— Позволь мне, — тихо произнес он. — Я бесчисленное количество раз представлял себе, как раздеваю тебя.
Шарлотта, казалось, лишилась способности дышать, когда Дэвид развязывал бант за бантом слегка подрагивающими пальцами. Она была рада, что он нервничал не меньше ее.
Более того — ее это заводило. Шарлотта расстегнула жилет Дэвида, и кровь прилила к ее щекам при мысли, что она впервые увидит его обнаженным.
— Полагаю, владелец не знает, что ты приспособил его дом для прелюбодеяния?
Дэвид швырнул жилет на пол.
— Даже не догадывается. Хотя, мне кажется, ему все равно. На моем месте он поступил бы так же.
Ответ Дэвида привел Шарлотту в недоумение.
— Кто он? — спросила она, освободившись от платья и нижней юбки и бросив их на стул поверх сюртука Дэвида.
— Стоунвилл! — Дэвид зашел сзади, чтобы расшнуровать корсет, и его дыхание обожгло Шарлотте шею.
— Да что ты! — Лорд Стоунвилл был не только другом Дэвида, но и другом школы вместе с Энтони и Саймоном Тремейном, герцогом Фоксмуром. — Но почему…
— Ему нужны деньги, вот он и решил избавиться от этого дома. Я сказал, что хочу взглянуть на него. — Дэвид снял с Шарлотты корсет. — Я, конечно, забыл упомянуть, что ты будешь со мной, но он слишком занят в городе, чтобы лично показать нам дом.
— Как удачно, — нервно произнесла Шарлотта, сжимаясь от волнения в тонкой сорочке.
Прежде чем Дэвид успел лишить ее последнего оплота скромности, Шарлотта принялась раздевать его, чтобы занять руки и отделаться от внезапно охватившей ее нервозности. С тех пор как она в последний раз делила постель с мужем, прошло много лет. А что, если она не сумеет удовлетворить Дэвида? Ведь он всегда был более опытным, чем она.
Шарлотта развязала его шейный платок и расстегнула пуговицы рубашки, а когда присела, чтобы расстегнуть брюки, плоть Дэвида налилась и восстала под ее пальцами.
Дэвид принялся вытаскивать шпильки из волос Шарлотты.
— Знаешь, а я ведь ни разу не видел тебя с распущенными волосами. — Дэвид подхватил один локон, намотал на руку и, потеревшись о него щекой, поцеловал. — Я всегда думал: каково это, если ты будешь стоять передо мной, прикрытая одними лишь волосами, словно леди Годива.
Картина, представшая перед глазами Шарлотты, пробудила столь возбуждающие фантазии, что она принялась с ее большей поспешностью расстегивать пуговицы на брюках Дэвида. Это потребовало от нее недюжинной ловкости, потому что мужчина был сильно возбужден. Кто мог подумать, что Дэвид такой романтик? Каждое его слово пробивало очередную брешь в стене, которую возвела вокруг себя Шарлотта.
Дэвид был здесь, рядом с ней, и только это имело значение. Тем временем он развязал тесемки на сорочке Шарлотты, стянул ее через голову и отошел на несколько шагов назад.
— Позволь посмотреть на тебя, Шарлотта. Пока я не потерял голову.
В последний раз она стояла обнаженной перед мужчиной много лет назад, и теперь в полной мере ощущала, что уже не так молода, как прежде. Дэвид привык иметь дело с юными девушками — Саре было всего двадцать шесть, когда она умерла. Обратит ли Дэвид внимание на то, что ее грудь уже не так высока и упруга, как прежде? Или на то, что живот не такой плоский, как раньше?
Оценивающий взгляд мужчины блуждал по телу Шарлотты.
— Господи, дорогая, какая же ты красавица, — хрипло произнес он.
— Ты льстишь мне, — рассмеялась Шарлотта, — Почему-то я совсем не чувствую себя таковой.
— Значит, ты просто не обращала внимания на огромную толпу своих почитателей. — В голосе Дэвида явственно слышалась ревность. — Уверяю тебя, их привлекает не только твоя упорная работа в школе.
Комплимент польстил Шарлотте, хотя и был явным преувеличением. Где же они, ее поклонники? Почему она никогда их не замечала?
— И вы считаете себя одним из них, милорд? — кокетливо спросила Шарлотта.
— Надеюсь скоро стать для тебя не просто почитателем, — прерывисто выдохнул Дэвид, подходя к Шарлотте. Однако та не подпустила его, дразня улыбкой.
— О нет, не сейчас. Теперь моя очередь смотреть. — Сняв с Дэвида рубашку, Шарлотта медленно провела пальцами по его широкой груди и, спустившись вниз, стянула с него брюки и нижнее белье. После этого она отошла назад и теперь любовалась мужчиной, которого желала на протяжении многих лет.
Шарлотта вовсе не удивилась, обнаружив, что сложен он божественно. Под кожей перекатывались тугие мышцы, а живот вовсе не был дряблым, как у большинства мужчин его возраста. Однако размер его плоти привел Шарлотту в смятение. Либо Джимми обладал гораздо меньшим мужским естеством, либо природа слишком щедро наградила Дэвида.
И волос на его теле было гораздо больше, чем у ее светлокожего мужа, что делало Дэвида невероятно мужественным. И сексуальным. Особенно когда он порывисто прижал Шарлотту к себе и приник к ее губам в жадном и страстном поцелуе.
Дэвид бесстыдно мял ее груди, в то время как руки Шарлотты скользили по его телу. Она ощутила под пальцами тугие мышцы бедер и ягодиц, что выдавало в Дэвиде человека, много времени проводящего в седле.
С минуту они лихорадочно ласкали и целовали друг друга, но уже в следующее мгновение Дэвид уложил Шарлотту на матрас перед камином, и она раскинула ноги, готовясь принять его в себя.
Дэвид погладил ее лоно, разжигая в ее теле огонь, но потом отстранился, заставляя Шарлотту страстно прошептать:
— Дэвид… пожалуйста… я хочу ощутить тебя… внутри…
Губы Дэвида тронула напряженная улыбка.
— Я хочу помучить тебя немного, дорогая, чтобы отплатить за те мучения, что испытывал сам в последние несколько дней.
— Ты не посмеешь, — выдохнула Шарлотта, хотя сама идея показалась ей невероятно соблазнительной.
— Вот это, — прошептал Дэвид, не обращая внимания на протесты, — за прошлую ночь. — Он по очереди втянул губами соски Шарлотты, а потом дул на влажные бусины до тех пор, пока их обладательнице не захотелось закричать.
— А что я сделала прошлой ночью?
Тяжело дыша, Дэвид ответил:
— Демонстрировала свою восхитительную грудь, но так и не позволила ее поцеловать.
— Ты знаешь почему, — немного недовольно произнесла Шарлотта. Дэвид по-прежнему терся своей напряженной плотью о лоно Шарлотты, сводя ее с ума.
— Когда ты будешь ужинать у меня дома в следующий раз, ни одного из моих родственников не окажется рядом. — В глазах Дэвида вспыхнул огонь. — А тебя подадут на десерт.
Склонившись над Шарлоттой, Дэвид принялся ласкать ее лоно столь искусно, что Шарлотта едва не взорвалась.
— А это, — вымолвил Дэвид, — за то, что остановила меня вчера, прежде чем я успел овладеть тобою на диване в гостиной.
