и предоставляется посетителям бесплатно, после чего поинтересовался, кто будет ведущим, и я взял бразды правления в свои руки. Вернее, в голову — мой интерфейс синхронизировался с транспортным, и я велел платформе опускаться.
Она рванула вниз — Хоуп и Крисси одновременно охнули, поток воздуха взметнул их волосы, а я уставился на голографические панели, слившиеся в единый световой штрих.
— Круто! — запоздало выдал Малыш, по-прежнему улыбаясь.
Ярус, куда мы попали, мало отличался от того, где довелось побывать прежде. Если бы не встроенный навигатор, ориентироваться тут было бы невозможно. Не сходя с платформы, я направил ее в горизонтальной плоскости, и она устремилась в проход между отверстиями в стенах.
— Вот это аттракцион! — обрадовался Малыш. — Парни с моего квартала обосрутся от зависти!
Чтобы он порадовался, мы еще немного полетали, а потом пошли пешком.
Когда проходили мимо зоны развлечений и отдыха, каждый из нас услышал отчетливый хрустальный перезвон, и одновременно появилось уведомление:
Хомо Картер Райли! Уведомляем, что транспортное средство, на котором вы прибыли на Сидус, утилизировано.
Стоимость собранных ресурсов превысила стоимость утилизации. Разница равномерно распределена между всеми пассажирами.
Ваша доля (0.000000982 монеты Сидуса) зачислена на ваш денежный счет.
— Ух ты! Почти девяносто девять микро! — воскликнула Крисси и рассмеялась. — Да мы богачи!
— Ура! — завопил Малыш и принялся двигать телом, словно под музыку. — Мы богачи!
— Сколько это примерно на наши? — спросил Юто, его глаза загорелись. Видимо, старик уже представлял, на что потратить такие деньжищи.
— Примерно четыре феникса, — ответил Ирвин. — На роскошь не рассчитывайте, мистер Эндо. Даже на Земле за эти деньги сможете купить разве что кружку кофе. И то только в «Бургер Кинг Старбаксе».
Малыш после этих слов так на него посмотрел, словно лично Горовиц был виноват в том, что астрономические деньжищи в его руках превратились в пыль.
Он пошел дальше первым, бурча проклятия под нос, и мне пришлось его окликнуть:
— Шак! Помогай!
— Да пусть идет, — сказала Хоуп и взяла Юто под руку.
Ветерана повели мы с ней, пока Малыш не опомнился и не вернулся. Стыдясь своей вспышки, он прятал глаза и что-то пыхтел, пока Юто не сказал:
— Спокойнее, юноша. Деньги такое дело, что они то есть, то нет. Если расстраиваться из-за них, можешь не дожить до моих лет…
Утилизация лайнера позволила сделать обнадеживающий вывод: справедливость здесь есть. Могли ведь вообще ничего не выдавать, а нет же, не только вернули разницу за ресурсы с разборки лайнера, но и поровну распределили между всеми.
Воодушевленный, я улыбнулся и объявил:
— Отдохнем, выспимся, поедим бесплатно, а потом на свежую голову подумаем, как нам заработать.
— Правильно! — согласилась Крисси. — Еда есть еда, и нечего делать из нее культ. Но от мороженого я бы не отказалась.
— Погоди, Картер, что значит — будем думать, как заработать? А как же Арена? — удивилась Хоуп. — Вроде бы решили.
— Там все бойцы наверняка в экипировке, — ответил я. — А мы бургер фальшивый не можем себе позволить. Даже один на шестерых!
— Все-все, не сыпь мне соль на рану, — сморщила нос Хоуп. — Ты прав, завтра решим. Утро вечера мудренее.
— Да и кому вообще нужны эти чертовы бары и рестораны? — выругался Малыш. — Ну их к дьяволу! Бухать вообще глупо, а пожрать можно бесплатно в жилом отсеке.
— Аллилуйя! — воскликнула Крисси. — Неужто из Кодекса узнал?
— Просто знаю, — пожал плечами тот.
— Не попробуем — не узнаем, — философски заключил Юто. — Идемте, друзья, отдыхать, а то я ног не чувствую. Мне бы в кровать и поспать часов десять! Эх, быстрее бы заселиться в свою комнату!
— Ну-ну… — скептически хмыкнул Горовиц. — Как бы не пришлось ночевать на вокзале! Койки-то мы за собой не забронировали! Может, там и не осталось свободных!
Я подумал, что, если он прав, не так уж все радужно на Сидусе. Экскурсия по станции и разговор с торговцем артефактами показали, что проблемы могут прийти откуда угодно.
Глава 14. Кластер хомо
Усталые, измученные, голодные, но полные впечатлений, мы вернулись к «Точке сбора пассажиров для локального перемещения». Хорошо, не пришлось долго ждать следующего переместителя. Через несколько остановок он доставил нас в человеческий жилой модуль — один из тех «одуванчиков», что кружили по орбите вокруг Сидуса.
Перемещение заняло минут десять, которые мы провели, обмениваясь впечатлениями и разглядывая происходящее за бортом.
Сотни «одуванчиков» выглядели одинаково: жилой шар, защищенный силовым полем, «стебель» гравитационных генераторов и противовес, что-то вроде обтесанного астероида с углублением под шаттлы. Человеческий жилой кластер располагался на отшибе, занимая место на самой дальней орбите с «одуванчиками».
Покинув вагон, мы увидели, что он состыковался с лифтом… ну, или как назвать кабину, которая вроде бы тебя поднимает, но движется при этом, то и дело сворачивая? Ощущение — как после витой горки в аквапарке.
В общем, мы поднялись по нутру «стебля» и оказались в жилом пространстве — в холле, где полтора десятка несостоявшихся шахтеров с нашего лайнера о чем-то горячо спорили и даже ругались.
— Не буду меняться! — рычал здоровый красномордый мужчина. — Мне «Мощь» нужнее! Зачем мне «Разум»?
— Да куда тебе столько «Мощи»? — вопила худосочная дама. — Мозгов возьми, а силу отдай вон Щелкуну! А он мне отдаст мод торговца!
— Сразу могла бы выбрать то, что нужно, — пожал плечами красномордый.
— Я думала, что можно выбрать несколько! — чуть не плача воскликнула худосочная.
Препирались не только они, а поводом для грызни стали, судя по всему, наградные моды. Кто-то взял первый попавшийся, кто-то послушал других, в результате начался обмен. Нашу группу это удивило, мы приняли за само собой разумеющееся, что бонусы новичков строго индивидуальны, их могут использовать только те, кто их получил.
Оказалось, что нет, и наши соплеменники, особенно те, кто, сделав выбор, начал сомневаться в его правильности, стали уговаривать друг друга обменяться бонусами. Сложилось впечатление, что группа пассажиров земного лайнера почему-то стала ценить одни моды больше других, хотя каждый свой получил бесплатно. А какой может быть честный обмен без крика, торга и взаимных обвинений?
Одним из спорщиков был Щелкун, неопрятный мужик, пристававший ко мне на лайнере. Увидев нас, он ломанулся обниматься и обрадовался так, словно успел нас похоронить. От объятий мы увернулись. Запоздало заметив, как я изменился, он вытаращил глаза и обрушил на меня тонну вопросов:
— Это как так? Капитан, ты чо это? Руку отрастил? Е-мое, да как так-то? Ты же лет десять сбросил!
— Взял мод омоложения, — соврал я.
Черт меня дернул это сказать. Кто-то в группе услышал,
