прекрасно понял, что он говорит о них.
— Я бы не сказал. Весьма серьёзные противники. Один я бы против них не выстоял.
— И то правда. — Войд кивнул. — Толпой задавят. Даже мне пришлось бы очень трудно.
— А как же твоя способность остановки времени? Ты ведь можешь свалить отсюда в любой момент.
— Куда? — Войд наиграно огляделся по сторонам. — Куда свалить? Некуда бежать.
— Как-то неприятно звучит. — Прошептал я и вздохнул. — Ещё и близость с ними меня сильно пугает. Не хочется получить нож в спину.
Войд улыбнулся:
— Честно, я без понятия, почему ты не знаешь этого, но раз так, то раскрою тебе тайну. Это подземелье вовсе не несёт в себе того смысла, о котором ты изначально думал. Мы не будем здесь сражаться между собой. Даже это испытание — это лишь проверка того, можем ли мы действовать сообща, чтобы выжить. И я бы на твоём месте так не обольщался. Пускай никто и не станет убивать тебя напрямую, но спокойно может сделать это иным способом. Подтолкнуть к монстру, подставить или направить на неправильный путь.
— Разве суть этого подземелья не в том, чтобы отобрать одного, самого достойного? И судя по тому, что я слышал, выживет лишь один.
— Насколько мне известно, так бывает очень редко. Чаще всего, до конца доходят двое или трое преемников, а то и больше. Или же никто не доходит.
— Это как так? — Я удивлённо посмотрел на Войда. — Но ведь нужен только один.
— Если простыми словами — это как партия в шахматы. Жертвуя пешками, ты медленно ведёшь себя к победе, но стоит пожертвовать слишком многим, и ты проиграешь партию. — Войд посмотрел мне прямо в глаза. — Понял, к чему я клоню?
— Не совсем, но кажется начинаю понимать…
Пускай я и сделал вид, что ничего не понял, но осознание происходящего пробило меня сразу, как только я услышал фразу про шахматы. Войд напрямую сказал мне о том, что будет здесь происходить. Все испытания этого места скрывают истинный замысел. Возможно, другие знали об этом заранее, но я понял это лишь сейчас. Суть испытаний — выжить и при этом убрать как можно больше конкурентов. И главное в этом деле, не перестараться. Ведь если умрёт больше, чем нужно, то испытания пройти мы не сможем. Войд сам сказал, что до конца подземелья редко доходит один преемник. Чаще всего их два или три, или и вовсе никто. Значит, нужно грамотно распределять силы и не разбрасываться «товарищами», но и оставлять всех в живых тоже нельзя. Возможно, мне даже придётся иногда спасать других, если кто-то из преемников слишком войдёт в кураж и решит поубивать всех вокруг себя. Иначе, мы все можем оказаться в весьма скверном положении. Чёрт, а ведь это очень и очень плохо! Выходит, моя жизнь здесь зависит не только от меня, но и от остальных. И вот теперь вопрос, кого убивать, а с кем идти дальше? Одному Творцу известно, что произойдёт, если до конца подземелья дойдут несколько преемников. И что-то мне подсказывает, что ничего хорошего. Как-то очень не хочется оставаться в конце с кем-то чрезмерно сильным. Войд во многом мне помог, но он слишком опасный соперник и мне стоит за ним приглядывать.
— Ладно, Цербер. — Войд встал и сурово посмотрел вперёд. — Я бы на твоём месте приготовился. Впереди ещё монстры.
Посмотрев перед собой, я в самом деле увидел новую волну. В этот раз монстры были явно сильнее. Гоблинов теперь не было. Большая часть монстров состояла из волков, закованных в броню, оборотней и великанов. Да и самих чудовищ стало заметно больше. Они шли более плотными рядами. Лишь увидев это, я сразу осознал всю сложность этого места. То, что было раньше и в самом деле было лишь подготовкой к серьёзными испытаниями.
— Бурлога мне в промежность… — Прорычал я и приготовился к битве.
* * *
Мы бились около часа. Не знаю, сколько точно монстров мы уничтожили, но нам пришлось тяжко. Многие из преемников не смогли справиться с натиском, и им пришлось помогать. Благодаря этой волне я смог выявить слабейших. Среди них были Кошмар и Хром. Эти двое едва ли могли управиться со своими монстрами, и чуть было не подставили нас всех под удар. Кошмар и вовсе попытался слинять с поля брани и погиб, оказавшись в западне. К счастью, потеря этого идиота не вылилась для нас ничем плохим. Толку от него и так было мало, его бы выкинули первым, да и он сам мог доставить нам много неприятностей. Никто по нему горевать не стал.
Хром же напротив, пускай и был весьма слабым, обладал заклинаниями, которые были нам весьма полезны. Его способности замедляли врагов, усиливали его самого и наши тела. Мои когти под воздействием его способностей и стали прорубать броню монстров. Хоть Хром и был слаб физически, он был для нас полезен.
Диана Дрейден так же была весьма сильна. Один лишь удар её молота был способен всмятку разнести монстров и плевать он хотел на их броню. Она сминалась как бумага под воздействием её нечеловечной силы. И это без использования способности, которая делала её в десятки раз сильнее!
Второй девушкой из нашей группы была Айвен. С её силой нельзя было спорить, но я не желал, чтобы она оставалась с нами. Её способности отталкивать и притягивать к себе живых существ могли в любой момент сыграть с кем-то из нас злую шутку. Погадай она правильный момент и вот ты уже летишь в полчище монстров, без возможности это остановить. Ужасный союзник и, я уверен, многие это понимали.
Асмодей ничем особо не выделялся. Он просто убивал монстров и старался не показывать все свои способности, скрывая их от посторонних глаз. Видимо, ему было наплевать на чужое мнение, и он был абсолютно уверен, что никто здесь не сможет выпнуть его из игры. Или же он просто был уверен, что я не дам никому этого сделать. Отчасти это правда, но я не уверен, как именно я поступлю, если кто-то попытается пойти против него. Асмодей уже давно не тот, что раньше, и как бы я не желал вернуть его настоящего назад, я абсолютно не знаю, как это провернуть.
О Войде и говорить нечего. Он был самым сильным и полезным из нас. Не думаю, что кто-то решился бы на него напасть. Ведь стоит это сделать, можно получить такой ответ, что оправиться после него сможет далеко не каждый. Но ведь сила
