Только теперь она заметила, что Брис, забегая со стороны, раз за разом пытается ухватиться за дверную ручку непрерывно дергающегося грузовика. Он кричал что-то сидевшему за рулем человеку, и тогда Эллис, подняв глаза, увидела за лобовым стеклом ревущего автомобиля безумное лицо Рубена Эванса.
Напрасно Эллис обвиняла барабанщика группы. Он не был пьян и не терял чувства ритма. Те нерегулярные удары, которые доносились до нее сквозь музыку, производились Эвансом, методично и настойчиво крушившим ее пикапчик.
— Стой! — закричала она, ее шок внезапно перерос в гнев, даже ярость. — Кто-нибудь, позовите полицию! Это мой пикап! Да что же он делает?!
Она двинулась к автостоянке, крича и размахивая руками, но в ту же секунду люди, не потерявшие в общей сумятице головы, схватили ее и потянули назад, в безопасное место.
— Нет! Его надо остановить! — кричала она в исступлении, отбиваясь от непрошенных спасателей. — Это все, что у меня есть!
Там же… — Она похолодела, внезапно вспомнив нечто важное, и с ужасом, замирая от бесконечного горя, прошептала:
— Там же… все мои деньги…
С неожиданной для нее силой девушка рванулась, разрывая кольцо оберегавших ее рук, и бросилась к старому пикапу. Но она не сделала и десяти шагов, как ее опять остановили чьи-то руки. Рядом с ней раздавались знакомые мужские голоса, кто-то пытался успокоить ее, заговорить с ней, но все было напрасно. Она сражалась, как дикая кошка, стараясь вырваться, укусить кого-нибудь, только бы оказаться там, возле страшных обломков ее машины. Снова до нее донесся ужасный скрежет металла о металл.
— Пожалуйста, пустите, — зарыдала девушка, погружая свои ногти в чью-то руку, пытаясь найти хоть какую-то опору под своими ногами. — Деньги! Пожалуйста, я… Да пустите же меня!
— Неси свое ружье, Таг! — крикнул Брис в толпу стоящих людей, понимая, что ему не удастся попасть в запертую изнутри кабину. — Мы прострелим ему колеса.
Спустя считанные доли секунды огромный голубой грузовик вновь со страшной силой ударил в самую середину маленького автомобиля; посыпались искры, брызги полетели из пробитого бензобака и в следующее мгновенье по обе стороны пикапа показались крохотные языки пламени.
От крика Эллис, казалось, иней посыпался с деревьев. Животный инстинкт борьбы придал нечеловеческую силу хрупкой девушке. С новым криком, в котором уже не было ничего похожего на человеческий вопль, она вырвалась из рук, не дававших ей спасти то, что сейчас для нее было важнее жизни.
Эллис бросилась вперед, не обращая внимания на то, что чуть не угодила под колеса трусливо скрывавшегося в темноту грузовика. Она не тревожилась и по поводу того, что пляшущие языки пламени уже жадно облизывали бензобак.
Дверь со стороны водителя заклинило. Эллис ударила по стеклу, неизвестно как сохранившемуся на этой дверце, и тоже безуспешно. Но она не оставляла попыток хоть немного приоткрыть дверцу, преградившую путь к ее сокровищу.
— Эллис! — Это был Брис. — Господи, ты что, с ума сошла! Эта штука может в любую минуту взорваться!
Он схватил ее за руку, пытаясь оттянуть от груды горящего металла. Но она не уйдет без своих денег!
— Эллис! Слишком поздно, ты не спасешь ничего!
— Я должна! Брис, помоги мне! Мои деньги!!!
Он схватил ее за обе руки, а когда увидел, что просто так оттянуть ее невозможно — да и слишком долго — резким движением подхватил девушку, перебросил через плечо, как мешок с картошкой, и бросился в безопасное место.
— Убери от меня свои поганые руки! — завизжала Эллис, нанося в бессильной ярости удары по его спине. — Отпусти меня, Брис!
Стой! Пожалуйста… Помоги мне!! Мои деньги! Я должна взять деньги! Они в сиденье… Господи, Бри-и-ис! Послушай же! Они в сиденье!! В переднем сиденье, Брис, милый!!! Я их должна забрать!
— Они не стоят того, — сказал, задыхаясь от усилий, мужчина, опуская свою ношу на землю в безопасности в дальнем углу автостоянки, за зданием таверны. Все остальные укрылись там же. Желая только удостовериться, что действительно никому не угрожает опасность, Брис повернулся и выглянул из-за угла. В следующее мгновение у него из-за спины, словно выпущенная из лука стрела, выскочила Эллис. Горящий пикап, казалось, манил ее, как манит быка красная тряпка.
— Да тысяча проклятий, Бога в душу! — ругнулся Брис, одним прыжком настиг девушку и повалил лицом в снег на мгновенье раньше, чем раздался оглушительный взрыв.
Невидимая сила пронеслась над их беспомощно распростертыми телами так стремительно и тяжело, что совершенно невозможно было сказать, когда все началось и когда закончилось. А потом как-то сразу наступила тишина, и только слышно было, как кое-где падают еще на землю отдельные куски железа.
Глава 11
Словно в замедленной киносъемке Брис приподнял голову и, когда убедился, что это не опасно и все кончилось, он скатился с Эллис, которую закрывал своим телом, и лег на спину, глядя вверх на звезды. Они казались нереальными, такими далекими и слишком мирными, чтобы быть свидетелями того, что произошло. А, кстати, что сейчас произошло? Весь эпизод вспыхнул в его памяти и показался еще более нереальным, чем звезды.
Рядом пошевелилась Эллис.
— С ума сойти! У меня такое ощущение, словно меня дважды расстреляли и разорвали на тысячи кусочков. — Это были самые общие слова, выражавшие его радость по поводу того, что они уцелели.
Брис понимал, что они с Эллис сейчас чуть не погибли. Ему хотелось сделать несколько резких замечаний в ее адрес, но он не чувствовал уверенности в их целесообразности, и ему еще не совсем удалось прийти в себя после взрыва.
К реальности его вернул резкий толчок в грудь — это кулачки Эллис застучали по нему, как по наковальне молотки.
— Зачем ты меня остановил? — кричала она. Слезы потоком лились у нее из глаз, а гневные упреки, словно пулеметные очереди, били прямо в него.
— Почему я… — Брис почувствовал, что ему не хватает воздуха, и попытался подняться с земли.
Эллис исступленно кричала:
— Ты не знал, что это важно! Я столько ради них работала. Я нуждаюсь в деньгах! Почему ты меня остановил? Я тебя ненавижу! — Она снова ударила его. — Я ненавижу тебя! Слышишь, ты? Ты не должен был меня останавливать! Я теперь уже никогда не верну его! Слишком долго начинать все сначала. Он забудет, как разговаривать. Старая Йигер никогда не говорит ни с кем! Он забудет меня!!!
Ее голос прерывался душераздирающими рыданиями, ее трудно было понять. Во всяком случае, Брис не понимал ничего и очумело смотрел на девушку, а та продолжала рыдать.
— Он забудет, кто я такая и как его люблю! Теперь это будет слишком долго! Он забудет меня, понимаешь ты это?! Ты не должен был меня останавливать! — Содрогаясь от плача, она уткнулась лицом в колени.
