Это интервью заслуживает того, чтобы целиком (сохраняя особенности оригинала) процитировать те его фрагменты, где речь идёт о России и её лидере[297].
«Стефанопулос: Давайте поговорим о России. На этой неделе вы сделали много заявлений о России. Каковы все‑таки ваши взаимоотношения с Владимиром Путиным?
Трамп: Я не имею к нему отношения. Я с ним никак не связан.
Стефанопулос: Но если вы не общались с Путиным, тогда почему вы в 2013 г. сказали о том, что какие‑то взаимоотношения у вас все‑таки есть? <…>
Трамп: Потому что он говорил обо мне приятные вещи в течении нескольких лет. Я помню, несколько лет назад он сказал кое‑что — много лет назад он сказал кое‑что очень приятное про меня. Я отозвался о нем хорошо, когда был на передаче Ларри Кинга. Это было очень давно. И я сказал, что он крепкий орешек[298] или что‑то подобное.
Он хорошо отзывался обо мне. И так вот оно все и шло. Мы вместе снимались в «60 минутах». Но, кстати, не то чтобы прямо вместе, я имею в виду, интервью с ним скорее всего снимали в Москве…
Стефанопулос: Так, значит, он был в Москве…
Трамп: А меня записывали в Нью‑Йорке.
Стефанопулос: Значит, Вы были в Нью‑Йорке. Вот в чем все дело.
Трамп: Нет, я хочу, чтобы вы поняли — он хорошо отзывался обо мне, но у меня нет с ним никаких связей. Я никогда не встречался с ним.
Стефанопулос: Раньше вы трижды — в 2013, 14 и 15 гг. говорили о связях с ним.
Трамп: Нет, стойте — что вы называете связями? Я имел в виду — он отзывался обо мне…
Стефанопулос: Это я вас спрашиваю.
Трамп: …с большим уважением. У меня нет связей с Путиным. Я не думаю, что когда‑либо с ним встречался. Я никогда с ним не встречался. Я не думаю, что мы когда‑либо встречались.
Стефанопулос: Вы должны были бы знать, если бы встречались.
Трамп: Я так и думаю.
Стефанопулос: Я имею в виду, если он…
Трамп: Да, я так думаю. В общем, я не думаю, что когда‑либо встречался с ним. Я имею в виду — в одной комнате или еще где‑нибудь. Нет, не думаю.
Стефанопулос: Вы никогда не разговаривали с ним по телефону?
Трамп: Я был в Москве. Но я не встречался с ним в Москве. Где?
Стефанопулос: Вы никогда не говорили с ним по телефону?
Трамп: Я никогда не говорил с ним по телефону, нет. Я говорил… когда мы были на конкурсе «Мисс Вселенная», несколько лет назад, мы проводили финал «Мисс Вселенной» в Москве, точнее, в Подмосковье, он был приглашен. Он хотел прийти, но не смог. Вот в это время я хотел с ним встретиться.
Стефанопулос: Но я только хочу расставить все точки над i потому, что раньше вы говорили трижды — в разное время — о ваших взаимоотношениях. А теперь вы говорите, что их нет.
Трамп: Ну, я не знаю, что вы имеете в виду под словами «иметь отношения». Я имел в виду, что он говорил про меня очень хорошие вещи, но у меня нет с ним отношений. Я не встречался с ним. Я не проводил с ним время. Я не обедал с ним. Я не ходил с ним в походы. Я не знаю — и я не слишком хотел бы знать его с пеленок — но я видел его фото и я хотел бы знать, что он из себя представляет.
Стефанопулос: Вице‑президент Байден сказал мне на этой неделе, что Владимир Путин хотел бы поражения Хиллари, а Мадлен Олбрайт заявила, что ваша победа будет подарком для Путина.
И вот на что они указывают: на ваши заявления по НАТО, об условиях, которыми мы должны обставить выполнение наших обязательств перед союзниками по Североатлантическому альянсу, о смягчении позиции Республиканской партии по Украине, о вашем желании смягчить режим антироссийских санкций и вашей готовности признать аннексию Крыма Россией. Они боятся, что это причинит ущерб Америке и будет способствовать интересам России.
Трамп: Они боятся только одного — проиграть выборы. Если наша страна наладит отношения с Россией, это будет здорово. Когда Путин выходит и говорит всем — вот вы говорите о каких‑то «связях», но он говорит — Дональд Трамп выиграет и Дональд Трамп — гений, а потом мне говорят — ты должен от него откреститься. Я говорю — с чего это я должен открещиваться? Но когда Путин говорит хорошие вещи, и когда у нас есть возможность наладить хорошие отношения с Россией…
Стефанопулос: Но если у вас и так хорошие отношения…
Трамп: Я так думаю…
(СТЕФАНОПУЛОС И ТРАМП ГОВОРЯТ, ПЕРЕБИВАЯ ДРУГ ДРУГА)
Стефанопулос: …аннексию им Крыма.
Трамп: Я ни к кому не собираюсь придираться. Джордж, вы меня хорошо знаете. Я не кланяюсь. ОК. Я не кланяюсь[299]. Но если мы можем иметь хорошие отношения с Россией и если Россия могла бы нам помочь избавиться от ИГИЛ, честно говоря, с моей точки зрения, речь идет о большой сумме денег и жизнях и прочем, это было бы хорошее дело, а не плохое.
Стефанопулос: Даже если это означает поставить условия по нашим обязательствам в НАТО, как вы сказали?
Трамп: Нет, поскольку вам не нужно этого делать. С НАТО все будет в порядке. Но страны НАТО — а их у нас 28 — многие из них пользуются нами, поскольку они не платят. И мы их защищаем, а они не платят. И когда люди доходят до этого последнего пункта, они со мной соглашаются.
Я за НАТО. Я сказал, что НАТО устарело. Меня спросили кто‑то из ваших конкурентов, и я сказал, что НАТО не соответствует требованиям современности, поскольку оно не занимается борьбой с терроризмом. Вы же это понимаете. И это оказалось правильно. Многие меня за это хвалили.
И вот, три месяца назад, на первой странице The Wall Street Journal пишут, что у НАТО появилось отделение по борьбе с терроризмом. И во главе этого отделения поставили совершенно выдающегося человека.
И это все благодаря мне. Так что я был прав.
Я был также прав по поводу того факта, что НАТО, что страны НАТО злоупотребляют нашим (по‑видимому, добрым отношением, эта часть записи неразборчива, — К. Б.).
Стефанопулос: Тогда почему вы смягчили платформу партии по Украине?
Трамп: Я к этому не имею отношения. Честно, не имею.
Стефанопулос: Ваши люди имели.
Трамп: Да. Я к этому не имел отношения. Я хотел бы — мне нужно на это взглянуть. Но я не имел отношения.
Стефанопулос: Вы знаете, что они сделали?
Трамп: Они ее смягчили. Я слышал, но я не имел к этому отношения.
Стефанопулос: Они изъяли ту часть платформы, которая призывает к поставкам боевого оружия на Украину для ее защиты. Вы думаете, это хорошая идея?
Трамп: Ну, послушайте, вы же знаете, у меня свои идеи. Он (Путин, — К. Б.) не пойдет на Украину, ОК? Чтоб вам было ясно. Он не пойдет на Украину, хорошо? Пометьте это себе и запишите, возьмите это куда угодно.
Стефанопулос : Но он же уже там, разве нет?
Трамп: ОК, да, он там в некотором смысле, но меня же там нет еще. У вас там Обама. И, честно говоря, вся эта часть света под Обамой в беспорядке, несмотря на всю силу, о которой вы говорите, и всю мощь НАТО и все прочее, тем временем, он идет куда хочет, берет Крым, он типа, ну, вы понимаете…
Стефанопулос: Но вы же сказали, что можете это признать?
Трамп: Ну, я посмотрю. Но, вы знаете, население Крыма, насколько я слышал, они предпочитают быть с Россией, а не там, где были. И с этим тоже надо разбираться.
Но это было — чтоб вы понимали, это было при администрации Обамы. И в том, что касается Украины, там полный бардак. И это при администрации Обамы, и его сильными связями с НАТО.
Так что при всех этих сильных связях с НАТО на Украине бардак. Крым взят. Не обвиняйте в этом Трампа.
Стефанопулос: Вы сказали, что…
Трамп: Ну, мы это исправим, и все же мы хотим иметь лучшие отношения с Россией. И иметь хорошие отношения — может быть, иметь хорошие отношения с Россией это хорошо, а не плохо.»
Подведем итоги
Миф о Дональде Трампе как о «друге» или, тем более, «агенте» Владимира Путина, создан и раздут до неприличных масштабов враждебными ему политическими силами и СМИ (каковых в США подавляющее большинство). Дональда Трампа обвиняют в том, что он защищает интересы России те, для кого любое отклонение от «политической ортодоксии» является преступлением. С точки зрения адептов этой ортодоксии, даже самые осторожные и обтекаемые формулировки, которые Трамп стал использовать в последние месяцы перед выборами, однозначно свидетельствуют в пользу его «пророссийскости».
