что "в пропорции к числу наших граждан у нас была очень маленькая территория, но очень большая империя; мы не только обладали вдвое большим количеством военных кораблей, чем все остальные государства вместе взятые, но и были достаточно сильны, чтобы сражаться с вдвое большим их числом".22 Он подчеркивал важность Эвбеи - "мы владели ею больше, чем своей собственной страной", ведь уже в 506 году афиняне захватили земли великих семей Халкиса и разделили их между 4000 граждан, а еще через шестьдесят лет Перикл произвел дальнейшую раздачу.23 Однако в 411 году, в конце разрушительной Пелопоннесской войны, Эвбея вышла из-под контроля афинян; Фукидид заметил, что "Эвбея была для них полезнее самой Аттики", и потеря Эвбеи вызвала большую панику, чем поражение на Сицилии, которая была еще одним хорошим источником зерна.24
Распространенное предположение о том, что Черное море всегда было основным источником зерна, основано на свидетельствах IV века и более поздних.25 Ранее этого времени упоминания о черноморском зерне носят эпизодический характер, отражая те редкие годы, когда поставки в Эгейском море были недостаточными. Очевидные источники для Афин находились по всему Эгейскому морю: во Фракии, на Лемносе, в Эвбее и на Лесбосе, где земля, обрабатываемая 20 000 лесбийцев, была передана 3000 афинских бенефициариев, которые позволили части старого населения остаться в качестве своих крепостных.26 Все это говорит о систематической и хорошо организованной торговле зерном, которая была порождением афинской политики, а не просто бессистемной зависимостью от поставок, которые могли найти купцы в Эгейском море и за его пределами.27 Ее главными бенефициарами были богатые люди, получившие земли на заморских территориях (chôra) Афинской империи.28
IV
Афины не терпели инакомыслия, и, когда в 470 году наксийцы попытались освободиться, Афины ввели денежные выплаты взамен кораблей, которые ранее предоставил Наксос; затем эта практика была распространена на союзников Афин, и сохранилось несколько списков дани, которые громко говорят о том, как Афины утверждали себя в Эгейском море. Но Делийской лиге вполне соответствовала Пелопоннесская лига, объединявшая города южной Греции, в которой доминировала Спарта. Фукидид прокомментировал разницу между этими двумя лигами:
Спартанцы не заставляли своих союзников платить дань, но следили за тем, чтобы ими управляли олигархи, которые работали бы в спартанских интересах. Афины же со временем захватили флоты своих союзников (за исключением Хиоса и Лесбоса) и заставили их платить денежные взносы.29
Таким образом, Спарта работала с союзниками, а Афины утверждали свое господство над зависимыми. С другой стороны, союзники Афин были впечатлены успешным руководством, которое они обеспечивали, часто вдали от Греции - афиняне хорошо понимали, что победы за рубежом могут быть использованы для продвижения их собственной гегемонии в Эгейском море. В 466 году союзники, возглавляемые афинским полководцем Кимоном, буквально разбили в пух и прах персидский флот, насчитывавший 200 кораблей, у побережья Малой Азии, в устье реки Эвримедон. Союзники вели упорную борьбу с персами, отправив 200 своих кораблей в Египет для поддержки восстания против персидского владычества (459 г.); однако это привело к унизительному поражению. Десять лет спустя Делийская лига отправила свой флот под командованием Кимона, чтобы доставить неприятности на Кипре, где властвовали персы. Тем временем Афины издевались над соперниками и мятежниками, укрепляя свою власть над Эвбеей, а в 446 году заключили мир с самым явным конкурентом за гегемонию, Спартой. Поскольку у Спарты и Афин были разные навязчивые идеи: Афины стремились удержать свои владения в Эгейском море, а Спарта - сохранить господство на Пелопоннесе, разделить сферы их интересов было несложно. Настоящие трудности возникали, когда меньшие города втягивали Афины и Спарту в свои собственные разборки.
Начало Пелопоннесской войны можно отнести к событиям на Адриатике, в небольшом, но стратегически важном городе, основанном на краю земли иллирийцев: Эпидамносе. Это был перевалочный пункт на все более важном торговом маршруте, по которому товары доставлялись из Коринфского залива в этрусские и греческие колонии в Спине и Адрии, - маршруте, к которому Афины проявляли все больший интерес. Эпидамнос был создан коринфскими колонистами из Керкиры (Корфу); таким образом, он был внучкой Коринфа, и, как и многие греческие города, его раздирала фракционная борьба между аристократами и демократами (436-435 гг. до н. э.). Демократы, осажденные аристократами и их варварскими союзниками иллирийцами, обратились за помощью к Керкире, но керкиряне были явно не заинтересованы в этом.30 Они считали себя респектабельной морской державой со 120 кораблями (флот, уступающий по размерам афинскому), конкурирующей на море со своим городом-матерью Коринфом, отношения с которым были явно прохладными: коринфяне были убеждены, что керкиряне не проявляют должного уважения к городу-матери, а керкиряне утверждали, что "их финансовая мощь в это время ставила их вровень с самыми богатыми государствами Эллады, а их военные ресурсы превосходили ресурсы Коринфа".31 Отношения еще больше ухудшились, когда Коринф откликнулся на призыв своих внуков в Эпидамне и отправил колонистов на помощь осажденному городу.32 Так между Коринфом и Керкирой разгорелся бессмысленный конфликт из-за вмешательства коринфян в то, что, по мнению керкирян, было их водами. Керкира обратилась за помощью к Афинам: керкиряне утверждали, что Афины с их могущественным флотом могут блокировать притязания Коринфа; "Коринф", - говорили они, - "напал на нас первым, чтобы потом напасть на вас".33 Они просили включить их в афинскую сеть союзов, хотя и понимали, что по условиям прошлых договоров между Спартой и Афинами, которые стремились уравновесить Делийскую и Пелопоннесскую лиги, это может быть воспринято неправильно:
В Элладе есть три значительные военно-морские державы - Афины, Керкира и Коринф. Если Коринф овладеет нами первым и вы позволите объединить наш флот со своим, вам придется сражаться против объединенных флотов Керкиры и Пелопоннеса. Если же вы примете нас в союз, то вступите в войну как с нашими кораблями, так и со своими собственными".34
Судя по этим словам, в них чувствовался фатализм в отношении грядущей войны. В 433 году афиняне отправили корабли на помощь керкирянам, взяв курс на Сиботу, расположенную между Керкирой и греческим материком, где 150 кораблей Коринфа и его союзников столкнулись со 110 кораблями Керкиры. Основное воздействие афинского флота было психологическим: афинская эскадра прибыла в момент начала сражения, и при виде ее коринфский флот разбежался, решив, что на подходе еще более многочисленный флот, что на самом деле было не так. Спарта благоразумно держалась в стороне от этих событий.35
Фукидид интересовался войной и политикой, особенно обоснованием политических решений греческих государств во время конфликта между Афинами и Спартой. Есть загадки, которые он не раскрывает: почему афиняне,
