– Что на гоночном треке произошло? – бросаю раздражённо, без лишних приветствий. У меня особо времени церемониться нет. – Че за мордобой с новенькими? Совсем спятил? Они же к нам больше не приедут.
– Эти отморозки сами начали! Влад давно лез на рожон! Этот урод – настоящий зверь! Ай, да чего я рассказываю… Ты бы знал, если бы явился на гонку. Да вообще хотя бы раз заглянул за две недели. Но ты был занят, – хмыкает. Голос севший. – У тебя же девчушка обиделась…
Действует по своей обычной методике – «Лучшая защита — это нападение».
– Да знаю я, мне все докладывают, – фыркаю. – Ты опять сорвался, контролировать себя не умеешь. Потому что руководствуешься эмоциями, а не холодным разумом. Так у тебя никогда ничего не получится. Что ты хочешь поменять, если даже с тем что есть управиться не в состоянии. Ты же нам все разрушишь. Чтобы больше такого не было, уяснил?
– Не уяснил. Я твой напарник, не забывай. И пусть не имею там особых прав, – поднимается, шатаясь из комнаты вышагивает. Я за ним. – Ты забросил все. Съехал с катушек из-за девчонки, которую знаешь всего ничего, и все забросил. А мне вывозить.
Останавливается, вмазывает мне по плечу с ухмылкой, мол, «догадываюсь, в чем дело».
– Нет, – чеканю жёстко и уверено. – Не из-за нее. Я тебя давно проверить хотел, потому оставил за главного. Мне нужно было увидеть, как ты будешь справляться. Но ты не тянешь. Сам понял уже? Не выводи меня. Не умеешь – учись у лучших.
Конечно, себя имею в виду. Во всем– лучший. Другого не дано.
– Забросил из-за девчонки, – продолжает тупо гнуть свою линию. – Расскажи, Лучший, что это твой холодный разум творит. И совсем не человеческие эмоции, – насмехается. – Хотел бы проверить, проверил бы давно. А в итоге, ты себя к хре*ам слил. Без тебя мое слово там имеет больший вес.
– Я бы в любом случае дал тебе шанс проявить себя. Но ты не умеешь держать эмоции в руках, тебя подстрекают – а ты и рад, – идем на кухню, Макс направляется к холодильнику. Из приоткрытой дверцы выглядывает, рожа кирпичом. – Я дал тебе возможность самому понять, что один ты не справишься. Скажи спасибо, что я не передумал, когда ты мне на той убогой вечеринке чуть все не испортил своими дебильными психами. Я не знал, как ее успокоить. Ты знаешь, я не любитель объясняться.
– Что именно испортил?
Плечами пожимаю. А еще я не любитель откровенничать.
Да что там, толком сам не понимаю. Макс насмешливо скалится.
– Так и не признаешься?
– В чем?
– У тебя появилась слабость. То, чего ты так сторонился – свершилось.
Вот докопался. Пластинку врубил, по накатанной. У меня нет слабостей.
– Иначе, что произошло?
– Ничего не произошло. Говорил же, так быстро мне не интересно. Да и к тому же… Маленькая она еще, – объясняю, как дураку. Крайне терпеливо. – Что не понятно?
– В смысле маленькая? – откровенно ржет. – Деваха уже совершеннолетняя. Все законно. Сколько у тебя уже таких было. Раньше тебя это не останавливало.
– Она бы потом меня не простила, – с чего-то начинаю тупо оправдываться. – Ты не понимаешь, она – другая. Невинная, нежная…
– Нежная, – ржет еще громче. Смотрит на меня, как на дебила. Делает рука-лицо. – Ой, Тохаа.
Сам знаю. Нежная? Может, и правда крыша едет?
Давлю самый невозмутимый вид.
Вообще-то у меня все под контролем.
– Ты же втирал, что она стремная. Серая мышь.
– Мля, она не серая. Пахнет шоколадом…у нее волосы такие… шелковистые… и глаза… такие… и… Красивая она.
– Ясно, понятно. Все плохо, – заключает с иронией. – Ну, ты это. Молодец. Вообще без эмоций держишься. Хладнокровие на лицо.
– Ты на что намекаешь? – голос невольно жестче делаю. Лениво сажусь на стул за барной стойкой.
– Так я не намекаю, а прямо говорю.
– Что?
Вздыхает.
– Не врубаешься, да? Кстати…уже наслышан о вчерашней тренировке.
– Ты, о чем?
– Да так, – кидает мне в руки бутылку газировки. Ловлю на автомате. Ставлю на стол, под его глупую ухмылку. – Так ты до сих пор ее не трогал? Свою нежную…
– Нет.
– До свадьбы? – шепотом. На полном серьёзе стебется. Выражение лица трагично – насмешливое. К- Комбо.
– Заткнись, – отрезаю мрачно, и слегка агрессивно. – Нет, конечно. Не пори горячку.
– Ааа, ну да, тебе жениться не на любимой суждено, – добавляет сочувственно, делая несколько глотков. – Не быть вам вместе… Подожди, где-то я такое уже видел. Совсем недавно, меня семья потащила... как там эта пьеса называлась… – делает вид, что задумался.
– Да хватит уже.
– Ромео и Джульетта.
Стопорюсь и прищуриваюсь. Что-то сюжет вообще не канает.
– Они же померли в финале.
– Ох ты, черт, не досмотрел до конца, свалил еще на середине, – бутылкой мне салютует. – Печально. Не расстраивайся, я подстрахую, если что. Ты главное продолжай лицо держать, а то выдавать себя начал. С потрохами.
– Я не знаю, что ты себе там удумал, но я с ней просто развлекаюсь. Мне интересно. Наиграюсь – брошу. Она знает. Я от нее этого не скрываю.
– Да? А че вместе доиграть было никак? Так весело все начиналось, – наблюдаю в глазах нездоровый азартный блеск.
– Никак, – взглядом показываю, чтобы не смел к ней приближаться. Я тебе уже говорил: Так быстро – скучно. Она – моя. Моя девушка. Завтра на вечеринке объявлю официально. Я не люблю делиться своими игрушками. Вот надоест мне – делай, что хочешь.
– Ну, ну… Заливай.
Встаю и собираюсь сваливать. Задолбал своей бараньей твердолобостью.
Ничего я к ней не чувствую. Ничего.
Я просто хорошо с ней обращаюсь, забочусь, потому что, пока что она моя. Я так хочу Сейчас. Я хочу ее.
Она – не на один раз.
Но и Не Навсегда.
Это не навсегда.
Это ненадолго.
– Ты куда? – летит в спину. – Я думал, мы к Владу поедем. Они же теперь всей тусовкой бастуют. Разруливать мои ошибки, как и обычно, не собираешься? Но тогда гонка в субботу сорвется.
Вместе с сарказмом, слышу испуг в его голосе. Улыбаюсь.
– Езжай один, уговаривай их, ты же теперь тоже главный! Твое слово имеет вес! Все, как и мечтал! Даю тебе еще один шанс проявить себя, – поворачиваюсь и самодовольно ухмыляюсь. – Помни – холодный разум и никаких эмоций.
Выхожу из дома, сажусь в машину и двери захлопываю. Меня реально напрягли его намеки. Что он хотел всем этим сказать? Всерьёз думает, что она мне не безразлична?
Совсем скоро мне на нее плевать будет. Но для начала…
Баскетбол.
Она должна понять, что никого лучше меня нет. Однажды, легко показал это в случае с Максом. И как бы она там не втирала, что он принц, и он ей нравится – тут же сдалась мне.
Усмехаюсь.
Я непобедим.
Когда домой возвращаюсь, решительно направляюсь в свою комнату. Хочу принять душ и лечь спать. Сегодня был безумный день, и я устал. Мышцы нещадно ломит. Пока иду по лестнице – шею разминаю, ворочая головой.
– Антон, завтра после школы по магазинам, – останавливает голос мамы. – Ты обещал провести с нами время. Ника все уши прожужжала, хочет новое платье. У ее одноклассницы скоро день рождение. Ей не в чем идти. Еще и наша портниха так не вовремя уехала, говорит семейные обстоятельства… Совсем с ума сошла! А нам как быть? Это просто какой-то кошмар!
Вероника – моя двоюродная сестра. Надоедливая заноза в одном месте. Учится в десятом классе, к счастью – в другой школе, с уклоном на иностранные языки. Когда она была маленькая, ее родители погибли, мои – стали ее опекунами. В основном она живет у нашей бабушки, потому что там поближе и в том районе обитают ее друзья. А наш дом вечно пустует, потому что мать в разъездах или – еще чаще – на званых ужинах, да обедах. Моя мать – вечный праздник. Да и отец появляется куда реже, полностью ушел в работу. Поэтому, сестре, видите ли, здесь скучно.
Зато мне размах с самого детства. Один в этом особняке.
Предоставлен сам себе.
Раздолье.
– У нее скоро шкафы лопнут от переизбытка шмоток, – кидаю резко. – Как это ей не в чем идти?
