Дима соскочил с мотоцикла, потянулся за ней, но нарвался на взгляд Клима. Он смотрел на него исподлобья, качая головой. Все должно быть по-честному.
Тоскливо глядя на Диму, Юля подошла к Климу, прильнула к нему. Он повел ее в правление, и она, вздохнув, пошла за ним. И на Диму даже не глянула.
Дима запрыгнул на мотоцикл и выехал за ворота. Но проезжая мимо перевернутой «девятки», сбавил газ. Нет, убиваться он не станет. У него есть план, и он должен его придерживаться. Он встанет на ноги, его час еще пробьет: Юля сама упадет к нему в руки, как спелый запретный плод…
* * *
Дима смотрел тяжело, цепко, с едкой насмешкой. Ирина возмущенно вскинула брови:
— Ты что, одичал?
— Да нет, от бандитов бегал…
— От каких бандитов?
— А Чекан еще не звонил? Не говорил, что его бандиты за мной гонялись. Они Юлю хотели похитить, а я им помешал!
— Юлю похитить?! — похолодела Ирина.
— Клим одного взял, поговорил. Он все рассказал.
— Что рассказал?
— Все! И то, что ты Юлю заказала!
— Я?! — Ирина почувствовала, как у нее отнимаются ноги.
Вдруг Клим догадается подключить к делу милицию и сам же спонсирует следствие, которое выйдет на Чекана. А деньги у Клима есть… А еще он мог и своей рукой отомстить…
— Клим в Москву ездил, Юлю от бандитов спасал… Сколько трупов оставил!.. Как бы до тебя не добрался.
— Да нет, я здесь ни при чем! — мотнула головой Ирина.
— Звони Чекану, пусть на дно ложится, пока не поздно. И сама уезжай.
— Думаешь, надо уехать? — засуетилась Ирина.
— Ну, если совесть не чиста, — усмехнулся Дима.
— Да с совестью все в порядке. Совести нет у того, кто соврал…
— Прямо сейчас и уедем.
— И ты со мной?
— А разве я не отец нашего ребенка?
Никогда еще Ирина не смотрела на Диму с такой признательностью и благодарностью, как сейчас. Никогда она не думала, что Дима может быть ей защитой и опорой. Но, видно, он действительно повзрослел. И сделал правильные выводы.
— А Юля?
— Юля остается с Климом.
— А-а…
— Именно поэтому мне нужно уехать. — Дима пристально смотрел на нее, взглядом подчеркивая смысл сказанного.
Он убегал от Юли, от своей любви. Убегал, продолжая любить ее. Ирина должна была понимать, что Дима никогда не будет принадлежать ей целиком и полностью.
* * *
Лето, природа греется на солнышке, погода такая, что все живое — как под кайфом. И Тихон прибалдел. Шашлык уже не лезет, пиво не пьется, да оно ему и не нужно. Хорошо на террасе, тепло, ветерок такой мягкий, как ласковая женская рука.
Только почему-то пивная бутылка вдруг разлетелась вдребезги. Осколок стекла чиркнул по щеке, но Тихон едва это ощутил. Осколок — чепуха, куда страшней вторая пуля, которая прилетит за первой. А кресло, как назло, глубокое, и он сидел в такой позе, что быстро не подняться.
А на столе со звоном лопнула вторая бутылка. Снайпер не мазал, он знал, куда стрелял. Он предупреждал Тихона. А может, давал возможность вспомнить свои грехи, отыскать среди них тот, за который пришла расплата. Жизнь побежала перед глазами, «пленка» остановилась на кадре с Климом.
Тихон видел перед собой лицо этого монстра. Клим смотрел на него с каменной маской на лице, его взгляд не выражал ни единой живой эмоции. Но вдруг Клим улыбнулся, и в этот момент в лоб что-то ударило. Проваливаясь в темную бездну, Тихон успел понять, что с ним произошло. Только вряд ли Клим ждет его на том свете…
* * *
Клим уехал в Москву. И Дима куда-то пропал. Но тоска Юлю не одолевала. Она переживала за Клима. Она ничего не говорила, но у нее женское чутье, и она поняла, что Клим отправился сводить счеты с Тихоном. Он мог погибнуть, его могли арестовать, и как ей тогда быть?.. Она очень переживала за мужа. И все меньше думала о Диме.
Да и как не переживать, если Клима уже третий месяц нет. Лето уже заканчивается, а его все нет и нет. Она уже все слезы выплакала…
К дому подъехала машина. Юля скорее почувствовала ее, чем услышала. Она бросилась во двор и увидела мужчину, который заходил в ворота. И этот мужчина был очень похож на ее мужа. Но только у Клима был шрам, а у этого щека гладкая, губа нормальная. Хотя нет, следы от рубцов еще остались.
— Клим?!
— Не узнала? — Его радовал произведенный эффект.
— А где?.. — Она провела рукой по щеке.
— Было, да прошло…
— Дурак! — Юля подошла к нему, обняла.
Теперь она поняла, почему Клим так долго не возвращался. Он сделал пластическую операцию.
— Почему дурак?
— Я тебя и со шрамом любила.
— А без шрама еще больше любить будешь.
— Не знаю!
Юля оттолкнула его и, надув губки, сложила на груди руки:
— Я тебя ждала, ждала… Мог бы и сказать!..
— Ну, похоронки же не было!..
— Дурак!
Она повернулась было спиной, но вдруг оказалась у него на руках. Клим оторвал ее от земли, закружил. Юля крепко обняла его за шею, закрыла глаза. Пусть и дальше он несет ее по жизни на руках, она не против…
