«Атланты распространили владычество своё до пределов Египта», — сообщает Платон. А по Геродоту: «был путь из Фив к Столпам Геркулесовым» — к Атлантиде.
Так, в этом древнейшем сказании, может быть первом лепете человечесва, начало нашего мира связано с концом каких-то иных миров. И связь между концом и началом — Египет.
Если в сказании об Атлантиде нет никакого зерна внешней исторической истины, то зерно истины религиозной, внутренней, в нём все-таки есть: языческая эсхатология начала мира, столь противоположно-подобная христианской эсхатологии конца — Апокалипсису.
Свет Атлантиды, вот что на дне головокружительно-бездонной Египетской древности — вечности.
А что такое Атлантида? Предание или пророчество? Была ли она или будет?
Атланты — «сыны Божьи», или, как мы теперь сказали бы, «человекобоги». «Человек возвеличится духом божеской, титанической гордости — и явится Человекобог», — говорит Иван Карамазов у Достоевского. О ком это сказано? О них или о нас? Не такие же ли и мы — обреченные, обуянные безумною гордыней и жаждою всемогущества, сыны Божьи, на Бога восставшие? И не ждёт ли нас тот же конец?» (Д.С.Мережковский, “Тайна трёх. Египет — Вавилон”, Москва, «ЭКСМО-Пресс», 2001 год, стр. 170 — 173)
Но будучи раздавленным авторитетом библейской традиции интерпретаций текстов и фактов, Д.С.Мережковский как и все, кого пленила оккультно-эзотерическая традиция, унаследованная от Атлантиды, так и не смог за всю свою жизнь дать ответа на вопрос:
Если «Атлантида — свет», то за что Бог предоставил её самой себе в Своём попущении, в котором она и погибла?
* * *
Тем не менее настоящая работа не о прошлой глобальной цивилизации, неправедно устроенной и потому погибшей в попущении Божием, а о построении будущей глобальной цивилизации, в которую должна преобразиться нынешняя.
И вне зависимости от специфики неправедности прошлой глобальной цивилизации, обусловившей её гибель, выявленные различные типы строя психики, носителями которых может быть один и тот же субъект в разные периоды своей жизни, — объективная данность. И соответственно различию возможностей каждого из этих типов строя психики[302] и различию возможностей обществ носителей каждого из них СПРАШИВАЕТСЯ:
Что, Бог предопределил в качестве нормы для человека животный строй психики? или строй психики зомби? или демонический строй психики? — Либо Бог однозначно предопределил в качестве нормы для взрослого человека человечный строй психики, поскольку при всех прочих типах строя психики человечество неспособно ни к чему, кроме как агрессивному паразитизму во всё расширяющихся границах, а в конечном итоге паразитизма — к самоликвидации?
По нашему разумению Бог предопределил человечный строй психики в качестве нормы для всех людей, которая должна достигаться к началу их юности. Соответственно, порочно всякое общество, в котором эта норма не осознаётся в качестве предопределённой Свыше нормы и жизненного идеала для тех, кто её не достиг, а культурой общества не обеспечивается воспроизводство этой нормы личностного становления к юности в преемственности поколений с нарастающей тенденцией охватить всё общество[303].
Но вопреки необходимости обеспечивать достижение человечного типа строя психики к возрасту начала полового созревания, т.е. упреждая завершение работы генетической программы развёртывания вещественно-телесных и биополевых структур организма, эгрегоры человечества несут алгоритмику сдерживания и извращения личностного психического развития человека, препятствующую подавляющему большинству новорождённых в достижении человечного строя психики к началу их юности. И именно в эту «ноосферу» — за отсутствием на Земле иной, обеспечивающей достижение этой нормы в период детства и подросткового возраста, — своими бессознательными уровнями включается психика каждого рождающегося человека ещё в период его внутриутробного развития.
Но если Бог не ошибся, то СПРАШИВАЕТСЯ: осознавая это несоответствие между состоянием «ноосферы» и потребностями развития личности от младенчества до становления человечного строя психики, можно догадаться, что всякой душе, приходящей в этот Мир, предлагается некоторый свод дел по преобразованию коллективной духовности — всей совокупности эгрегоров человечества — так, чтобы это выявленное несоответствие с течением исторического времени в преемственности поколений исчезло раз и навсегда?
На наш взгляд, — можно догадаться, и эта догадка не будет пустым вымыслом: всё действительно так и есть, и в этом можно убедиться, проанализировав нравственность и выражающую её этику в конкретных обстоятельствах жизни всякого рода (в смысле клана) по восходящим линиям родства предков на протяжении нескольких поколений.
* * *
И каждой душе открыта возможность осуществить программу «почти максимум» — достичь под Божиим водительством человечного типа строя психики хотя бы в зрелом возрасте[304], если не к юности, и на этой основе продолжить личностное развитие далее и внести свой вклад в становление человечности и её коллективной духовности — будущей «ноосферы». Но за человеком признаётся право на ошибку, и ему предоставлена свобода выбора, вследствие чего перед ним открыта возможность осуществить и «программу-минимум» при некотором количестве разнородных ошибок, которые должны послужить жизненным уроком и ему самому, и другим людям. Множество возможностей, заключенных в полосе, ограниченной «программой-максимум» и «программой-минимум», и есть судьба человека.
Что будет сопутствовать в дальнейшей жизни каждого, осуществившего его личную «программу-максимум» ранее исчерпания жизненных ресурсов его организма, — Бог знает. Но уклонение от осуществления «программы-минимум» и усугубление состояния «ноосферы» своими личностными ошибками действий и бездействия и, прежде всего, — ошибками в избрании нравственных мерил и определении их иерархической упорядоченности, которые задают всю алгоритмику психической деятельности личности, включая и её участие в эгрегорах коллективной психики, — неизбежно ведёт к исчерпанию Божиего попущения ошибаться и к пресечению жизни индивида в этом Мире ранее того срока, который мог бы обеспечить врождённый потенциал его здоровья.
Что и как возлагается на новорождённого изменить в «ноосфере», — во многом определяется предысторией его рода, поскольку самыми близкими по отношению к психике каждого оказываются родовые эгрегоры его предков по отцовской[305] и материнской линиям. И некоторую долю ошибок, запечатлённых предками в родовых эгрегорах, и дел в не выполненных ими программах «максимум» и «минимум», человек наследует как свои жизненные задачи в своих программах «максимум» и «минимум», а что-то достаётся и его потомкам, если род не пресекается на нём.
Кроме того у всякого ребёнка есть родители, часто есть дедушки и бабушки, старшие братья и сестры, которые что-то сделали из состава своих программ «максимум» и «минимум», а от чего-то уклонились. И соответственно тому, что ребёнок является самым близким для них человеком, психика его включена в их же родовые эгрегоры, в ребёнке всем его близким и, прежде всего родителям, дедушкам и бабушкам, даётся увидеть их собственные личностные и родовые пороки и их последствия, дабы они переосмыслили и изменили что-то в себе самих. По отношению к родителям и другим близким это — «ответная» информация, приходящая по цепям обратных связей. Интенсивность её определяется тем, как на неё реагируют те, кому она адресована, будучи ответом на их действия или бездействие.
Эту составляющую генетического наследия церкви имени Христа называют «первородным грехом». Хотя в действительности доктрина о «первородном грехе» — богохульство, поскольку не справедливо на одного человека возлагать ответственность за то, что сделали другие, и чему он не мог воспрепятствовать. И эта эгрегориально унаследованная ошибочная алгоритмика — не грех, за который человеку предстоит ответить перед Богом, а наследование обстоятельств, за создание которых сам человек ответственности не несёт, но которые направлены на то, чтобы люди прочувствовали на своём личном опыте то, к чему они относятся (взрослые) или отнеслись бы (дети) без должного внимания или понимания в силу своеобразия алгоритмики их родовых эгрегоров, воздействующих на их бессознательные уровни психики; чтобы прочувствовали то, что осознанно считают допустимым для себя или других, хотя своими какими-то якобы допустимыми сознательными и бессознательными действиями или бездействием отягощают бедствиями жизнь других. Отвечать придётся не за “первородный” грех, а за своё собственное взращённое в течение жизни нравственно обусловленное отношение ко всему унаследованному от предков, выразившееся в деятельности и бездеятельности, и за то, что будет передано потомкам в составе их генетического наследия.
