Она произнесла это слово таким гадливым тоном, будто подразумевала совсем другое. Прихвостень, скорее всего.
Опасливый стук в дверь прервал разговор, плавно переходящий в магическое сражение. Один из заглянувших к нам стражей едва не отпрянул назад, наткнувшись на копья напряженных взглядов обернувшихся к дверям лордов… и леди. Но поборов неподобающую охраннику робость, ужом проскользнул в Гостиную и с поклоном подал регенту свиток, перетянутый черно-золотой лентой. На лице лорда проступило удивление. Развернув лист и пробежав глазами по строчкам, он переменился в лице, тонкие брови сдвинулись, в глазах мелькнуло яростное негодование. Кадык на тонкой шее резко дернулся, будто воротник камзола стал тесен. Резко поднявшись, саи-сер едва не свалил стул. Сожалеюще склонившись к руке даже со спины выглядящей разочарованной принцессы, он произнес:
— Приношу вам искренние извинения, ваше высочество, но неотложные дела призывают меня в иное место! Все сказанное мною здесь и сейчас остается в силе…
— Ну что же, — ласково прошелестела верей-аали, — идите, мой лорд, и будьте уверены, что я не оставлю без внимания ваши слова.
Я бы не стала считать эти слова обнадеживающими! Но, видно, у регента есть другое мнение. Но что же случилось? И что лорд регент имел ввиду, какое предложение? Надо будет спросить у Грея.
Вторая часть ужина оказалась скомканной. Ни жаркое, ни фаршированная птица, ни свежайшие фрукты не заинтересовали гостей настолько, чтоб они задержались. Принц перебрасывался с принцессой ничего не значащими фразами, воспоминаниями далекого детства, смаковали последние слухи и сплетни, в общем, поддерживали ту самую разновидность светского разговора, которую я больше всего ненавидела. Ни смысла, ни толка, ни капли полезной информации я из него не извлекла. Впрочем, винить следует только себя. Не стоило так сильно сосредотачиваться на собственных ощущениях в самом начале…
Наконец принц, явно озабоченный полученными новостями, галантно распрощался с сестрой и, нервным взмахом руки велев герцогу следовать за ним, торопливо удалился, одарив напоследок присутствующих угрожающим взглядом и призрачным шлейфом смертоносной угрозы. Граф Рилан посмотрел на нас с Греем… понятливо склонившись, мы, подобно выдрессированным слугам, проводили посетителей до дверей. Лорд Шеранны, поправляя камзол, задумчиво пробормотал, глядя куда-то вниз:
— И где же вы, Ваше высочество, взяли такого замечательного Охотника?
Проследив за направлением его взгляда, я нахмурилась и раздраженно фыркнула. Сапоги явно не подходили к фасону придворного камзола. Пусть и начищенные, они являли собой не более и не менее, чем боевые Реанари по северной моде. Я так и не смогла расстаться с одним из удачных произведений торисского сапожника, в голенищах которых вновь покоились придающие уверенность стилеты, перекочевавшие туда из рукавов. Пусть они не вполне соответствуют моде и не подходят по цвету, зато демонстрирует мою состоятельность как бойца.
И, раз уж принцесса, вновь пожелавшая возлечь на кушетку, не пожелала отреагировать на замечание герцога, выскажусь сама. Растянув губы в усмешке, более подобающей волку, говорю:
— Где нашли, там больше нет! — бесстрашно встречаю взгляд темно-зеленых, затянутых белесой поволокой глаз. И это чистая правда!
Понаблюдав, как разраженный граф наворачивает круги по разгромленной овальной гостиной, я обернулась к Грею.
— Какое предложение сделал принц Леран?
В глазах телохранителя мелькнуло удивление, но он все же ответил:
— Если коротко, пообещал в обмен на поддержку в следующем туре голосования предоставить в полное владение Ее высочеству половину страны, и ближайшего сподвижника, будущего канцлера, в качестве прикрытия власти.
— Герцога Шеранны?
— Разумеется.
— Но Ее высочество хочет получить все, — констатировала я, следя за возрастающим раздражением принцессы, брезгливо озирающей комнаты.
— Уссспокойтесь, лорд! — проговорила она. — У вас есть боле важные дела, чем вымещение злости на предметах меблировки.
— Простите, ваше высочество, — тут же замер граф Рилан, демонстрируя покорность.
— Прекрасссно… — продолжила принцесса, — я желаю посетить герцога Новары.
— Как прикажете.
— Да, — хмыкнув, верей-аали прошла на середину помещения и воздела руки, — прикажу! Пронесшийся ветерок унес с собой все обломки и мелкий мусор… туда, откуда он взялся. Я замерла у стены, прикрытой новым гобеленом, стараясь не привлекать внимания.
— Но вместо меня пойдет она, — взгляды присутствующих скрестились на мне, — а я на время стану ею. Точнее — им!
Сглотнув, я сделала шаг вперед и преклонила колено:
— Слушаю и повинуюсь.
Почему я так не хочу, чтоб это происходило именно так? Инстинкт тревожно шепчет об опасности, разум напоминает, что именно так выглядят классические подставы… но выбора нет, и не будет. Остается надеяться только на силу, ловкость и везение! Это так мало!
— Вы двое пойдете с нами, а так же десяток ваших, граф, наемников…
Как будто они будут способны что-то изменить!
Странно было наблюдать за переоблачением принцессы. На несколько неприятных мгновений мы остались наедине, и верей-аали, подняв на меня серо-стальные, способные устрашить практически любого человека глаза, безапелляционно потребовала помощи. Которая, в общем, свелась к осторожному совету не увлекаться драгоценностями…
Снова с суеверным ужасом ощутив наше сходство, когда синий камзол чуть более богатого покроя скрыл женскую стать принцессы, замерла, попытавшись оценить достоверность наряда. Пожалуй… придирчивый взгляд мастера наверняка нашел бы дюжину дюжин несоответствий, но я же не Мастер… Да и пытаться что-то подсказать, посоветовать, даже с высочайшего разрешения, смерти подобно.
Но движения… когда ее высочество бесшумно выскользнула в Алую гостиную, выразительным жестом велев мне поторопиться с переодеванием в одно из шикарных платьев, я скорчила гримасу. У мужчины и женщины совершенно разная походка, что обусловлено чисто физиологическими причинами. И меня терпеливо обучали и этому искусству тоже, так что теперь, принимая очередную кальку, я совершенно инстинктивно подстраиваюсь под требуемый ритм. И если не пригасить естественную томность и властность, свойственные верей-аали, то любой, даже самый невнимательный стражник сразу же догадается, кто скрывается под камзолом. Нам это надо? Вряд ли… Но пусть о том, что ее маскарад далек от совершенства, скажет Сестре Рока кто-то другой… Например, граф Рилан.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
