Читаем без скачивания История классической попаданки. Летящей походкой - Валери Фрост

И со всей силы запустила кинжал в дверной проем. Ножик пролетел над головами под всеобщее «ах!» и застрял в противоположной двери стене.

Первый министр взмахом руки выпроводил всех зрителей и, когда за последним закрылась дверь, устало опустился в кресло. Сольвейг бросилась к отцу и, обхватив колени, плюхнулась на пол у его ног. Лорд благодарно погладил дочь по голове.

Аня ошарашенно осела на стул.

«Что ж это за отношения в семье? Сольвейг не родная им, что ли? Одна продает в рабство, стремясь к власти, второй проявляет не больше заботы, чем о дорогостоящем домашнем питомце».

– Все, мне это надоело! – Аня подхватила блондинку под руки и поставила на ноги. – Я забираю Сольвейг с собой, на море.

Лорд остался сидеть в кресле, печально взирая на старшую леди.

– С нами ничего не случится, мы просто отвлечемся от навязчивых мыслей о бракосочетании.

«О чем?» – спросило недоуменным выражением лицо батюшки Сольвейг.

– О венценосном событии, – пояснила брюнетка.

Последовали обреченный вздох и согласное покачивание головой.

– Вот и отлично. – Когда лорд Вазилайос покинул опочивальню, Аня потерла руки.

– А как ты попадешь в Эль-Эдхио?

– Полечу, – очень просто объяснила Аня.

– Как?

– Взмахну крылышками и полечу. – Ехидство в голосе кузины осталось незамеченным Сольвейг.

– Какими крылышками?

– Драконьими.

– А где их взять?

– У драконов. – Аню начало пробивать на смешки.

– А они дадут?

– А мы не спросим.

– А как?!

– Шантаж! – выдала Аня, еле сдерживая смех.

Сольвейг сделала большие глаза.

– Шантаж?!

– Ага, – брюнетка покраснела от еле сдерживаемого смеха.

Сдерживать хохот стало совсем трудно, когда Соль с совершенно серьезным лицом, наклонившись совсем близко к Ане, поведала шепотом:

– Но ведь это же драко-о-ны!

Аня, подыгрывая подруге, сделала большие глаза и вполголоса воспроизвела финальную фразу из анекдота про слона и муравьев:

– Главное – его повалить, а потом кушать!

И громко расхохоталась, удостоверившись, что стадия «широко открытых глаз» – не последняя в градации «раскрываемости» леди С.

Сольвейг в свою очередь надула губки и рассерженно затопала прочь от кузины.

Через полчаса леди Анна входила в рабочий кабинет сэра Хиларйора.

– Приветствуем вас, леди Анна из Омахи. – Темный угол комнаты расплылся улыбкой Чеширского Кота.

– Господа сегодня в приятном расположении духа? – улыбнулась в ответ Аня. – И вам хорошего дня, многоуважаемые.

– Что привело леди в столь ранний час?

– Леди решила воспользоваться вашим гостеприимством и посетить морское побережье в разгар сезона.

– Могу ли я поинтересоваться зачем?

– Могу ли я спросить: разве драконы не самая мудрая раса?

– Смело берусь утверждать, что люди – самая рисковая и безрассудная раса, – блеснули зеленым огнем драконьи глаза.

– Но ведь за это вы нас и любите, – последовали белозубая улыбка и лукавый прищур голубых глаз.

Раздумывая, капитулировать ли перед нахалкой, молодой дракон сделал шаг к свету. Девушку накрыла волна блаженной истомы и безмятежности. Ане огромных трудов стоило собрать волю в кулак и проделать фокус с солнечным сплетением: отгородившись на мгновение от пленяющей расслабленности, брюнетка скатала в клубок эмоции всепоглощающей радости от созерцания восхода, бесконечной глубины, характерной «Временам года» Вивальди и легкости клубничного вкуса, после чего «выстрелила щупальцем» в сторону молодого дракона. Саирэ задохнулся, Ане стало легче дышать – волна отступила.

Хиларйор сидел в кресле с высокой спинкой, короной венчавшей высокое чело дракона, и тихо посмеивался про себя.

– Как вы собираетесь туда добраться? – Саирэ, почуяв издевку собрата, решил взять реванш.

– Лётом, – Аня любила отвечать на простые вопросы.

– Лётом… На чем?

– На ком, вы хотели спросить?

– Гм, – отозвался Хиларйор и подался вперед.

– Вы понимаете, что требуете от представителей двух высокочтимых родов совершить невозможное и унизительное действие?

– А кто об этом узнает?

Вопрос поставил драконов в тупик.

– А еще никто не узнает о ризотто, о креветках в томатном соусе, о супе харчо, о говядине с перцем и о борще в конце-то концов!

Две пары глаз моргнули четырьмя парами век. Аня, уже успевшая расположиться в кресле напротив мистера Ледышки, демонстративно рассматривала собственные ногти.

«Переигрываю, конечно, но… день не задался изначально…» – думала брюнетка, ожидая ответа.

Казалось, драконы зависли, решая непосильную задачу.

– Когда вы хотите отправиться? – наконец отозвался Саирэ.

– Сегодня, если это возможно.

Вновь повисло молчание. Аня выжидала.

– Отправляемся в три часа пополудни. Ждите нас у себя дома.

– Хорошо, будем ждать.

– Будем… Леди Вазилайос младшая полетит с вами?

Аня коротко кивнула. Наглость – второе счастье.

– Это большая честь для нас, принимать в гостях будущую императрицу великой империи.

Доля сарказма в сказанном присутствовала. Однако к какой части изречения относить этот самый сарказм, девушка не определила. Уточнив еще пару деталей, Аня выскользнула за дверь.

– Зевс! Срочно отправь письмо Сольвейг: в два часа пополудни у меня, теплая одежда в дорогу, летим, как обещала.

Секретарь кивнул и исчез. Аня же принялась за поиски заброшенных в дальний угол теплых вещей.

К двум часам прибыла Сольвейг, прыгнула телепортом, используя взятый в аренду фианит. По замыслу девушек при малейшей опасности Сольвейг должна была открыть портал (сил на процедуру, слава Высшим, хватало) и нырнуть домой. Одна либо с похитителями, убийцами и насильниками. На месте разберутся.

Ровно в три часа пополудни Зевс сообщил о прибытии гостей. Пока девушки спускались к драконам, секретарь отчитывался:

– В отделении банка в Эль-Эдхио вам необходимо будет обратиться к любому клерку и сказать слово-пароль. Вот. – Молодой человек протянул бумажку.

Аня прочитала, крякнула, но все-таки запомнила.

– Когда вас примут, пошлите кого-то из слуг вот к этому дракону. – Зевс снова протянул бумажку, Аня попыталась прочитать – ничего не вышло. – Сорифез Хоппитнакс Оиноун, – продекламировал секретарь.

– И зачем мне этот дракон?

– Не знаю, Дарьяна распорядилась.

– Ах, Дарьяна…

– Сказала, что это будет вам полезно и вы на месте разберетесь.

Брюнетка лишь пожала плечами и выразительно глянула на Сольвейг.

Драконы ждали на улице, держа под уздцы две пары коней. Увидев девушек в чересчур фривольных нарядах, Саирэ ни капельки не похабно заулыбался, а сэр Хиларйор опустил взгляд долу.

Ну а что еще надевать в дорогу, как не удобные кожаные штаны, грязь с которых стирается любой влажной тряпочкой? А еще теплую куртку длинной до середины нижних полушарий, чтобы удобно было сидеть в седле. Вдобавок ко всему – высокие сапоги и перчатки до локтя. И еще надо не забыть про головной убор. Временно вся верхняя одежда пребывала в руках преданного работника, Аня же красовалась в белоснежной рубахе с широченными рукавами, как на пирате с афиши голливудского фильма. Специально выбрала такой наряд.

Леди Сольвейг очень сильно возмущалась, когда кузина заставила ее собрать зимние шмотки: на улице лето, а девушку запаковывают, как в горы Заветта.

До места отлета ехали верхом. Отъезжали подальше от населенных мест, как объяснил секретарь, чтобы избежать лишнего контакта с обитателями при обращении в драконью ипостась. Неслись со скоростью ветра, подгоняя и подбадривая лошадей. Белокаменный замок и зеленый лабиринт над водной гладью озера становились все меньше, растворялись в лучах обеденного солнца.

Спешились, оказавшись почти напротив замка с противоположной стороны озера. Отправили коней в сопровождении Зевса домой.

– А на чем мы полетим? – Леди С оглядывалась, ища транспортное средство.

Пока блондинка озиралась, драконы разошлись в стороны, подальше от девушек. Аня следила за мужскими фигурами, не отрывая взгляда. Однако уследить за обоими не представлялось возможности, посему выбор остановила на горячем Данийозайоре Нозаге Саирэ.

Удалившись на приличное расстояние, молодой дракон обернулся, подмигнул брюнетке и присел. Яркая вспышка ослепила девушку. Аня, не желая пропускать самого главного, часто-часто заморгала, чтобы прогнать цветные блики и пятна. Многого увидеть девушка не смогла, но то, что предстало пред ее синими очами, пускай и не поражало воображения, однако радовало качественными спецэффектами.

Яркая вспышка оказалась эпицентром радужного взрыва: разноцветная спираль раскручивалась медленно, словно секундная стрелка, бегущая против течения времени, как в замедленной съемке выныривающей из воды девушки, разбрасывающей радужные капли и запрокидывающей голову назад. Радуга раскручивалась, увеличивалась и росла по мере разжимания пружины, заполняла собой пространство, закрывая горизонт и очертания замка. Спектральная спираль была настолько плотной, что вскоре исказила абсолютно все объекты, превратив окружающее пространство во что-то похожее на абстрактный мир Дали. Еще одна вспышка заставила окончательно сдаться в плен темноте, плотно закрыть веки и попытаться остановить бешеную скачку сердца.