Мужчина вскинул руки, словно его пытались распять на кресте, запрокидывая назад голову. В
его левом кулаке острой вспышкой блеснул нож с тонким широким лезвием. Я вскрикнула, но звук так и остался лишь в моих мыслях, не пробиваясь сквозь толстую корку тишины. Ноги одеревенели, будто врастая в пол. Движения человека стали плавными, словно он плыл по реке, уверено удерживаясь на воде. Его лицо не выражало ничего, словно его скрывала фарфоровая маска, оставившая только слепые глаза, не видящие меня.
В какую-то секунду мужчина совсем поник, как марионетка, которую бросил кукловод. Затем левая рука взметнулась вверх, нож задрожал, грозясь упасть на пол. Мужчина что-то промычал, его губы даже не шевельнулись, казалось, сшитые вместе, как у мертвеца. Дьявольская кукла, изуродованная и сломленная. Я понимала, что он хочет о чем-то мне рассказать, но не понимала его жестов. Неожиданно взгляд мужчины стал осмысленным, но устремился куда-то за мою спину. Его глаза расширились, а черты лица исказились, не в силах совладать с тем ужасом, что надвигался на него. На миг вновь стало совсем темно, нас, словно покрывало, накрыла рваная сизая тень, скользнув за спину мужчины, обретая подобие человеческой фигуры. Мне показалось, что я увидела длинные руки, сжатые наподобие когтей, ярко сверкающие глаза.
Человек вновь обмяк, словно смерившись со своею судьбой. Но зажатый в ладони нож поднялась чуть выше, так, что острие коснулось горла. Тень позади него всколыхнулась, словно подгоняя, протягивая свои бесформенные конечности, толкая человека в плечо. Глаза мужчины закрылись, словно именно в этот момент он и умер, за несколько секунд до того, как остановилось сердце, послушно принимая все, что было предначертано. Лезвие блеснуло,
привлекая к себе внимание, а потом одним резким неуловимым движением скользнуло по тонкой коже, закрашивая белый ярко-красным, практически нереальным, искусственным цветом. Кровь хлынула неудержимым потоком, пульсируя маленьким фонтаном. Я беззвучно вскрикнула, силясь отвернуться, но не способная этого сделать, вынужденная наблюдать, как мужчина оседает на пол, пытаясь сделать вдох, захлебываясь алой жидкостью. Казалось, все вокруг стало красным, тело незнакомца, стены и пол, словно покрытые россыпь мелких рубинов, даже в воздухе витал розоватый дым. Я была слишком поражена и напугана, чтобы заметить, как черная тень завибрировала, можно было подумать, что она смеется. Мой взгляд оторвался от уже бездыханного тела, замерев на плотном тумане, пытаясь отыскать в нем хоть что-то знакомое. Что-то, способное натолкнуть на разгадку, что происходит с ни в чем неповинными людьми. Но мрачный силуэт, казалось, тоже сосредоточился на мне, исследуя,
проверяя, стараясь определить слабости, скрывающиеся под этой, прочной на вид, оболочкой.
Мое сердце испуганно замерло, боюсь выдать себя неосторожным ударом. Он видел меня,
чувствовал меня, знал обо мне. Этот дым проникал в мои легкие вместе с дыханием и оседал внутри, словно ставя метку. Я попыталась вырваться из этого сна, но только вязла сильнее, как в зыбучих песках. Тень подступила ближе, заглядывая прямо в мою душу своими яркими точками-глазами, проникая в сознание своими щупальцами, беспрепятственно считывая всю необходимую информацию. Мне хотелось бежать, но страх уже сковал тело, заключив его в невидимые кандалы. Я билась, словно рыба, пойманная в сети и вытянутая из родной стихии на берег. Спасения не было, мерцающие огни становились все ближе, закрывая собой все вокруг.
Комната и тело мужчины пропали, осталась лишь бескрайняя пустота, пугающая своей бесконечностью. Он был так близко, что моей кожи коснулся могильный холод, заморозив все чувства, кричащие мне об опасности. Я мысленно готовилась сдаться, точно также как тот несчастный человек, закрыть глаза и ждать конца, но что-то коснулось моего плеча, до боли впиваясь в кожу до самой кости. Неожиданная боль отрезвила меня, резкий скачок адреналина заставил иллюзию пошатнуться, утратив прежнюю резкость и краски. Тень грозно заклубилась,
вырастая еще больше и возвышаясь надо мной грозовой тучей, готовой поглотить меня. Но чтото резко дернуло назад, нарушая мое равновесие и по инерции опрокидывая на спину,
отбрасывая в никуда.
Темнота запульсировала, а затем отступила, выпуская меня из своих объятий. Чувство падения сменилось невероятной легкостью, словно я парила в воздухе, наконец обретя крылья. Но покой не оказался вечен, все нахлынуло сразу, одной сокрушительной волной, действуя на меня словно электрошок. Слух, осязание, даже запахи. Я резко дернулась, пытаясь защититься, все еще мысленно убегая от мрачной тени, но руки захватили пустоту.
- Тео. Тео, очнись. - Голос парня казался настойчивым, прогоняя остатки наваждения, действуя не хуже будильника.
- Тео, детка, тебе плохо? - Вторил ему тихий обеспокоенный шепот.
Я открыла глаза, пытаясь сквозь сумрак разглядеть лица людей, склонившихся надо мной.
Виллис и Марина смотрели на меня встревожено, словно опасаясь, что сознание вновь покинет мой взгляд. Каким-то образом, но им, вероятно, удалось поднять мое хрупкое тельце и оттащить в небольшую кладовку, которая считалась в этом кафе зоной отдыха персонала. Я разглядела побеленные стены и почувствовала тяжелый запах сигарет, щекочущий ноздри. Что здесь вообще произошло?
- Порядок. Что случилось? - Память сыграла со мной злую шутку - я отлично помнила свой сон, каждую деталь буквально посекундно, но не понимала, как вообще оказалась в этой подсобке, лежа на продавленном потертом диване.
- Ты упала в обморок, - задумчиво произнесла девушка, хмуря брови. - Ты точно ничего не хочешь мне рассказать? - Ее взгляд многозначительно застыл на моем животе, что заставило меня одернуть топ еще ниже, пряча полоску голой кожи.
Нет, там точно ничего не было, кроме довольно неплохо подкачанного пресса и слегка выпирающих ребер, из-за весьма сомнительно питания. Подозрения были необоснованными.
Стоило ли говорить, что меня крайне раздражали разговоры о беременности, особенно о моей собственной. Слава Богу, я относилась к тому поколению, которое задумывалось о контрацепции. Обидно, что и Эдриан не придерживался тех же взглядов, но все же.
- Прекрати, я пью таблетки. Это из-за жары. - Звучало почти убедительно, по крайней мере,
мне очень хотелось в это верить.
- Ну да, да ты раньше никогда не теряла сознание. Никогда. Даже когда под сорок градусов было, а тут... в общем, не рассказывай, раз не хочешь. - Марина обиженно хмыкнула, словно я отказалась рассказать ей какую-то вселенскую тайну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
