и под контролем охранных дроидов, внешний периметр базы пуст и под контролем орудийных фортов. Личного состава в центре управления нет, как нет его нигде на всей громадине станции за исключением жилого сектора. Система биомониторинга показывала, что все, кроме самого Ачкохтли, спокойно спят в своих кубриках, и потому ИИ до утра отключил синтез дыхательной смеси в прочих отсеках базы, сочтя это эффективным решением в условиях экономии ресурсов.
Немного повозившись с ИИ, Ачкохтли добился от него разъяснений по вопросам дистанционного управления приписанными к базе кораблями. Оказалось, что вот так вот запросто покомандовать столь сложным процессом не получится, для этого требуется хотя бы минимальная квалификация, которую можно получить посредством гипнограммы продолжительностью в полтора часа. Откладывать свою идею на завтра Ачкохтли не захотел, завтра может произойти всё что угодно, и потому он отдал команду ИИ провести гипнограмму прямо сейчас. Соответствующее оборудование в центре управления имелось по штатному расписанию, никаких препятствий не возникло, и он улёгся в пенал гипноизлучателя с мыслью, что заодно и поспит. Пенал захлопнулся, и автоматика погрузила Ачкохтли в сон.
Гипнообучение прошло отлично, из пенала он вышел с полным пониманием перечня необходимых действий и даже немного выспавшимся. До утреннего пробуждения базы оставалась пара часов, и Ачкохтли, дабы не терять времени, немедленно уселся в кресло центрального поста управления. Заставить автопилоты крейсеров пристыковаться к базе и отбуксировать её куда-нибудь подальше отсюда теперь было задачей несложной. Куда дольше пришлось раздавать тридцати кораблям точки заякоривания, распределять для буксирования орбитальное хозяйство и регламентировать действия корабельных ИИ для обеспечения синхронности. Изрядно намаявшись, Ачкохтли добился правильного результата в симуляторе действий, исправил пару ошибок и с чувством выполненного долга отдал команду центру управления начать процесс сворачивания базы.
Крейсеры синхронно запустили силовые установки, синхронно отчитались о получении указаний для автопилотов и одновременно пришли в движение. Часть эскадры направилась принимать на сцепку орбитальные форты и прочие объекты, остальные устремились к станции, пристраиваясь к ней в указанных точках. Едва они приблизились к корпусу, обзорные экраны полыхнули красными строками аварийных оповещений, и ИИ центра управления подал сигнал тревоги, переходя на голосовое управление:
– Внимание! Зафиксированы столкновения! Индексы: Тла-8, Кси-21, Цаль-14! Вывожу подробные данные!
Опешивший Ачкохтли было подумал, что всё-таки напортачил со схемой буксировки, как вдруг понял, что его крейсеры столкнулись не со станцией. В районе столкновения вместо одного корабля системы обнаружения показывали по два.
– Обнаружены неизвестные корабли внутри периметра! – бил тревогу ИИ. – Идентификация: три корабля класса «разведчик»! Опознавательные коды принадлежат пространству Хаоса! Корабли не отвечают на запросы! Фиксирую попытку взлома внутренней сети управления базой! Объявляю тревогу!
Вспыхнули экраны систем внутреннего мониторинга, и Ачкохтли увидел, как в коридорах станции врубается светозвуковая индикация. В жилом секторе заорали сирены, но прежде, чем из кубриков начали выскакивать бойцы, перед креслом центрального поста зажёгся экран системы прямой связи Старшего Брата, и Ачкохтли увидел самого себя, сидящего в командном кресле в своих новых апартаментах.
– Дежурный! Отключи тревогу, – лениво приказал лже-Ачкохтли. – Это я тут напортачил с системой безопасности по неопытности…
В эту секунду самозванец понял, с кем он разговаривает, и вырубил связь.
– Вывести изображение из моего кабинета! – рявкнул Ачкохтли, вскакивая с кресла.
Экраны систем внутреннего наблюдения дали картинку, и он увидел кабинет Старшего Брата. Рядом с командным креслом лежал труп охранника с выжженной головой, похоже, его убили спящим, выстрелив в открытый шлем прямо с порога. В кресле сидел некто, ростом на голову ниже Ачкохтли и в шпионском снаряжении, но с его лицом. Рядом с ним находилось ещё четверо в таком же снаряжении и с инженерным оборудованием, посредством которого они прямо сейчас пытались взломать внутреннюю сеть управления базой.
– Включить общую трансляцию! – выкрикнул Ачкохтли, лихорадочно соображая, что же предпринять, и пытаясь углядеть за всеми экранами сразу.
Его крейсеры, двигающиеся к станции для буксировки, приблизились к корпусу слишком быстро, потому что располагались недалеко. У шпионских кораблей противника просто не было времени избежать столкновения. Скорости были невелики, и вражеская защита выдержала соударение без последствий, но поля преломления сорвало, и охранные алгоритмы базы увидели врага.
– Чунта на станции! – заорал Ачкохтли, едва увидев сигнальный иероглиф активации общей трансляции. – Попытка взлома систем управления! Боевая тревога! Всем оставаться на своих местах в полном боевом до отдельной команды! Выпускаю охранных дроидов!
Он судорожными рывками буквально протыкал пальцами светосенсоры командного интерфейса, параллельно отдавая команды голосом, чтобы успеть опередить столь угрожающе опасных врагов:
– Активировать всех охранных дроидов! Внутренние огневые точки – в режим отражения абордажной атаки! Приказ: уничтожить инфильтрировавшиеся подразделения противника! Убивать всех, чьей биометрии нет в составленных вчера списках! Старый списочный состав признать враждебным! Заблокировать госпитальный отсек! Никого не впускать! Медицинским андроидам перейти в режим абордажной схватки! Беречь претендентку!
– Не могу назначить приоритет новым спискам личного состава, – доложил ИИ. – Доступ запрещён приказом Старшего Брата!
– Я – Старший Брат, твою бесову мамашу! – выругался Ачкохтли, терзая интерфейс центрального поста. – Я разрешаю тебе доступ!
– Обнаружен конфликт приказов! – услужливо сообщил ИИ. – Полномочия Старшего Брата, приходящие из ваших апартаментов, подтверждаются сторонними источниками! Не могу задействовать алгоритм выбора приоритетности! Алгоритмы обработки приказов Старшего Брата не отвечают! Не могу определить подлинность высшей инстанции!
Ачкохтли понял, что если не предпринять что-то действенное прямо сейчас, Чунта взломают управление базой и всё закончится фатально. Секунду он лихорадочно думал, что же предпринять, потом рывком руки переместил ближе к себе интерфейс управления автопилотами эскадры крейсеров.
– Крейсерам! Цели уничтожить! – Ачкохтли вручную назначил врагами все обнаружившиеся шпионские корабли. – Искать другие корабли противника!
Ближайшие к шпионским кораблям крейсеры дали залп в упор, и хрупкие разведывательные машины лопнули, исчезая в клубах бурлящего пламени. Воздействие на систему управления снизилось, но не прекратилось, что свидетельствовало о том, что ресурсы у Чунта ещё есть. Ачкохтли принялся вручную водить крейсеры вокруг станции, ведя огонь по площадям в режиме минимального выброса энергии. Удары задевали защиту, всюду орала тревога, из жилого сектора потоком поступали запросы на всё подряд, по коридорам станции сновали охранные дроиды вперемешку с ремонтными, система опознавания «свой-чужой» сильно сбоила, орбитальные форты отказывались подчиняться, всюду царил хаос.
Спустя пятнадцать минут стало окончательно ясно, что если бы не его замысел с крейсерами, Чунта гарантированно получили бы базу в свои руки. Они продумали план действий заранее и подготовили всё необходимое, прекрасно зная структуру базы и устройство станции. Вопрос, как противнику удалось без опознавательных кодов пройти через современную защиту, закупленную бывшими владельцами в пространстве Хаоса, уже не стоял: в ходе обстрела Ачкохтли выбил из невидимости свой
