— Вы слышали, акции снова поднимаются! Наша победа над краснокожими бандитами и доступ к ископаемым Блэк Хилса отражаются на деловой жизни. Какие огромные задачи стоят перед нашей доблестной республиканской партией!
— И для решения этих задач наши люди вполне подготовлены, — подхватил мистер Джонс, обрадованный, что тягостное молчание нарушено. — Они прошли такую закалку! Пионеры Запада: солдаты, офицеры, инженеры, предприниматели, даже художники. Какие интересные портреты вождей написал мистер Моррис с опасностью для жизни… а о ваших необыкновенных приключениях на Юнион Пасифик, мистер Браун, до сих пор говорит вся страна!..
— Вот как бы мне узнать, что произошло с Генри, — заметил Браун, пресекая эту болтовню.
Все взгляды обратились на шефа-инженера крупного железнодорожного концерна.
— Вы ищете пропавшего сына? — спросил мистер Джонс.
— Племянника? — предположила миссис Джонс.
— Внука? — вполголоса переспросила кузина Бетти.
— Где-то у меня есть и они, но я не потерял никого из них. — Складки в уголках его рта опустились. — Своего юного друга ищу я. Поиски привели меня сюда, на форт Рэндол!
Шайен Длинное Копье был словно бронзовое изваяние. Его коричневое лицо оставалось неподвижным, черные глаза были устремлены за окно на холмы и небо. Художник Моррис покраснел, услышав слова инженера.
— Генри поехал весной прошлого года на Найобрэру, — дал он справку инженеру. — Я предупреждал молодого человека, но он пренебрег моими предостережениями и отправился в сопровождении двух скаутов на форт.
— Комендант сообщил мне вчера то же самое. Только на форт Генри не прибыл. Он исчез. Скаутов тоже больше не видели.
— Одни из этих скаутов был на самом деле Токей Ито, молодой вождь одной из групп дакотов.
— Какой ужас! — Кузина Бетти невольно звякнула о блюдце чайной ложечкой. — Тогда была захвачена индейцами и колонна с оружием, — важно заявила она. — О, какое это было время!
— Ах, Бетти, — обратилась к воспоминаниям и миссис Джонс, — помнишь, мы еще сидели в Янктоне за чаем с Кэт Смит, твоей симпатичной племянницей. Жених ее проехал мимо с драгунами… Разве могли мы предположить, что потом случится!..
— Не могли предположить? Я отлично понимала, Китти, что моя племянница плохо кончит. И что ты нашла в ней симпатичного? Она всегда была неблагодарной и невнимательной. Как ни пыталась я ее воспитывать, но роковое влияние отца… собственно, жив ли он, мой брат, майор Смит? — Вопрос был обращен к Джонсу.
— Скончался в Найобрэре. Он допустил серьезный промах в отношениях с краснокожими… Может быть, и лучше, что он умер. Ему прямо-таки не место было на этом свете…
— Мир праху его, не умел он, не умел никогда обращаться с деньгами, не сумел и дочь свою воспитать. Скакать верхом, править лошадьми, стрелять — вот чему он ее научил. И не удивительно, что она теперь, как я слышала, связалась с каким-то вольным всадником по имени Адамс.
— Будем надеяться, что Кэт Смит еще устроит свою судьбу. — Мистер Джонс был за соглашения и против всяческих беспорядков. — Возможно, Кэт все же помирится с капитаном Роучем?
— Нет, нет, это исключено! Они раз и навсегда разошлись, и я лишила Кэт наследства, — снова разгорячилась кузина Бетти. — Она была и остается дочерью своего отца. Она просто пренебрегла мной и отправилась с этой колонной на форт… Тебе известно, Китти, что в результате у меня был тяжелый сердечный приступ. Кэт для меня мертва, ее больше нет…
— Но вне вашей сферы Кэт еще существует, и, может быть, она сообщит что-нибудь о нападении на колонну, с которой ехала? — спросил Браун.
После такого высказывания кузина Бетти про себя определила инженера как человека с ковбойскими манерами.
— Обстоятельства сложились так, что, пожалуй, только от какого-нибудь индейца можно что-нибудь узнать о вашем Генри, — высказал свое мнение мистер Джонс. — Но дакоты крайне упрямы. — Сам же Токей Ито, который прикинулся тогда скаутом, а потом руководил нападением на колонну, насколько мне известно, мертв.
— Время мое ограничено, — заключил разговор Браун. — После того что мне стало известно, я воздержусь пока от дальнейших поисков. Может быть, случай прольет свет на это дело.
К досаде хозяйки дома, художник откланялся и как бы подал знак к окончанию чаепития. Кузина Бетти все-таки осталась еще с супругами Джонс. В то время как они по обыкновению продолжали болтать, Моррис, Длинное Копье и Джо Браун шли через двор, с чувством облегчения вдыхая свежий воздух.
— Не зайдем ли еще к нам? — предложил Моррис. — Я приглашу человека, который, возможно, что-нибудь знает о Генри. Это индеец, который привез вчера почту с Найобрэры.
— Ах, вот что! Хорошо.
Художник и Длинное Копье провели Брауна в светлую комнату в башне, где они уже давно жили как гости коменданта. Инженер сел в углу, раскурил дорогую сигару и несколько оживился.
— Спасибо вам! — сказал он художнику. — Эти пошлые женщины и Джонс просто невыносимы. Линкольн перевернулся бы в могиле, если бы увидел, что у нас делается! Чего стоит хотя бы сам предлог для чаепития:
агент резервации отставной майор Джонс отправляется в Сент Луис, чтобы там спокойно проживать свои денежки! Вопиющая безответственность! Когда же наконец у нас установится порядок, подорванный во время гражданской войны? Разве мы для этого работали и боролись?
— Прямо мои мысли, мистер Браун! Но вы-то во всяком случае работаете в области, где нет места расхлябанности.
— Вы просто давно не читали газет, Моррис! Большинство железнодорожных катастроф происходит вовсе не по вине индейцев, а благодаря нашей поспешности в работе. Это величайший скандал! Я рад, что нашел в вас единомышленника. Но изменить что-нибудь мы пока не в состоянии. Одна надежда на предстоящие выборы. Ну, а как же индеец, с которым я собирался говорить?
Длинное Копье поднялся:
— Я приведу его.
Не прошло и десяти минут, как вместе с шайеном вошел высокий худой человек лет тридцати. На нем была индейская вышитая куртка, бархатные штаны и зеленая налобная повязка.
— Тобиас, — представил его шайен. — Разведчик. Последние два года — в Найобрэре.
Джо Браун протянул индейцу сигару, тот взял ее, но закуривать не стал.
— Ну как хочешь, — сказал инженер, чуточку сердясь на себя за то, что недооценил этого человека. — Я ищу Генри-Генри. Тебе знакомо это имя?
— Да.
— Генри исчез прошлой весной. Один из его скаутов был, должно быть, вождь дакотов по имени Токей Ито.
— Да.
— Что ты знаешь о Генри?
— Я думаю, что он мертв.
— Ты видел его труп?
— Возможно, его.
— Почему же ты не можешь сказать точно?
— Койоты и стервятники разодрали.
Джо Браун не показывал своего волнения.
— Тобиас, кто руководил тогда нападением на колонну?
— Военный вождь рода Медведицы, которого белые люди знают как Гарри. У дакотов он носит имя Токей Ито.
— Гарри? Скаут? Дакота? — Джо Браун так и вскочил с места. — Так ведь я же его хорошо знал, и вы, Моррис, его тоже знали. Он еще совсем юнцом был разведчиком на дороге. Он мне однажды спас жизнь. Но потом…
— … потом Рэд Фокс убил отца Гарри Матотаупу!
— Гарри и самого ведь уже нет в живых?
— Его тоже убили, — сказал Моррис. — После смерти отца он вернулся в свое племя. В начале лета его пригласили для переговоров на Найобрэру. Там он был пленен и предательски убит.
— Чертово безобразие! — Джо был возмущен.
Тобиас посмотрел из-под опущенных век по очереди на каждого из мужчин, перед которыми стоял. Потом спросил:
— Вы считаете, что не все белые люди справедливы?
— К сожалению, большею частью мы несправедливы, — отозвался Моррис.
— Иногда несправедливы, — подтвердил Тобиас. — И очень невнимательны.
— Ваших глаз и ушей у нас, конечно, нет. Почему ты сейчас заговорил об этом? — поинтересовался художник.
— Гарри — Токей Ито еще жив.
— Что? Жив?
— Да.
— Где же он?
