникам хоть как-то оказаться в опасной досягаемости возле ворот.
— И что тут у нас происходит? — басистый голос из-за спины заставил меня вздрогнуть. — Славяна, объяснись.
Физрук, даже несмотря на свои внушительные габариты, появился будто из неоткуда. Вот ведь блин. Неужто этому Т-800 нельзя себя преподносить как-то менее пугающе?
— Играют, Борис Александрович, — затараторила Славя. — У нас двое новеньких пионеров, обходной к Вам подписать пришли. А один из них футболист, на поле сейчас с другими ребятами. Вот он и…
— Это кудрявый который? — Борис Александрович перебил активистку, разглядывая среди других игроков Дэнчика, который ловким финтом разделался с двумя «белыми» и почти сломал «автобус», но мяч, чуть ушедший вперед, перехватил Егор. — А что, неплохая техника. В пятницу он нам ой как может понадобиться. Так, а ты у нас? — обратился он уже ко мне. — Тебе бы не мешало немного массы набрать. Тощий, как вешалка.
Еще один. Да, я не качок. И не был никогда. Мозги — вот моя главная сила. Правда, увы, не все ее оценивают по достоинству. Да и потом, я объективно покрупнее буду того же Электроника. Так что не надо мне тут.
— А мне обходной просто подписать, — включил я дурачка, протягивая физруку бумажку.
Физрук разочарованно вздохнул, но все-таки достал из нагрудного кармана ручку и быстро нацарапал подпись, больше напоминающую медвежью лапу. Ладно, спасибо. На этом теперь мои полномочия все.
Тем временем Дэнчик вместе с товарищем по команде умудрились-таки раскатать «белых» на левом фланге и вывалились вдвоем на одного вратаря. Дэнчик, заполучивший пас, ловко обогнул оного и пробил в пустые ворота.
— Да! — одновременно воскликнули Славя с Ульянкой. Последняя сразу оживилась и как бы невзначай вернулась в игру. Хитрая лиса.
«Белые» выглядели подавленными — явно не ожидали, что даже при наличии в своей команде Егора будут проигрывать. Их же капитан сохранял невозмутимость. До конца тайма уже и так оставались считанные секунды — в чем смысл нервничать?
И вот прозвенел сигнал секундомера. Матч окончен. «Красные» победили со счетом 3–2. Негласные капитаны пожали друг другу руки, а Ульянка вновь повисла на Дэнчике, который сострил предельно кислую физиономию. Обнимашки с ней его явно не шибко впечатлили.
— Как фамилия у кудрявого? — спросил физрук у Слави.
— Мартынов, Борис Александрович, — не замедлила ответить та. — Кстати, его обходной лист у меня, Вы не могли бы…
— Да, разумеется… Мартынов, а ну-ка дуй сюда!
Дэнчик не замедлил рысью подбежать к физруку. Славя, коротко улыбнувшись, ткнула пальчиком в графу, где уже стояла роспись оного. Который сейчас очень добродушно улыбался во все тридцать два. Короче, можно было считать, что билет в футбольную секцию Дэнчик себе оформил заочно.
— Я редко кого когда хвалю, но ты произвел на меня впечатление, — сообщил Борис Александрович. — Давно занимаешься?
— Будто всю жизнь, — честно ответил он.
— В пятницу «Совенок» будет играть дружеский матч с другим пионерлагерем. Думаю, что ты уже слышал.
