— Не произноси это имя в слух, — со скрипом в зубах выкрикнул громила так, что мои уши заложило. — Он сама смерть.
Я был удивлен такому поведению страшного великана. Сейчас он больше походил на мышку, забившуюся в углу при упоминании кота.
— Время выходит, смертный, — тихо сказал йотун. — Убей меня.
— Но я хочу еще кое о чем разузнать.
— БЫСТРЕЕ!!! — крикнул тот, и я вздрогнул.
Тело перестало меня слушать и встало без моих команд. Ноги под волей великана зашагали к его громадной туше, но затем контроль вернулся.
Великан закатил глаза.
— Я прожил захватывающую жизнь, полную сражений, — на его огромных глазах стали наворачиваться слезы.
Я не знал, как мне его убить, но руки сами потянулись ко лбу йотуна, а моя энергия без каких-либо проблем обошла тот барьер, который не позволил бы мне внедриться в его разум и прочесть мысли. Видимо, Катти специально ослабил ментальную защиту, дав мне возможность выполнить просьбу.
Как бы мне не хотелось узнать большего, я не мог смотреть на мучения бога. Кто бы хотел, чтоб его мучили для собственной выгоды. Этот верзила и так настрадался.
Пустив ментальную энергию в лоб йотуна, я нащупал его ядро. Почему-то в том, что это именно ядро, я не сомневался. Приложив некоторые усилия, я услышал его треск. Ядро сильно ослабело.
— Давай же! — на последнем издыхании выкрикнул Катти.
— Покойся с миром, — ответил я и заметил легкую улыбку на его лице.
Хруст, и через мгновение тело великана рассыпалось прямо на моих глазах.
***Утро встретило меня не самым приятным сопением в ухо. Как оказалось, ночь была холодной не только для мне. С неохотой подняв веки, моим глазам предстала интересная для людей нетрадиционной ориентации картина. Два взрослых парня лежали по бокам, используя меня как батарею. Кенши лежал спиной, упираясь ей в мою левую руку, а Хард же был повернут ко мне лицом и обильно выдыхал едкий утренний запах изо рта в мое правое ухо.
Только захотев откинуть парней и выразить им все свое недовольство, я заметил пару насмешливых взглядов, заглядывающих к нам в палатку. Рина прикрыла рот рукой, дабы сдержать позывы смеха, а вот желтоволосая сдерживать себя не стала.
— АХАХАХАХ, — закатившись заразительным смехом, Микаса начала тыкать в нас пальцем. После того, как девушка закончила смеяться, вытирая слезы, обильно стекающие по ее щекам, она выдала:
— Артур, да ты и впрямь всеми любимый.
Отбросив двух друзей в стороны, я вскочил на ноги. Парни от таких резких движений разлепили свои глаза, ничего не понимая. Я же под смех японки покинул палатку.
Вышел на улицу, свежий лесной воздух ударил по моим ноздрям. На мгновение я почувствовал себя свободным, но это чувство длилось недолго. Меня тут же начало мутить. Голова закружилась, а из носа потекла кровь. Не устояв на ногах, я свалился на одно колено, держась за нос. В глазах все поплыло. Я чувствовал, как сила наполняет меня пуще прежнего.
"Это был не просто сон." — подумал я и, собрав волю в кулак, поднялся на ноги и побрел в сторону учительской халупы.
— Что с тобой, Артур, — встретил меня женский старческий голос, как только я вошел внутрь дома.
Говорить было тяжело. В горле пересохло, а тело наотрез отказывалось слушаться. Кости ломило, а мышцы буквально трещали по швам.
— Можно прилечь, — выдавив из себя пару слов, я указал на свободную койку, стоящую у стены.
Женщина ничего не ответила. Она быстро подбежала ко мне, насколько позволяли ее короткие ножки, и, подхватив меня под руку, повела к кровати.
Улегся на мягкую постель, моя голова закружилась еще сильнее, словно я был в сильнейшем алкогольном опьянении. Дабы остановить эти дурманящие вертолеты, я, как было принято, опустил одну из ног на пол, ловя заземление. Головокружение тут же поутихло, но боль в теле также продолжала нарастать. Хотел было запустить ментальную энергию по телу, но тут же вспомнил слова Велика и не стал этого делать.
Боль была дикая, но пока не сравнилась с той, когда Лак проткнул мне ногу своим мечом. Больше всего меня беспокоила температура моего тела. Она то понижалась, то повышалась до аномальных цифр. Меня начало трясти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Учитель с ужасом в глазах наблюдал за моими мучениями. Я не хотел, чтоб она звала лекаря или попыталась сама вмешаться в мой рост.
Мои глаза сверкнули ярким фиолетовым цветом.
— Спи! — с трудом произнес я и учитель, не набросивший на себя эфирный доспех, тут же отключилась и упала на деревянный пол.
Я не ожидал от себя такого, но времени восхищаться не было. Боль все нарастала, и я прикусил палец. От сильно сжимающихся зубов из него пошла кровь, и эта боль немного отрезвила меня.
Постепенно меня начало отпускать. Горячие капли пота стекали по моему телу, понемногу приводя в чувства. Осмотрев свое тело, я не заметил никаких изменений, кроме раны на пальце.
Подняв палец на уровень своих глаз, я направил в него ментальной энергии и ускорил метаболизм. Тут же захотелось есть, но я сконцентрировался на лечении. На моих глазах разорванная моими же зубами плоть начала затягиваться, и спустя пару минут рана исчезла полностью.
"Катти не соврал." — улыбнулся я своим мыслям и возросшей силе.
Посмотрев на мирно спящую пожилую женщину на полу, я аккуратно поднял ее и уложил на кровать, а затем вышел из домика. Благо, других учителей не было.
Желудок издал характерный голодающий звук, и я с кривой улыбкой на лице после таких мучений побрел к ребятам. Запах готовящейся на костре еды сбивал меня с толку. Мои мышцы были напряжены, а во рту обильно выделялась вязкая субстанция. Трезво мыслить было трудно. В данный момент мои желания были настолько низменны, что я почувствовал себя диким, необузданным зверем.
"Еда, еда, еда…" — вертелось в моей голове.
Вчерашнее наваждение вернулось в троекратном размере. Я брел к палатке, издавая легкое рычание, но резко одернул себя. Встав на четвереньки, я не отрываясь смотрел на холодную почву. Капля пота скатилась по моему лбу к кончику носа и, оторвавшись, полетела вниз. Я видел все происходящее словно в замедленной съемке.
— Приди в себя! — негромко произнес я и ударил себя по щеке. — Приди в себя! — повторил я удар по другой щеке.
После ещё пары ударов я окончательно отрезвил свой разум.
— Смотри, Велс самобичеванием занимается, вот умора! — послышалось с боку.
Я повернулся в сторону говоривших и резко вскочил на ноги. Те, не ожидая от меня такой прыти, вздрогнули, а затем, натянув гримасы безразличия побрели к своей группе.
"Кретины!" — возмутился я, но затем поднял голову к небу и вновь вдохнул бодрящий аромат леса вперемешку с дивно пахнущей едой.
Улыбка растянулась на моем лица. Я чувствовал себя непобедимым. Сила как деньги — может вскружить голову.
"Спокойней, Серега… спокойней." — сказал я самому себе, дабы не забывал своего истинного имени.
— Артур, где ты ходишь?! — прокричала Микаса. — Скоро все остынет, — аргументировала она, а затем добавила со смешинкой в голосе. — Парни уже заждались.
***После вкусного завтрака, я восстановил свои запасы ментальной энергии. Пища, которую готовила Мика, была подобна энергетикам, питающим мой организм всеми полезными веществами.
Через час вернулись учителя. Один из них помог старой учительнице выйти наружу и подышать свежим воздухом.
— Что с вами случилось? — обратился он к ней.
— Не помню, просто уснула и все.
Слова женщины меня порадовали. Не хотелось объясняться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тут к нашей группе подошли оставшиеся преподаватели.
— Ну что, теперь ваша очередь углубиться в лес. Готовы?
— Да! — хором ответили мы.
— Вот и отлично, — протянул преподавателя, а затем глянул на тропу, ведущую вглубь зарослей. — Вот только лес как-то изменился. Словно вся сила куда-то пропала.
"Прошу прощения."
