– А, ясно, – кивнул Чарли, решив обмозговать это попозже.
Между тем чародей мерно ходил взад-вперед по комнате, помахивая колокольчиком и не то напевая, не то декламируя что-то глубоким, звучным голосом. Потом он вдруг навис над дядей и строго сказал:
– Кажи язык!
Дяде Патону ничего не оставалось, как нехотя повиноваться.
Скорпио выпрямился и спросил:
– Реки же, куда влекли тебя стопы твои, несчастный?
– Если я вас правильно понял, – отозвался дядя, – вы интересуетесь, где я был? Отвечаю: в замке Юбим.
– Клянусь драконьим зубом! – вскричал Скорпио. – Что за горькая участь тебя постигла! Ужасный род – отъявленные негодяи, кровопийцы и аспиды, все до единого! Увы тебе!
– Что верно, то верно – увы мне, – слабым голосом согласился дядя Патон.
– Вервейна! – веско провозгласил колдун. – Священная трава. Надобно непременно взять свежую. Испей, омойся в отваре оной, вдыхай ее пары. Тогда с одра восстанешь и недуг отринешь.
В это мгновение дверная ручка задергалась, чародей кинулся к двери и распахнул ее настежь. Чарли, к своему ужасу, не успел его остановить.
На пороге стояла бабушка Бон. Мгновение она ошарашенно глядела на колдуна, выкатив глаза, а потом сползла по стенке и рухнула на пол.
– То обморок! – авторитетно заявил Скорпио.
– Что там стряслось? – спросил дядя, которому с кровати происходящее в коридоре видно не было.
– Бабушка Бон бухнулась в обморок, – доложил Чарли. – Ну еще бы, такое потрясение – столкнуться со Скорпио нос к носу!
– Надо уложить ее в постель, – сообразил дядя Патон. – Очнется, подумает – кошмар приснился.
Скорпио соображал еще быстрее: он уже перекинул бесчувственную старуху через плечо, как мешок с картошкой, и, следуя за Чарли, отнес к ней в комнату, где не особенно бережно сбросил на кровать.
– Вы поосторожнее! – запоздало предупредил Чарли. – Еще сломаете ей что-нибудь.
Чародей громко хмыкнул, после чего преградил Чарли дорогу и потребовал:
– Сию же минуту верни меня домой! Доколе мне терпеть?
– Вот теперь пожалуйста, – согласился Чарли.
Однако стоило мальчику, на пятки которому наступал колдун, вернуться к себе в комнату, как его охватили сомнения.
– Но вы ведь не станете задерживать меня? – осторожно осведомился Чарли у Скорпио. – Мне не больно-то хочется застрять там, у вас, навсегда.
– Ни сном ни духом! – яростно воскликнул Скорпио. – На что ты мне сдался, отрок? Я тебя вытолкну в обратный путь, под отчий кров.
– Договорились, – все еще неуверенно сказал Чарли.
Он извлек картину и водрузил ее на ночной столик, прислонив к лампе, а сам уставился прямо в глаза нарисованному колдуну. Но ничего не происходило. Впрочем, чего он ожидал, если настоящий Скорпио дышал ему, Чарли, в затылок и цеплялся за рукав? Там, на картине, была лишь безжизненная нарисованная фигура, бессильная втянуть Чарли внутрь.
– Знаете, по-моему, вам нужно от всей души захотеть, чтобы я попал в картину, – проговорил Чарли.
– Внемлю, – отозвался Скорпио и положил костлявые руки на плечи Чарли. Подчиняясь нажиму, мальчик сделал к картине шаг, затем другой…
– Сильней старайся, неслух! Еще натужься! – проскрежетал ему в ухо свирепеющий колдун.
– Да не мешайте вы, я и так делаю что мо…
Чарли осекся, потому что вдруг полетел куда-то вперед с головокружительной скоростью. Клешни Скорпио вцепились в него железной хваткой, уже не столько подталкивая, сколько волоча за собой. Вокруг Чарли заклубились облака пыли, легкие просто разрывало, он зажмурился и отчаянно расчихался.
В ноздри мальчику ударил знакомый запах – смесь плесени и свечных огарков. Чарли протер глаза: впереди замигали язычки пламени. Навстречу ему плыла келья чародея – вот показались свечи в канделябрах, длинный стол и на нем череп, пентаграмма на стене. А посреди комнаты стоял сам Скорпио, остекленело глядя в никуда пустыми ястребиными глазами.
Чарли приготовился совершить посадку в берлоге у чародея, но, к его удивлению, едва приблизившись, комната вдруг опять начала отдаляться. Мальчик протянул было руки, стараясь ухватить нарисованного колдуна, но они встретили только пустоту. Он выбросил вперед ногу, чтобы нащупать почву под ногами, но его тошнотворно качнуло в пространстве, перевернуло вверх тормашками и поволокло обратно.
Бум!
Чарли ничком рухнул на пол собственной комнаты, больно ударившись коленками. Рядом застонали.
Скорпио стоял тут же, на четвереньках, и черная хламида завернулась ему на голову.
– Что случилось? – кашляя, спросил Чарли. Чародей не без труда разгладил свое одеяние и сел прямо на пол. Некоторое время Скорпио горестно тряс головой, потом воздел руки к потолку и произнес:
– Ея мы позабыли! Горе! Горе! Увы нам! Где она блуждает?
– Что-что? – Чарли, пошатываясь, поднялся. – Кого позабыли? Где? Мы же почти попали обратно в картину! Почему нас выпихнуло?!
– Нам путь закрыт. Во всем твоя вина! – Скорпио обвиняюще нацелил на Чарли костлявый палец. – Презренный вор! Украл мою зверюшку!
– Зверюшку? – Чарли в замешательстве уставился на чародея, решительно не понимая, о чем тот говорит, потом сделал над собой усилие, и до него дошло. – А, так вы про мышь! Ну да, ясное дело, без мыши путь назад закрыт. Я так понимаю, чтобы вы могли вернуться, на картине все должно стать тютелька в тютельку как раньше.
– Сиречь с мышью, – простонал Скорпио. – А мыши нет.
– Последний раз она попадалась мне в дядиной комнате. Посидите тут, я мигом.
Но Скорпио резво вскочил, опасаясь хоть на секунду выпустить Чарли из поля зрения. Они влетели в комнату дяди Патона, бурно жестикулируя и на два голоса рассказывая о беглой мыши и несостоявшемся возвращении.
– Да тихо вы! – взмолился дядя. – У меня и так голова раскалывается. Чарли, почему этот господин все еще у нас?
Чарли сделал Скорпио знак молчать и объяснил:
– Нужно обязательно найти ту бурую мышь, иначе ему обратно не попасть.
– Смеху подобно! – Судя по всему, дяде было совсем не смешно. – Да ваша мышь давно уже убежала. Вам ее не отыскать. Сидит где-нибудь под полом, где наверняка полно крошек – на год хватит.
Скорпио со стоном упал в кресло, закрыл лицо руками и начал раскачиваться туда-сюда, завывая все громче и громче, как полицейская сирена.
От этих звуков дядя зажал уши и тоже чуть не взвыл.
– Смилуйтесь! – тщетно воззвал он к невменяемому Скорпио, потом понял, что надо действовать иначе, и, перекрывая колдуна, обратился к Чарли: – Найди-ка мой мобильник.
Дело в том, что дядя Патон не так давно приобрел себе (разумеется, по почте, а не в магазине) мобильный телефон, которым пользовался, как правило, чтобы заказывать книги. Правда, время от времени ему на дом доставляли на редкость неудачные костюмы, шляпы и галстуки, которые дядя примерял, проклинал и поспешно отсылал обратно, потому что они прескверно сидели или оказывались неподходящей расцветки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
