царице офиса? Не претендует ли она на мое нагретое двухлетним стажем местечко?
Эти мысли крутятся в голове, напрочь стирая мое хорошее настроение и доброжелательный настрой к трудолюбивой Дине, отчего я, откровенно говоря, на ней срываюсь.
Сначала потому, что она вместо обеда реально взялась за пересадку полуживого цветка и теперь нам с Сонькой даже запереться негде, чтобы посплетничать. А потом, потому что на моем столе красуется какой-то подозрительный пакет, пачкая красной жижей только что отпечатанные макеты под новую акцию.
– Это что? – раздраженно спрашиваю у согнувшейся в дугу спины помощницы.
– Это вам принесли, – испуганно взирает на меня двумя голубыми глазенками Дина, обернувшись.
И злиться на нее не получается. Во-первых, потому что эти глаза действую гипнотически, автоматически притупляя любой негатив; во-вторых, потому что я адекватная женщина и пока не пойман – не вор (читай, не предатель). А, в-третьих, потому что у нее полщеки в земле. Ну как на это сердобольное дитё гневаться?
Я вздыхаю, пытаясь сохранить здоровый настороженный настрой, хотя улыбка так и просится наружу, и раскрываю странный пакет.
Там кило гранатов. Или больше. Гора!
Так вот, что за странное красное пятно на столе, один из них не выдержал напора повседневности. А я уж понастроила себе страшных картинок с кровавыми сюрпризами внутри. Меньше надо фильмов по рекомендациям Соньки смотреть.
Но озадаченность все равно остается. Откуда гранаты? Очередной сердобольный подгон от кого-то из коллег? Помнится, мне тут на днях чернику подсовывали. Теперь понятно, почему так настойчиво.
– А кто принес? – снова интересуюсь у хрупкой спины в тоненькой кофточке.
– Парень какой-то. В очках.
Даня.
Непроизвольная улыбка растягивается на моих губах, а сердечко предательски стучит в ребра. Я оседаю в кресло и откидываюсь на спинку. Ненавижу гранаты, но это же прелесть какая-то, что кто-то готов мне таскать их пакетами.
Берусь за телефон и печатаю:
«У тебя на гранаты какой-то таинственный план? Я не умею их готовить, так и знай»
Телефон тренькает в ответ почти сразу.
«Полезно. Ешь.»
Краткий и непреклонный, не ведется на мою шутку. Хотя я реально не знаю, что нужно сделать, чтобы употребить такое количество гранатов в пищу.
«Если я столько съем, то стану как он – красной и в пупырышку»
Д: «Я помогу тебе с ними справиться»
Не удерживаю короткого хихиканья и закусываю губы. А неприступная гора, оказывается, умеет флиртовать! Даже по смс.
Интересно, он будет кормить меня с рук? А потом слизывать красные капли с уголка рта? А дальше…
Ох, куда-то понесла меня фантазия, прокатываясь жаром вниз живота. Я уже вся в предвкушении вечера, напрочь позабыв о дурацком рабочем дне. Мы же поедем домой вместе? Может, поужинаем где-нибудь? Я позволю ему напоить меня… Нет, напоить не получится, иначе серьезного разговора не избежать. А так не хочется портить момент, честно говоря. Может тогда лучше сразу ко мне? А разговоры о важном на завтра? Хоть денек себе дать еще покайфовать без всех этих беременных разборок.
Блин, Сонька и ее десять – одиннадцать коробок. Мысль пронзает меня неожиданно, совсем забылось. А еще сегодня йога. Я клятвенно обещала гуру Олегу сегодня быть, как штык, отрабатывая собаку мордой вниз за неуважительно пропущенный урок в прошлый понедельник. Дурацкое похмелье. Оно принесло мне очень много бед.
«У меня сегодня йога» – расстроенно печатаю я.
Вот бы Даня написал «не ходи». Чем не идеальная отмазка снова пропустить?
«Я тоже собирался в спортзал»
Разгон от эйфории до полного расстройства в пять слов. Потрясающе. Значит, сегодня мы не встретимся. Хотя понятно, что такую потрясающую стиральную доску вместо живота нужно как-то поддерживать. Но, черт, это совсем не помогает успокоиться.
«Во сколько ты закончишь?» – прилетает следом и повышает настроение, как резко опущенный в кипяток термометр.
Меня даже пугают такие колебания. Если бы я точно не знала, что это физически невозможно, тоже заподозрила себя в резком изменении гормонального фона.
«В девять»
Д: «Тебя забрать?»
Господи. Конечно, забрать. Забрать, увезти, ото всех спрятать и… Повторить ночной кросс, желательно дважды. Завтра с утра же нет совещания, на которое никак нельзя опаздывать?
«Ага»
Печатаю и удовлетворенно погружаюсь в очередные фантазии. На этот раз в них нет офисного стола, стула, подоконника и Жоры, поглядывающего на нас из нового горшка. Зато есть заднее сидение тесной Хонды, тонированные окна с отпечатками моих ступней и гранаты. Гранаты повсюду.
Глава 31. Вопреки воле и здравому смыслу. Аминь
Даня
– Брифинг состоится? – Кирюха подъезжает на своем стуле и заглядывает мне через плечо в экран.
Сегодня мне даже не хочется огрызаться за безжалостно нарушенные личные границы. Во-первых, на Кира это не подействует, у него вообще нет понятия личных границ, а, во-вторых, в эти самые границы за последние пару суток вторгались столько раз и такими варварскими способами, что я уже не уверен, остались ли они. И я до конца не понял, нравится мне это или нет. В конце концов, топтали мою зону комфорта прелестные длинные ноги.
– Как обычно, – киваю, закрывая заявки от бухгалтерии по эске и перекидываюсь разгребать завалы на электронке.
– В «Пит-Стоп» или «Кедр» сегодня?
– Сами решайте, – отделываюсь сухо.
После совещания еще полчаса пытался влиться в работу, ни черта не выходило. Мешала то идиотская улыбка, которая нет-нет, да прорвется, то яркие образы, не желавшие уступать место рабочим вопросам.
Только-только раскачался, а задач на сегодня, хоть ночуй. Но собственно установленные правила нельзя отменять, иначе вся дисциплина полетит к чертям. Народу нужен этот час по понедельникам, наполненный байками с выходных и решением текущих проблем, чтобы настроиться на рабочую неделю.
– Окэ, – по плитке прокатывается звук пластиковых колесиков, позволяя мне снова переключится на работу.
Очередная теория об условности единицы времени подтверждается, когда надо мной нависают семь нетерпеливых душ, хотя я, вроде бы, только влился в рабочий темп. Часы на экране показывают время обеда.
Блокирую экран, стягиваю со стола телефон и ключи, и поднимаюсь. Демократическим голосованием сегодня победил «Пит-Стоп», расположенный подальше, но с классными авторскими бургерами. Именно такой тяжелой белковой пищи сегодня и хочется. То ли в отместку за травоядную субботу, то ли как восполнение потраченных ночью калорий.
Лицо снова разрезает неудержимая улыбка. Со стороны посмотри – придурок пришибленный. И у этого диагноза вполне конкретная виновница.
Даже не понимаю, когда случился тот поворотный момент, где я прыгнул с
