Агент передает заявки на получение ссуды своему родительскому брокеру. Если они оформлены правильно, он представляет их главному кредитному брокеру, работающему с банками-кредиторами, названия которых не особенно известны. Главный кредитный брокер выплачивает родительскому кредитному брокеру комиссионные по любым законченным транзакциям. Для обеспеченных ссуд это обычно 800 и более фунтов по каждой завершенной сделке. Необеспеченные ссуды, при получении которых заемщики не рискуют своими активами, оформляются очень редко, и комиссионные по ним выплачиваются намного ниже.
По завершении любой ссуды родительский брокер передает заранее согласованный процент комиссионных договаривающемуся агенту. Генри быстро сообразил, что сможет сделать больше, если минует стадию агентства. Он зарегистрировался как родительский брокер, договорившись с несколькими главными кредитными брокерами, и начал рекламировать свои услуги по оформлению обеспеченных и необеспеченных ссуд в популярной воскресной газете.
Генри хвастался Джону, что в течение нескольких следующих дней его телефон почти не переставал звонить. Большинство претендентов хотели получить необеспеченный заем, но это не соответствовало гарантийным критериям. Немногие имели в собственности достаточно активов, чтобы претендовать на обеспеченную ссуду. В своих заявках на получение ссуды они указывали, что имели ряд судимостей, хотя и не говорили об этом в предшествовавшем телефонном звонке.
На первой рекламе Генри завершил одну сделку и едва покрыл свои рекламные затраты. Поэтому он изменил свой план, сконцентрировавшись на продаже агентских прав людям, ищущим возможности заняться бизнесом. В печати и с помощью прямой почтовой рассылки он рекламировал возможность делать 1.000 фунтов и более в неделю, работая из дома с частичной занятостью.
Это оказалось прибыльной игрой. Генри брал с любителей легкого заработка по 60 фунтов за агентство и обещал, что эти деньги будут возмещены с первой же транзакции. Он начал получать приличный доход почти полностью на этих обязательных стартовых сборах. Он посылал каждому агенту пакет, состоящий из тощей инструкции, как открыть агентство – текст был содран у других участников рынка вместе с таблицей комиссионных. Каждый агент подписывал контракт, беря на себя ответственность за свои собственные рекламные и полиграфические издержки.
Генри хвастался, что делал гораздо больше денег на своем кредитном брокерстве, чем имел в Сити. Он вел свой бизнес инкогнито. Лондонская телефонная линия переадресовывала звонки в его квартиру. Его компания имела название, звучащее в стиле Сити, со словом «Securities» на конце. Вся корреспонденция поступала на деловой адрес Генри в специальную контору в Лондоне, откуда переправлялась на его квартиру.
Генри подписывал деловые письма и иногда отвечал на телефонные звонки, используя имя Джейсон Максвелл-Стюарт. Этот фиктивный директор его компании был зарегистрирован в Регистрационной палате компаний. Агенты могли узнать настоящее имя Генри, только если он выписывал чек на получение комиссионных, что бывало нечасто.
На практике большинство агентов вообще никогда не начинали заниматься бизнесом, а просто засовывали свой пакет документов куда подальше.
– Они просто мечтатели, – говорил Генри. Он признавал, что немногие, начинавшие работать, обнаруживали, после того, как тратили некоторые суммы, что их агентство не приносило ожидаемых денег.
Но сначала эти немногие были полны энтузиазма. Следуя инструкциям в брошюре Генри, они рекламировали свои агентства в местных газетах, используя одобренный формат. Они получали запросы от лиц, заинтересованных в ссудах и заполнивших формы, и отправляли их в агентство Генри. Генри переправлял немногие перспективные формы главным кредитным брокерам, которые иногда одобряли ссуду. В противном случае он перечеркивал заявки красной линией и возвращал их агентам.
Тут агенты начинали звонить ему и спрашивать, почему заявки отвергнуты.
– Они не соответствуют необходимым критериям. Почему вы не читаете инструкцию?
Он поднял цену агентства с 60 до 100 фунтов. Это увеличило общее поступление денег, несмотря на снижение числа покупателей.
Растущая прибыль агентства Генри никогда не отражалась в отчетных документах. Генри выводил существенные суммы из компании, частично оплатой фиктивных счетов от владельца похожей компании взамен на услуги подобного же рода. Все деньги, которые изымал Генри, уходили на оффшорный счет. Оттуда он перегонял их на «запасной» банковский счет в Великобритании, а затем на номерной счет в швейцарском банке.
По мере роста бизнеса Генри начал давать в своих рекламных материалах экстравагантные обещания. Он говорил потенциальным новым агентам, что, если они достигнут определенных уровней бизнеса в течение трех месяцев подряд, они смогут стать региональными менеджерами с базовым окладом в 15.000 фунтов, отчислениями от доходов агентов и служебной машиной. Но указанные при этом цели были нереалистичны.
В рекламных материалах Генри обещал: если агенты не получат по крайней мере 10.000 фунтов прибыли в свой первый год бизнеса, он вернет им их первичный взнос в двойном размере, рассчитывая, что к тому времени он, возможно, уже прикроет лавочку. А если нет, рассуждал он, то немногие из неудавшихся агентов вспомнят и потребуют двойное возмещение.
Для солидности Генри пригодилась лицензия потребительского кредита. Он указывал номер лицензии в своих рекламных материалах, что создавало необоснованное впечатление, будто Управление справедливой торговли строго изучило его бизнес прежде, чем предоставить лицензию.
Кроме того, Генри сделал ксерокопии некоторых чеков, выписанных им из чековой книжки компании, имевшей счет в Уэст-Эндском отделении ведущего коммерческого банка, фиктивным агентам на суммы от 800 до 2.300 фунтов. Свое имя на чеках он прикрыл и рассылал ксерокопии чеков тем, что задавал ему вопросы. Лист бумаги был озаглавлен: "Такие комиссионные чеки вскоре могут стать вашими".
Новые агенты подписывались толпами.
– Они думают, что покупают работу, – говорил Генри радостно.
Одновременно он получал еще и пособие по безработице, заявив, что у него нет ни сбережений, ни существующего источника дохода. Поведение персонала в офисе по выдаче пособий забавляло его.
– Они зарабатывают всего 12.000 в год и думают, что они могут научить меня, как найти работу. – говорит он. Чтобы отвязаться от них, он разослал свою характеристику без сопроводительного письма в различные первоклассные финансовые организации, для работы в которых он абсолютно не подходил.
Когда некоторые из них прислали ему формальные письма с отказами, он стал печально размахивать ими в офисе по выдаче пособий как "свидетельством", что он упорно ищет работу "в своей области". В конечном счете его стали загонять на курсы по переквалификации. В течение нескольких недель он уклонялся от них, притворяясь, будто ходит на интервью по поводу работы. Он стал посещать их только после того, как офис социального обеспечения пригрозил отказать ему в денежном пособии.
Генри рассказал Джону, что на курсах одни неудачники, и хвастался, что мог бы веревки вить из любого из них. Он наплел руководителю курсов душещипательную историю о себе, как об уволенном человеке из Сити, ищущем любую работу. Она проглотила это и сказала ему "держать голову выше и не терять надежды".
Генри пробовал убедить Джона открыть, как и он, свою брокерскую кредитную контору с упором на продажу агентств. Джон воспротивился. Он чувствовал, бизнес этот сомнителен, поскольку агентства почти никогда не срабатывали. Он предвидел, что это дело могло привести к проблемам с клиентами и расследованию, как это случилось с размещением акций "Скэйлстоун".
Сначала Генри, казалось, не беспокоился о риске, присущем его бизнесу, возможно, потому, что доходы были высоки. Однако его клиенты жаловались все больше и больше. Он решил сократить свои телефонные контакты, нанял женщину с хорошим голосом для разговора с теми, кто звонит в первый раз. Своим чистым молодым голосом она приглашала звонивших оставлять свои имена и адреса на автоответчике, чтобы компания могла выслать им подробности предложения по агентствам. Генри отвечал на звонки только тех, кто уже читал рекламную литературу.
Внезапно банк компании опротестовал фиктивные чеки, которыми сопровождались рекламные материалы Генри. Кто-то решил их проверить. Генри запаниковал и закрыл свой выгодный бизнес под предлогом вымышленных убытков, оставив неоплаченные счета за рекламу на значительную сумму.
Генри удрал в Лейк-дистрикт отдохнуть и расслабиться. Он сказал Джону, что пробовал убедить Салли-Энн сопровождать его, но она бросила трубку.
– Она, очевидно, сердится из-за убытков на акциях "Скэйлстоун", – рассмеялся он.
