нельзя на солнце, ты же знаешь. Сейчас быстро окунёшься и под зонт, поняла меня? – без намёка на шутку сказал Ярослав, и она выдохнула чуть угрюмо:
– Угу.
Он не жалел крема, намазывая толстым слоем, чтобы она наверняка не сгорела за ближайшие минут десять–пятнадцать, что он позволит ей провести в воде. Светка ведь как ребёнок совсем не знает меры, а потом страдает.
Кожа подруги казалась фарфоровой, и Ярослав с огромным удовольствием разглядывал и касался её. Светка вообще как пошла в зал сильно изменилась, и эти изменения определённо были ей к лицу. И не только к лицу. По крайней мере раньше он не обращал внимание, что у неё такая подтянутая попа, настоящий орех!
– Так, ты меня лапаешь или мажешь, я не поняла? – нетерпеливо бросила Светка, не заметив его реакции на её тело. Надо сказать, весьма заметной. – Можно уже бежать?
– Беги, – ответил он ей. И это «беги» далось ему немалым трудом.
«Воздержание на меня плохо влияет» – Ярослав мысленно закатил глаза и, пока девчонки веселились и не обращали на него внимание, нырнул в воду.
Он внимательно следил за своим так называемым гаремом. Красавицы, одна другой краше и интереснее, плескались в воде, смеялись, брызгались и не обращали ровным счётом никакого внимания на своего султана. И, самое главное, позабыли обо всех распрях, просто наслаждаясь прекрасной погодой, восхитительно ласковыми водами Японского моря и уже не столь ласкового солнышка.
– Света, бегом в тенёк, – скомандовал он бескомпромиссно. – Я сейчас выйду и ещё раз тебя намажу, сплаваю только до буйков и обратно.
Девушки о чём–то щебетали за его спиной, но он не стал прислушиваться. Море манило, звало, соблазняло прозрачной зеленоватой водой. Он обожал плавать и обычно совершал марафонские заплывы, но не здесь. Светка будет волноваться и нервничать, только недавно рассказывала ему про акул и свои страхи. Он и базу выбирал со специально огороженным сектором в воде для безопасного плавания.
«Интересно, эти ведьмочки будут подговаривать Самиру плавать за буйками? – смеялся он про себя. В женское коварство и хитрость он верил, в солидарность и дружбу против самой красивой и жутко неприятной – тоже, а вот в женскую дружбу – нет. Хотя Юлька и Оксана, похоже, дружат с детства. – Ой, да дружат до того, как не влюбятся в одного мужчину, знаю я эти дружбы».
Ярослав обернулся. Света послушно сидела под зонтом и, похоже, мазалась кремом. Воспоминания о нежной коже, приятно пахнувшей его парфюмом, так как негодяйка дефилировала утром в его футболке, будили в нём отнюдь не дружеские желания, и мужчина гнал их изо всех сил. Только вот тело реагировало на прекрасную, умную, самую замечательную женщину.
«А ведь она очень красивая. Не так, как Самира, конечно, у той красота нереальная, просто нечеловеческая. И не так, как Оксана. Та просто очаровательная, полная жизни и энергии, которой так щедро со всеми делится. Оксана, конечно, прекрасна. И как человек, и как женщина. Даже эта Юлия очень интересная. Жаль, спорт не любит, лицо–то красивое. Но Светка. Светка – это… Светка. Лучше неё, в принципе, и быть не может. Но она друг. Верный, преданный, самый лучший друг».
Он уже подплывал к берегу, когда услышал приглушённое: «Помогите!»
Самира булькнула и ушла под воду. Мысль о том, что девушка играет, даже не пришла ему в голову. Ярослав тут же рванул на помощь.
Только она уже не требовалась. Юля, как настоящая русалка, нырнула и первой подхватила утопающую, в два гребка оказалась у берега и вытащила Самиру на воздух. Пара даже на вид весьма ощутимых пощёчин – и несостоявшаяся утопленница сердито зыркает глазами и ярится:
– Зачем так бьёшь?
Ярослав, который буквально на минуту опоздал со спасением, с интересом наблюдал, как Юля, выпрямившись с достоинством царицы, развернув плечи и подняв голову, не торопясь, ответила:
– Дорогая моя Самира, вспомни сказку про мальчика и волков. В следующий раз к тебе на помощь никто не помчится. Имей, пожалуйста, это в виду. И да, пожалуйста, – повторила она, намекая на свою предельную вежливость, – я в первый и последний раз спасаю тебе жизнь.
Ярославу жутко захотелось сказать что–то вроде: «И в обморок можешь не падать, я не умею делать искусственное дыхание», но он, разумеется, сдержался. Женские склоки его не касаются, а с Самирой давно всё ясно. Светик не ошиблась в оценке.
Он многое прощал женщинам. Их игры и кокетство ему очень даже нравились, но лицемерие и грязную игру мужчина считал неспортивными и, более того, недостойными настоящей женщины.
А вот Света не такая.
Глава 14. Семейная идиллия
С такой неугомонной троицей, как Юля, Оксана и Света, спокойный отдых никому не грозил. Ярослав это понял через час после прибытия. Аргументы, что он устал за рулём, никто в расчёт не принимал, только Самира заикнулась про расслабляющий массаж, но после её показательного выступления на воде и под водой мужчина злился на недалёкую девицу и от услуги отказался. Только это и спасло Свету от высказывания про вырванные волосы за ещё одну подобную фразу или, тем более, действие.
Тем не менее, маленького приключения хотелось.
– Яр, ну давай сходим в склеп! Ну, пожалуйста! – уговаривала Светка, не выпуская его руку из почти профессионального захвата.
– Я есть хочу, – отбивался он.
– Я дам тебе бутерброд и пойдём, а потом нормально поедим, – не сдавалась девушка и тянула его в нужную ей сторону.
С упёртой подругой спорить всегда было бесполезно, особенно, если предметом спора оказывалась какая–нибудь древняя рухлядь. Ярослав никогда особо не интересовался ни историей края, ни его знаменитостями, ни уж тем более склепами, но вынужден был пойти и фотографировать сразу на все телефоны расшумевшихся девиц из своего гарема, от которого, судя по всему, дождаться хоть какого–то профита было нереально. И не хотелось.
– Света, втяни живот, сама же будешь потом ныть, что я тебя не так фотаю, – умирающим тоном подсказывал он. Все закатывания глаз и демонстративное цоканье девушки игнорировали, требуя фотографировать ещё и ещё, и он просто смирился.
Самира осталась загорать на пляже и купаться, и в данный момент он куда с большей охотой лежал бы рядом и наслаждался массажем. И начхать на её невысокий уровень морали. Может, именно это ему и нужно для расслабления. Но злые мысли тут же скатывались к единой мысли – Светка бы не одобрила.
Он старался сразу фотографировать хорошо, так как знал – девушкам редко нравятся их фото, и лучше хотя бы
