Читаем без скачивания Город Древних - Константин Муравьёв

«Нужно приводить в сознание», — решил я и подошёл к Лениавесу.

Перевернул его на спину и прислонил к стене. Потом вытащил из рюкзака недалеко убранный в него с последней стоянки «камень здоровья» и приложил его ко лбу корнола.

Практически мгновенно от камня к Лениавесу было прокинуто несколько дополнительных каналов ментоэнергии, по которым к нему пошла чистая энергия жизни, прочищающая его голову от вредоносного воздействия энергии смерти. Через десяток секунд он шевельнулся, а потом резко пришёл в себя.

Постарался отшатнуться и потянулся к мечу, что висел у него на поясе, но оказался настолько слаб еще, что не смог даже вытащить его из ножен.

Однако заметив меня, он прохрипел, прочищая горло.

— Баг, это ты? — спросил Лениавес.

— Ну а ты кого хотел здесь увидеть, — похлопал я его по плечу, сверяясь с данными Диагноста.

Еще пара мгновений, и по заверениям моего персонального доктора с корнолом будет все полностью в порядке.

— Что случилось в конце? — спросил он, — то, что у нас все получилось я вижу, но как ты со всем справился, я понять не могу.

И посмотрел прямо мне в глаза.

— Мы ведь победили?

— Да, — просто ответил ему я.

— Сколько мертвяков ушло? — спросил он.

— Ты о чем? — не сразу понял я сути его вопроса.

— Если хоть один из них доложит хозяевам города о том, что их ловушка провалилась, сюда пошлют новую партию нежити. И в этот раз их будет много больше. И поэтому от того как давно закончился бой и сколько нежити смогло от тебя скрыться зависит как быстро мы вынуждены будем отсюда уйти, — пояснил мне свои мысли Лениавес.

— Никто не ушёл, — кивнув головой в сторону парка, ответил я, — по крайней мере, из тех, кто был там. Но уйти нам придется, мне кажется, хозяева знают, что их ловушка провалилась.

И сразу же, не дав ему спросить у меня еще что-то, на что я не готов пока дать ответ, сам задал ему вопрос.

— Ты сам-то как?

— Вроде нормально только голова раскалывается, — и корнол потрогал рукой свой затылок, — будто здорово перебрал накануне.

— Думаю ничего страшного, потерпи немного, — сказал я корнолу, Сейчас приведу в чувства девушку. Мне кажется, дальше она и сама сможет позаботиться о себе и своем здоровье, и сделает она это намного лучше того же камня или нас с тобой. А я же потом отдам тебе камень. Ты сам еще немного подлечишься. Мы пока не выбрались из города. И поэтому нам нужны все твои силы. А то тут что-то больно уж опасно.

И я опять оглядел территорию парка за пределами беседки. Но никакой опасности пока не было, да и моя сигнальная сеть пока никого не заметила.

— А я тебе что говорил, — усмехнулся Лениавес.

— Теперь я с тобою полностью согласен, — раздвинул я губы в подобии напряженной улыбки ему в ответ, и развернулся, чтобы, так же как и Лениавеса, аккуратно усадить девушку, прислонив ее к стене.

Пока корнол приходил в себя и старался восстановить силы, я подошёл к лежащей у противоположной стены беседки девушке.

Она лежала на животе, лицом вниз. Но даже этого было достаточно, чтобы понять. Девушка необычайно стройна.

Высокая, худенькая, в одежде очень выгодно подчеркивающей ее фигурку. При этом у нее была, казалось бы, осиная талия, которую можно обхватить пальцами одной руки.

По спине у нее разметались длинные светлые, даже можно сказать платиновые волосы. Частично они были собраны в какой-то достаточно сложно заплетенный хвост, а частично были разбросаны в беспорядке.

«Похожа на куколку барби», — почему-то подумал я, и именно в этот момент в душу ко мне закралось какое-то слишком уж настойчивое предположение.

Посмотрев на корнола, я подумал о том, что этот мир так и полон сюрпризов.

А потому очень аккуратно, стараясь не навредить или не напугать девушку, если она неожиданно придет в себя, хотя диагност и утверждал обратное, я перевернул ее на спину.

«Эльфийка», — так и крутилось в моей голове.

Большие, хоть сейчас и закрытые глаза, нежный точеный профиль. Волшебной красоты и совершенства лицо.

Девушка, которую я держал сейчас на руках, была божественно красива и совершенна.

Погладив ее по нежным и мягким волосам, я посмотрел на свою грязную ладонь казавшуюся черным пятном на фоне ее белого и нежного шелка.

А потому резко отдернул руку, но заметив смеющиеся глаза корнола, взял себя в руки и уже вполне спокойно продолжил свои действия.

Аккуратно положив ее голову себе на колени, ну не смог я выпустить такую красоту из своих рук, приложил ей лечебный камень ко лбу.

Проконтролировав начало процесса ее восстановления и выздоровления, я обратился к Лениавесу.

— Кто она?

— Будто сам не видишь, — проворчал он.

«А он не очень-то их и любит», — почему-то понял я, — «хотя и ненависти не испытывает. Просто они почему-то раздражают его и не вызывают у него симпатии. Интересно, что они ему такого сделали?»

Как сказать человеку, тьфу корнолу, что сам я как раз таки не вижу, а вот то, что вижу, говорит мне о какой-то волшебной фее, которую в жизни встретить нереально. Но посмотрев на сидящего напротив меня лесного черта, а так же кучу нечисти, что сейчас покоиться вокруг, все-таки решил.

«Нет может».

И уже переадресовав вопрос корнолу, поправился.

— Я не об этом. Ты знаешь кто она? Вы вроде общались. Она ничего не успела тебе сказать?

— Ну, судя по украшениям и одежде, принадлежащим так бесцеремонно тискаемой тобой девушке, она из аристократок. По основным цветам, присутствующим в ее одежде, видно, что она принадлежит к княжескому дому эльфар. Большего сказать не могу, так как нет ни герба, ни каких-то фамильных украшений. Видимо одна из дальних второстепенных ветвей княжеского рода, — закончил он и хотел уже отвернуться, когда его взгляд зацепился за висевший на ее шее кулон.

— Хотя постой.

При этом усмехнувшись, он добавил.

— Кстати, поосторожней с руками. В некоторых уголках Лесного Княжества твои действия могут быть приравнены к официальному предложению, — но затем, хмыкнув и раздвинув губы в еще большей усмешке, добавил, — или, наоборот, к посягательству на ее честь и достоинство. Это, смотря, откуда она родом. Но знай главное, это ничего хорошего за собой не повлечет. Касаться девушки, так как это делаешь ты, может только ее жених или родственник. Учти это. Да, кстати, хватит уже так нежно гладить ее волосы. Это могут неправильно истолковать уже все подряд. И в том числе она сама.

И, немного сдвинув меня в сторону, корнол осторожно склонился над девушкой. Видимо он хотел рассмотреть получше выскользнувший из складок одежды медальон, но в это же самое мгновение раздался тихий вздох и постанывание девушки.

Лениавес посмотрел на меня и сказал.

— Кажется, наша спасенная приходит в себя.

После чего слегка похлопал ее по щекам.

Девушка открыла свои глубокие темно-голубые, как омуты океана, глаза, посмотрела на него и тихонечко вздохнула.

— Все нормально? Слышите меня? Понимаете? — быстро проговорил корнол, на, как это ни странно, ни разу не слышанном, однако вполне понятном мне языке.

Хотя пора бы уже привыкнуть ко всем своим странностям.

Чем-то он был похож на тот язык, что мы использовали, когда общались с Лениавесом, но был несколько более певуч и мелодичен.

В ответ на его вопрос девушка лишь закрыла глаза, и видимо хотела ответить что-то еще, но корнол ей этого не дал сделать, успокаивающе погладив по руке.

А потом обратился уже ко мне.

— С ней все в порядке, только нам нужно немного времени, чтобы она пришла в себя и смогла восстановить свою магическую энергию. Девочка совершенно истощенна, как духовно, так и физически.

Видимо только сейчас поняв, что кроме нее и корнола в беседке есть еще кто-то, девушка посмотрела прямо мне в лицо и в явном удивлении раскрыла глаза. «Хуман», — так и читалось в ее огромных и таких прекрасно-глубоких омутах.

Видимо удивление было настолько сильным, что девушка опять потеряла сознание.

— Это я что настолько страшный? — с подозрением спросил я у Лениавеса.

— Не знаю, я не большой эксперт в мужской красоте. Тем более других народов. Но как по мне, такой же, как и большинство других хуманов, не хуже и не лучше. Обычный в общем.

— Тогда что ее так удивило или напугало в моем лице? — не понял я.

— А мне, откуда знать, я не эльф ар. Может она вас ни разу не видела или еще что. Кто этих высокородных поймет, — пробурчал корнол.

И начал упаковывать свой лук, поглядывая за стенку беседки.

— Что-то мне не покойно как-то. Нужно быстрее отсюда уходить, скоро повелители города хватятся недостающей стражи, — сказал /1ениавес.

— Догадываюсь, — согласился с ним я, — сам сижу как на иголках.

Корнол удивленно посмотрел на меня.