вербовке в отражении пяти и более потерянных душ.
Знаменуя начало кровавого беспредела, снаружи раздались первый истошный женский вопль.
Загоревшийся тут же в углу таймер действия отражения обозначил неожиданно короткий временной интервал до крушения поезда:
00.00.17… 00.00.16… 00.00.15…
Эта подлая подстава с цейтнотом вынудила меня рисковать, и начинать действовать сразу, без предварительного осмотра территории (с помощью Навигатора, естественно) и выработки оптимального плана.
Щелчок замка, и через узкий дверной проем я вываливаюсь в просторный (сравнительно с теснотой сортира) тамбур. Мгновенно активированное копье готово отразить атаку с любой стороны, но в затянутом сигаретным дымом помещении замечаю лишь тлеющий чинарик на полу, и нет ни людей, ни измененных.
Моя догадка подтвердилась — я в пригородной электричке. Наличие в тамбуре сортира указывает на начало поезда (потому как в электричках санузел располагается рядом с кабиной машиниста). И за оставшиеся пятнадцать секунд мне предстоит совершить стремительный марш-бросок вдогонку за волной измененных, уже штурмующих вагоны отражения обреченного на крушение электропоезда, — эти мысли промелькнули в голове пока я озирался по сторонам в прокуренном тамбуре и тянулся свободной от копья левой рукой к ручке салонной двери.
Рывок…
Лязг откатившаяся в сторону двери привлекает ко мне внимание доброго десятка заляпанных кровью чудовищ.
Еще несколько секунд назад бывшие разумными людьми измененные синхронно поворачиваются в сторону потенциальной добычи, но, рывком перемещаясь из тамбура сразу в середину вагона, я разом мешаю чудовищам все карты.
Три заряженных разрядом укола в головы, и три кровожадно скалящихся ублюдка (в недавнем прошлом молодые парни с рюкзаками за спиной, возможно, такие же, как я, студенты, которым не повезло оказаться не в то время ни в том месте), проморгав вдруг оказавшего за спиной копейщика, завалились на пол и на обтянутые дерматином скамейки вокруг меня.
На четвертого кровожадного ублюдка моего проворства, увы, не хватило, и свирепый удар когтистой пятерни в спину едва не сбил меня с ног. От рокового падения спасает очередной рывок за спины сбегающих со всего вагона измененных ублюдков.
Пару шагов, и стремительный боковой удар копьем в оскаленное лицо поднимающейся с полу между скамейками девушки, с разодранным горлом, в залитой кровью желтой куртке (возможно, отчаянный крик как раз этой несчастной я и услышал недавно в туалете). Разряд. И несчастная жертва обстоятельства обретает-таки конечный покой.
Я оказываюсь в противоположном конце вагона, у двери следующего тамбура.
Рывок…
Снова проклятая дверь своим чудовищным лязгом выдает мое местоположение кровожадным монстрам за спиной, только что благополучно потерявшим меня в середине вагона.
Сзади топот и азартное урчание…
Каким-то чудом успеваю заскочить в тамбур и задвинуть за собой дверь аккурат перед когтями измененных. Но тут же, как чертик из табакерки, откуда-то сбоку с истерическим визгом на меня наскакивает безразмерная бабища средних лет (живая! не измененная!). И буквально сносит меня с ног тараном своего мощного тела.
Падая вместе с женщиной на пол, фиксирую внимание на таймере в углу:
00.00.11… 00.00.10…
Фак! Такими темпами я до крушения и середины отражения не достигну.
Интерлюдия 9
(Разговор по закрытой телефонной линии ФСБ)
— Семен, приветствую!
— Рад слышать, Андрей… Что-то голос у тебя какой-то странный. Не заболел?
— Я в респираторе.
— Что случилось?
— Помнишь, ты просил держать в курсе о разного рода ЧП в области?
— Так. И?..
— Час назад авария на ж/д переезде случилась, в Дальнеконстантиновском районе. Один мудак под шлагбаумом опускающимся решил проскочить, и его цистерна прямо на путях заглохла, аккурат перед носом налетающей электричкой. В цистерне был аммиак… Потому, сам понимаешь, рвануло в итоге не слабо.
— Твою ж мать!.. Ты сейчас там?
— Да. Вертолетом полчаса назад прибыл.
— И че? Жертв много?
— На данный момент эмчеэсниками обнаружено и официально оформлено одиннадцать трупов. Но чую это не окончательная статистика. Тут еще много тяжелых, посеченных осколками стекла и травмировавшихся из-за резкой остановки электропоезда. Плюс у всех пассажиров электрички отравление разной степени тяжести парами аммиака.
— Выходит, часть электрички уцелела после взрыва?
— Так точно. Большая часть ее уцелела. Только первый вагон в клочья взрывной волной разнесло… Машинист, видимо, в последний момент заметил возникшее на путях препятствие, начал экстренное торможение состава, и успел перед ударом изрядно снизить скорость. Электричка все равно протаранила цистерну, но, из-за замедления, взрывом накрыло только начало состава. Второй вагон тоже еще неслабо так посекло осколками, но, начиная с третьего, в остальных лишь частично повыбивало стекла. И, к счастью, с рельсов состав не сбросило.
— Андрей, какие-то бросающиеся в глаза странности по свежим следам тебе выявить удалось?
— Да, было. Первые вагон, как я уже говорил, взрывной волной перемолотило практически в груду металлолома. Однако его задний тамбур остался на диво целым. Даже следующий за ним передний тамбур второго вагона пострадал гораздо сильнее… И там, на полу хорошо сохранившегося заднего тамбура первого вагона эмчеэсники обнаружили целую и невредимую женщину, не потерявшую даже сознания из-за запредельной концентрации аммиака в эпицентре взрыва, и пытавшуюся с прижатым к лицу носовым платком самостоятельно выбраться наружу через покореженную взрывом дверь.
— Ты, разумеется, допросил эту невероятно везучую даму? Кто она, как зовут?
— Нет, Семен, увы, не успел. Ее увезли в местную ЦРБ одной из первых, еще до моего прибытия на место ЧП…
— Вот дерьмо!
— Семен, думаешь, есть связь между этой женщиной и теми двумя беглянками из Кстовского ЦРБ?
— Уверен.
— Тогда я немедленно выезжаю в больницу, найду ее и отзвоню тебе оттуда.
— Попробуй, конечно, но… Впрочем, не будем загадывать. Жду твоего звонка, Андрей.
— Добро. До связи, Семен!
— Удачи, дружище.
Глава 32
Сбившая меня с ног обезумевшая от ужаса женщина в итоге оказалась тем самым пресловутым камнем преткновения, о который вдребезги разбились все мои грандиозные планы штурма отражения.
— Нет! Не бросай меня здесь! — отчаянно истерила толстуха.
И единственным способом мгновенно вырвать из ее мертвой хватки — было заколоть несчастную копьем. Но на хладнокровное убийство нормального человека у меня не поднялась рука. Бескровное же освобождение куртки из цепких пальцев толстухи затянулось аккурат на имеющиеся в запасе десять секунд до неминуемой катастрофы.
И когда мне таки удалось вырваться из захвата женщины, на таймере в углу мигнула и обнулилась последняя единица. Пол и стены тамбура вокруг нас
