не звонили. Единственные набранные номера — это наши и телефоны нескольких строительных магазинов. Не думаю, чтобы вы писали своим родственникам. Я далека от мысли каким-то образом обидеть вас, но в этом вы не сильны.
Ему следовало бы догадаться, что она найдет его мобильник и просмотрит все вызовы.
— Я все знаю, Людовик.
Его сердце бешено заколотилось.
— Что «все»? — спросил он, будто игрок, который отказывается выкладывать карты на стол.
— Месье Вассер нашел в вашей комнате ваше удостоверение личности. На самом деле вас зовут Брайан.
Второй апперкот, который выбил из него весь дух.
Они знают его имя… Настоящее…
Они недавно рылись в его вещах… Если только не сделали это гораздо раньше.
На память ему пришла одна, казалось бы, незначительная деталь: визитная карточка месье Вассера. Тем вечером он нашел ее на полу комнаты как раз возле кровати, в то время как он был уверен, что накануне вложил ее в свою записную книжку. Тогда он не обратил на это внимания, но сейчас… Бесспорное доказательство того, что кто-то зашел в его комнату и порылся в его рюкзаке.
— Если хотите знать, муж думает, что вы скрываетесь от правосудия. Что вы вляпались в грязную историю и предпочли сбежать.
Брайан не мог удержаться, чтобы не опустить глаза. И слишком поздно понял, что молчание выдало его.
Эта история будет меня преследовать всю жизнь…
— Это просто невероятно, что сегодня можно сделать с помощью Интернета, — добавила мадам Вассер, покачивая головой. — Но все это не имеет никакого значения, Людовик. Как вы мне только что сказали, все мы делаем ошибки. Что бы ни произошло, на наши отношения это не влияет. Вам нечего бояться. Ваше прошлое у вас за спиной. Не принимайте происходящее чересчур трагично. Когда я сочту, что время наступило, вы сможете выйти отсюда.
При каждом из этих обещаний Брайан чувствовал все нарастающую тревогу. Эта ситуация напоминала ему, как дети спрашивают с заднего сиденья «А мы скоро приедем?» и им отвечают «Скоро», хотя ехать еще не один час.
Вранье… Просто уловка, чтобы успокоить его.
Она бросила на него строгий взгляд, как будто расценивала его внезапное молчание как личное оскорбление.
— Не знаю, почему вы вообразили себе невесть что. Разве я не была добра с вами?
Ах ты, сволочь, с каким удовольствием я бы тебе…
— Да, конечно, я не хотел.
— А теперь кушайте. Пока вы не наберетесь сил, вы не сможете выйти отсюда. Это было бы неблагоразумно, — произнесла она, четко выделяя каждое слово резким тоном, не допускающим возражений.
Ты бы лучше о себе подумала… Потому что в тот день, когда я, как ты говоришь, наберусь сил…
— Вот так, а чтобы показать вам свое доброе отношение, я оставляю вам включенный свет.
Протиснув лицо между прутьями решетки, Брайан проводил ее взглядом до самой лестницы, а затем слушал, как она поднимается по ступенькам.
Когда дверь за ней закрылась, он вытер вспотевший лоб и упал на колени. Придвинув пластиковый контейнер к своей камере, Брайан набросился на еду. Он ел руками, не пользуясь пластиковой ложкой, которую ему оставили.
В течение нескольких минут, испуская тихое рычание, он полностью отдался чувству невероятного облегчения, которое принесла еда его телу.
Ни о чем другом он не думал.
Даже о той ночи, которая шесть месяцев назад изменила его жизнь и в конечном итоге привела его в этот подвал…
5
Он никогда не любил танцевать.
Он считал, что смешно выглядит, жестикулируя и двигая слишком большими конечностями, никогда не попадавшими в такт с музыкой. Он принадлежал к тем людям, которые неспособны определить, какая из двух нот выше, и лишены способностей к пению.
Поэтому Брайан проводил время на вечерах за напитками и сигаретами. Содержимое его пепельницы росло как снежный ком. Он уже стрельнул сигареты у троих приятелей, куривших разные марки, и теперь во рту у него появился очень странный вкус. Что касается алкоголя, он не мог сказать, сколько стаканов выпил. Брайан начал с готовых коктейлей, затем перешел на пиво, потом осушил несколько стаканов текилы, снова вернулся к пиву.
И вот этой девушке, Мелани, удалось быстренько вытащить его на арену, а точнее, в ту часть салона, где было устроено место для танцев…
Он находил ее действительно привлекательной. Она была почти на две головы ниже его. Но его это не коробило, так как он никогда не встречался с такой миниатюрной девушкой. К тому же он не то чтобы встречался, но чувствовал, что между ними что-то происходит.
На самом деле он знал ее с колледжа, но с тех пор не видел до этого самого дня. Когда Брайан учился в третьем классе, она была на класс младше. Поскольку он остался на второй год в шестом классе, им пришлось проучиться два года вместе. Она была совершеннолетней, в этом Брайан был уверен: он слышал, что она недавно праздновала день рождения. А ведь она не «перепрыгивала через класс»…
Третья, господи, когда это, наконец, закончится?! Худший год в его жизни… Ему удалось сдать все экзамены. По крайней мере, его мать была довольна. Сколько нервов она потратила, чтобы он получил этот чертов диплом, который ни для чего в жизни не пригодится! В любом случае его уже взяли работать строителем. Мечтал он, конечно, не об этом, но зато был талантлив по части работать руками. Это замечали все, даже родители, которые не были особенно щедрыми на похвалу. И потом, для него не могло быть и речи, чтобы остаться на второй год и перейти на следующую ступень образования. Учеба его уже порядком достала…
Всякий раз, снова думая о том вечере, он слышал один и тот же музыкальный отрывок.
