Кроватей с перинами не наблюдалось, поэтому пришлось искать свободное местечко у стены и попытаться приготовиться к предстоящему допросу.
Что мы собственно имеем? Скорее всего, была попытка переворота. Очень похоже, что неудачная. Вопрос — почему арестовали меня? Формально я в заговоре не участвовал. Никого, кроме Киксо, не знаю. Да и тот всегда говорил только намёками. Никуда не ходил, никого не свергал, никого не убивал. В смысле законной власти. А то, что устроил бой в доме Вероны — так нечего вламываться ночью, толпой и с оружием. Самое законное право на самооборону. Единственный тонкий момент — я ведь до сих пор не знаю, кто на меня напал. И если вдруг выяснится, что приходил местный спецназ меня арестовать, а я не подчинился представителям власти при исполнении, то на меня спустят всех собак. И никого не будет интересовать, что они вломились ночью, не представились. Скажут — надо было подчиниться, а потом бы разобрались. Формально правильно, но хрен его знает, как бы получилось на самом деле. Прирезали бы молчком, «при попытке к бегству», а потом доказывай, что ты не верблюд. Пожалуй, это самое слабое место в моих рассуждениях. Да и вообще, я толком ничего не знаю. Кто приходил убивать и за что, кто арестовал и за что, что обо мне знают, что предъявят. Так что нечего себя накручивать. Скажут в чём виноват, тогда и буду думать как выкручиваться.
Тюрьма продолжала жить своей жизнью. Время от времени по коридору бухали сапоги солдат, время от времени слышались крики допрашиваемых, но усталость брала своё. Я попытался найти хоть какое-то положение, при котором и ноги не оттопчут, и тело не слишком перекручено, и незаметно уснул. Несколько раз пришлось проснуться, когда кого-нибудь забирали на допрос. Некоторые возвращались, некоторые — нет.
Когда пришли и за мной, я уже почти выспался. Всё бы ничего, но вот одежда с засохшей кровью удовольствия не доставляла, да ещё нестерпимо хотелось пить. Но не просить же тюремщиков! Тем более, что ребята здесь были неприветливые. Может работа такая, а может характер, но взгляды у охраны были как у сторожевых собак. Поэтому без всякой команды завёл руки за спину и послушно пошёл по коридору. Допросная тоже выглядела ожидаемо — просторная камера, стол для следователя, пыточный стол и инструменты для меня. Единственное, что удивило — что народу было многовато. Кроме следователя и палача немного сбоку сидел ещё один человек со странно знакомым лицом и ещё парочка за его спиной, по виду телохранителей.
Я встал, где сказали и допрос начался.
Следователь быстренько записал мои данные, а потом стал дотошно расспрашивать про ночное нападение. Тут мне скрывать было нечего, и я рассказывал со всеми подробностями, которые помнил. Через час тема была исчерпана, следователь покосился на сидевшего сбоку мужчину.
— Почему вы выгнали леди Верону из дома? — неожиданно спросил тот.
Я в недоумении посмотрел на него.
— А при чём здесь это?
— Отвечайте!
Вопрос был гораздо неприятнее всех предыдущих, вместе взятых, и я невольно облизнул губы.
— Вопрос вам не нравится? — сразу среагировал следователь.
— У меня со вчерашнего дня капли во рту не было, а тут ещё и пришлось так долго говорить.
Следователь покосился на гостя, затем неожиданно взял в углу кувшин и протянул мне. Я осторожно понюхал содержимое и тут же припал к воде. Я даже и не представлял, что могу пить так много и так быстро.
Следователь дождался, пока я напьюсь, убрал кувшин, и лишь затем повторил вопрос.
— Так почему же вы всё-таки выгнали Леди Верону из дома?
Я уже немного пришёл в себя и со спокойной улыбкой пожал плечами.
— Поругались. Я вспылил и немного погорячился.
— Понимаете, какая странная вещь получается — задумчиво протянул следователь — сведения о заговоре копились у нас уже давно, а вот конкретных сроков начала активных действий у нас не было. И вдруг к начальнику секретной службы является леди Верона и уверенно заявляет, что в ближайшие часы будет совершена попытка переворота и жизнь короля в опасности. Когда её попросили объяснить, откуда у неё такие сведения, она сказала, что её предупредили вы.
— Я?! — опешил я — И каким же образом?
— Вот и мы задали тот же вопрос, а в ответ получили описание вашей ссоры.
— И что? — невольно заинтересовался я.
— Леди Верона посчитала, что вы вели себя неправильно.
— То есть?
— Вы вели себя как подлец, но не радовались этому. Особенно показательным для неё стало то, что вы при этом резали стол, не зная как вести себя. И очень уж торопили её, чтобы она поскорее ушла. Леди Верона в курсе наших подозрений, достаточно хорошо изучила вас и решила, что весь этот скандал вы затеяли только для того, чтобы побыстрее удалить её из дома и не подвергалась опасности.
— Бабские выдумки!
— В другое время мы бы тоже посмеялись над подобной логикой после ссоры мужчины и женщины, но чего-то подобного мы уже ждали, поэтому, не откладывая, ввели особый режим охраны короля. В город были вызваны верные части и направлены на охрану родственников короля. К некоторым успели, а к некоторым… нет. К дому леди Вероны тоже отправили отряд, но вы справились сами. Теперь осталось выяснить сущую мелочь — насколько глубоко вы были посвящены в заговор.
Особого смысла таиться я не видел, поэтому постарался отвечать честно.
— По поручению лорда Киксо я обязан был втереться в доверие к Вероне, соблазнить её, жениться на ней, а после уничтожения королевской линии дождаться коронации Вероны, стать консортом и ждать указаний лорда.
В комнате повисла тишина. Наконец, следователь смог прокашляться.
— И как давно вы выполняете поручения Киксо?
— Да с неделю, наверное — не стал скрытничать я.
— А как же ваши отношения с леди Вероной до этого момента?
— Я просто старался выжить и добраться до столицы. Верона оказалась рядом.
— Допустим, — следователь помолчал — но лорд Киксо пообещал вам головокружительные перспективы, а вы вместо этого всё испортили. Почему?
Действительно, почему? Хотел бы я и сам знать. Хотя, если честно, рушить чьи-либо планы у меня и в мыслях не было. Так, на короткий миг пожалел Верону. Откуда мне было знать, что она побежит не плакать в уголке, а прямым ходом в службу безопасности?
— Какой ответ вы хотели бы услышать?
— Честный.
Я попробовал прикинуть про себя варианты. Если скажу, что всё это делал сознательно, то это будет неправдой в первую очередь перед самим собой. Меня ведь и не думали во что-либо посвящать. Всё, что я делал — это на уровне интуиции. А остальные решат, что я набиваю себе цену, спасая шкуру. И путь у меня будет только один — на плаху. Лучше говорить правду. Во всяком случае, придерживаться прежней версии — всё только случайно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
