Читаем без скачивания Журнал Наш Современник 2009 #1 - Журнал современник

Сегодня, возвращаясь от Коляни, он увидел Устинову около дома, как по заказу, и не удержался, коротко поговорил с ней. Оказалось, что Роза только-только проводила младшую дочь и теперь занималась хозяйством. Долго говорить не было возможности, да им и не обязательно долго болтать. Оказалось достаточно двух слов, чтобы понять друг друга.

- Придешь? - спросила Роза, почему-то постеснявшись посмотреть ему в глаза.

- Обязательно! - ответил он и почувствовал нестерпимое желание побыть с Розой именно в эту минуту, даже огляделся, чтобы подольше поговорить, но, увидев двух женщин, видимо, шедших из магазина, не стал задерживаться и испытывать судьбу - пошел далее вдоль порядка с безразличным видом, будто ничего его не волновало в этот момент. Главное, что переговорил с Розой, увидел ее, договорился, и от этого настроение радостно закипело. Правда, когда вернулся к себе, оно вмиг улетучилось, едва пришла мать Пичугина и начала срамить на всю улицу. Первой выскочила на веранду Валентина:

- Вер, ты чего?

- Знаю чего… Где твой обезьян-то хоронится? Пусть покажется, я весь бадик о его морду расшибу!

- Ой, Господи! Чего ты мелешь-то? Чего он тебе плохого сделал?

- Из-за него мой Семен головушку сложил!

- Окстись, дуреха, или из ума выжила? Думай, чего мелешь-то? Андрей в больнице лежал с ранением в это время! Каждый подтвердит!

- Зато дружки его не лежали! Семена ядом напоили!

- Кто тебе такую глупость сказал?

- Мустафа сообщил… Он следствие ведет! Погодите, докопается до правды!

- Твоему Семену надо было поменьше пить да вести себя прилично! А ты сама распустила сына до безобразия, а теперь виновных ищешь!

Бунтов, слышавший из веранды разговор, не выдержал, вышел к Пичу-гиной:

- Чего пришла, сволота дремучая? А то бадиком грозит! Один ножичками грозился! Догрозился… А ведь какой смелый был, но смелей нашлись!

- Ладно, Андрей, не связывайся! - потянула Валентина мужа назад, на веранду. - Чего с малохольной взять? А ты иди отсюда! - погнала Валентина Пичугину, - а то твоему любимому Мустафе позвоню - он тебя саму прищучит!

- Все, Валя, пошли в дом, - теперь Бунтов начал останавливать жену, - нечего с этой поганью связываться!

Когда они поднялись по ступенькам, Бунтов демонстративно хлобыстнул задвижкой, ушел в дом и завалился на диван. Настроение - на нуле. А тут еще Валентина куснула:

- Больше не связывайся с ней! О тебе и так в слободе Бог знает что говорят, а теперь и вовсе на людях не покажешься!

- А тебе, наверное, радостно от этого! Пусть говорят!

Бунтов демонстративно отвернулся к стене и до обеда пролежал молча. А после, когда молча же пообедали (даже прибежавший с реки внук не смог расшевелить деда с бабушкой), Бунтов отправился в сарай. Валентина ничего не сказала, но через какое-то время все-таки пришла, осторожно осмотрелась, словно искала что-то запретное, и, ничего не сказав, ушла. "Проверяй не проверяй - все равно ночью уйду!" - подумал Бунтов.

После ужина он вновь вернулся в сарай и теперь уж дожидался лишь внутреннего толчка, когда сердце подскажет: "Пора, пора!" Почти час прошел после того момента, когда погас в доме свет. Бунтов, приоткрыв дверь, выглянул из ворот сарая и, дождавшись, когда луна нырнет в облака, осторожно и даже чуть пугливо юркнул в сад. Вскоре он легонько стукнул в боковое окошко, и шторка тотчас шелохнулась. Роза вышла встретить во двор, где сразу влепилась целовать Андрея, а он прижал ее к себе так, как никогда не прижимал. Роза даже забеспокоилась:

- Как рана, зажила?

- Нормально - колтыхаться можно, - тихо ответил Бунтов и увлек Розу за собой.

Все-таки прелесть эта Розка, просто умница. Бунтов хотел предупредить, чтобы она не ждала от него сегодня особенной прыти, но она даже в мыслях опередила его, заставив принять свою игру. И игра эта понравилась Андрею, хотя немного и удивила новизной, от которой невольно вспомнилась Валентина в молодости, когда была такой же изобретательной, как Роза. Да, наверное, по-иному и быть не могло, потому что они обе были из единого женского племени. Это мужикам бывает в такие минуты забавно, а у них все по-настоящему, серьезно, будто сдают главный экзамен в жизни.

Когда они все-таки угомонились и устало легли рядом, Роза, словно только что вспомнила о его наполовину отлепившейся повязке, жалеючи спросила:

- Болит?

- Отболело давно. Теперь у меня душа болит, когда вспомню синюю "Ниву" у твоего дома. С каких это пор стала привечать Алешку Темнова?

- Он мою Каринку от Лонска подвез, - соврала Роза и почувствовала, что от собственного вранья покраснела, и порадовалась, что при свете луны не разглядеть румянца на щеках.

- Ну, подвез и подвез, а чего в дом-то потащился?

- Попить попросил…

- Вот с этого и начинается. Сперва попить, потом все остальное.

- Замолчи, не говори так! - Роза закрыла рот Андрею, да так крепко, что тому пришлось отстраниться.

А когда отстранился, то и она отвернулась, накрылась одеялом и соорудила из него между собой и Бунтовым препятствие. Молча они пролежали несколько минут, а потом Роза неожиданно завсхлипывала, задрожала всем телом. Он хотел было сразу обнять, пожалеть и успокоить, но сдержался, ревниво подумал: "Поплачь, поплачь, а то шустрая больно стала!" - и был не в силах побороть в себе ревность. И все-таки в какой-то момент не сдержался, обнял Розу и попросил, словно был сам в чем-то виноват:

- Перестань.

Она резко повернулась, словно ждала этого слова, обвила шею и припугнула:

- Сейчас задушу, чтобы глупости не говорил!

- Задуши… - согласился он, приняв несерьезную угрозу, и сразу же подмял Розу, распластал, теперь уж как полагается, забыв о своей болячке.

Правду говорят, что делу - время, потехе - час. Поэтому, сколько ни утешайся, а работа о себе обязательно напомнит. Поэтому со следующего дня у Бунтова появилась новая задача: найти картофелекопалку! Но где ее найдешь, если в районе картофель давно не сажают. Пришлось помотаться. Почти все бывшие совхозы района объехали с Коляней, но нашли. Три дня и чуть ли не три ночи потом возились с ней, но все-таки наладили. В первый день даже Валентина пришла поглазеть на их работу, а Бунтов сразу обозлился от ее любопытства.

- От безделья, что ли, скучаешь! - пугнул он жену. - Иди, садись за телефон и обзванивай все базы, хозяйства - где хочешь, а тысячу сеток найди: хоть взаймы, хоть за деньги. Нечего перед глазами мелькать!

Со следующего дня Бунтов начал работу на поле. С утра пораньше выехал и, перекрестившись, прошел первую загонку. Хорошо получилось. По-

смотришь издали - светло-желтая картофельная лента протянулась. Такую картошку и выбирать одно удовольствие.

Вскоре подъехал улыбающийся Коляня. Он скинул из коляски несколько тюков сеток и крикнул Бунтову:

- Живем, Николаич!

Чуть позже и бабы подтянулись. Пришло пятнадцать человек, которым Валентина положила за день работы по триста рублей. На таких условиях даже захапистая Авдотьиха притащилась и намалеванную внучку привела.

- Куда же деваться, если мы с Лизкой без денег остались, - жаловалась Авдотьиха бабам, - а Мустафа, паразит носатый, не чешется, не ищет наши денежки. А Лизке в школу через несколько дней идти. Десятый класс. Невеста. Одеть, обуть надо.

Работница из Авдотьихи почти никакая с ее габаритами, и когда Валентина начала коситься на нее, наблюдая, как она пыхтит, с трудом нагибаясь над грядками, то Авдотьиха это заметила и начала оправдываться, даже укорила:

- Не косись на меня особо, Валентина! Зато у меня внучка - огонь-девка! Гляди, за двоих работает!

Работа, и правда, спорилась. Коляня только успевал подставлять сетки под картошку, увязывать их и складывать на площадке в пяти шагах от дороги. И картофельный бурт рос неожиданно быстро, так что Бунтов забеспокоился и, подозвав Коляню, сказал ему:

- Хорошо мы работаем, лишь в одном закавыка: о брезенте не подумали. Вдруг дождь пойдет? Весь товарный вид картошка потеряет!

- Не тужи, она еще чище станет!

- Быть может, и станет, но без брезента зеленеть начнет - опять не дело. Так что езжай, куда хочешь, а если брезент не привезешь, то придется из дома одеяла тащить! И не обижайся, что гоняю тебя! Сам-то я тоже без дела не стою!

Не прошло и получаса после отъезда Фролова, как неподалеку от работающих баб появился бородатый, нездешний мужик, даже издали казавшийся усталым и запущенным, почти неживым. Вроде случайно шел мимо, да остановился из любопытства. Бунтову это не понравилось: чего это мужик засмотрелся на баб, спиной нацелившихся в небо? Один круг сделал Бунтов, второй. На третьем остановился, подошел к мужику и зло спросил:

- Ну и долго мы так будем пялиться?

Бородач ничего не ответил и, поднявшись с земли, сам спросил:

- С кем можно поговорить?

- О чем? - едко усмехнулся Андрей, а незнакомец представился: