На сайте можно найти все материалы, подготовленные в рамках проекта «Уроки 90-х», но не только. В разделе «Исторические очерки» историки убедительно обосновывают свою версию событий 1984–1993 годов, их причины и последствия, осмысливают истоки глобальной катастрофы, которую пережила советская держава. Политологи и журналисты анализируют особенности становления институтов суверенной России, замыслы, достижения, ошибки и результаты. Экономисты представляют уникальные исторические обзоры развития отраслей экономики, социальной сферы, местного самоуправления, ЖКХ, телевидения и прессы с 1990 по 2010 год. В результате складывается целостная картина истории новой России.
В разделе «Свидетельства очевидцев» члены правительства реформ, министры, депутаты и помощники президента Ельцина с позиций участников судьбоносных событий 1990-х годов анализируют их причинно-следственные связи, объясняют подноготную важнейших решений, которые они принимали или готовили. Эти свидетельства «от первого лица» помогают отделить правду от вымыслов.
На полках «Библиотеки» сайта собраны уникальные материалы, освещающие важнейшие вехи истории новой России, а также проблемы ее ведущих отраслей. Представленные статьи помогают избежать поверхностного подхода в оценке исторических событий.
Авторы статей в разделе «Перспективы России» не ограничиваются констатацией проблем, а предлагают конструктивные решения, которые помогут улучшить нашу жизнь. Что для одних государств — история, для других — будущее. Поэтому, двигаясь вперед, полезно сопоставить свою историю с опытом передовых стран. Лучше учиться на достижениях и ошибках других, чем изобретать велосипед. Понять, как решаются жизненно важные проблемы общества в целом и отдельного человека — с пользой для них или во вред им…
Особой популярностью пользуется раздел сайта «Этот год в истории», в котором довольно подробно описаны основные социально-экономические и политические события каждого года — с 1985 по 2013. Впрочем, достоинства сайта вы можете оценить сами.
Наша «управляемая демократия»
Склонность к абсолютистскому правлению состоит в прямой зависимости от презрения к своей стране.
Алексис ТоквильПо поводу выбора своего преемника Борис Ельцин писал: «Степашин или Путин? Министр внутренних дел и директор Федеральной службы безопасности. Оба начинали в Петербурге, оба работали с Собчаком. Оба — интеллигентные силовики. Люди нового поколения, молодые, энергичные, мыслящие. Но какая огромная разница в характерах! …Я интуитивно чувствовал мощь и силу Путина, перспективность этого шага. И еще — атмосферу, возникшую в обществе. Общество было готово воспринять новую фигуру, и фигуру достаточно жесткую, волевую. Несмотря на полный раздрай в политическом истеблишменте, люди должны были поверить Путину. Я собирался предложить ему не просто “повышение по службе”. Я хотел передать ему шапку Мономаха. Передать ему свое политическое завещание: через победу на выборах, через нелюбимую им публичную политику во что бы то ни стало удержать в стране демократические свободы, нормальную рыночную экономику. Да, это был огромный риск. Действие без всякого запаса прочности… И, тем не менее, за все эти годы мне удалось создать такую ситуацию, при которой выход за рамки Конституции ни для кого уже не был возможен». К сожалению, он заблуждался…
Решение Ельцина сделать Владимира Путина своим преемником сначала не показалось мне контрпродуктивным. Приходилось встречать умных аналитиков из КГБ, хорошо понимающих логику развития общества. Возможно, думал я, нам повезло и мы получим в роли президента человека, который имел возможность сравнить реалии жизни в ГДР и ФРГ, понял, где пролегает дорога к достойной жизни россиян.
Тем более что в своем обращении к Федеральному Собранию 8 июня 2000 года он говорил: «Наша позиция предельно ясна: только сильное, эффективное, если кому-то не нравится слово “сильное”, эффективное и демократическое государство в состоянии защитить гражданские, политические и экономические свободы, способно создать условия для благополучной жизни людей и для процветания нашей Родины». И был совершенно прав. Если нет честной полиции, справедливого суда, если инфляция пожирает сбережения, потому что слабое государство не может собрать налоги и вынуждено включать печатный станок, то о какой достойной жизни можно говорить?
Путин обещал еще много хорошего: «Во-первых, следует обеспечить защиту прав собственности… Второе направление — обеспечение равенства условий конкуренции… Следует отменить все необоснованные льготы и преференции, прямые и косвенные субсидии предприятиям, чем бы они ни обосновывались… В некоторых регионах это просто превратилось в орудие сведения счетов с политическими и экономическими конкурентами». Правильные слова. Но как они согласовывались с практикой? В середине 2000-х годов власти приступили к созданию госкорпораций и раздаче им всяческих льгот, а рейдеры-силовики приступили к перераспределению в свою пользу перспективных предприятий. Именно в эти годы за решеткой оказался Михаил Ходорковский, да разве только он один! В тюрьме оказались тысячи предпринимателей, вся вина которых состояла в том, что они не захотели «делиться» с сильными мира сего.
«Третье направление — освобождение предпринимателей от административного гнета. Государство должно последовательно уходить от практики избыточного вмешательства в бизнес». Замечательные слова. Но с годами административный гнет лишь усилился, ставки дани возросли. Сложилась феодальная вертикаль, только не из воевод и князей, а из чиновников высокого уровня. Сегодня по заслуживающим доверия источникам даже предприятия оборонки вынуждены платить откаты в размере 70 % стоимости госзаказа.
«Четвертое направление — снижение налогового бремени. Сегодня налоговая система способствует массовому уклонению от налогов, уходу экономики “в тень”, уменьшению инвестиционной активности, в конечном счете — падению конкурентоспособности российского бизнеса». Посмотрим правде в глаза: расчеты показывают, что доля официальных налогов в доходах российских фирм примерно такая же, как в европейских странах. Она намного выше, чем в Китае. Причем надо учитывать, что для предпринимателя важен общий размер отчислений, а не только официальные налоги и возросшие пенсионные отчисления. И зачастую для него самый тяжелый налог — коррупционный, ведь коррупция стала нормой, это стержень всей властной вертикали. Нагрузка растет год от года, так как численность российской бюрократии за последние годы выросла втрое.
Зигзаги политики президента Путина нередко оправдывают «непреодолимыми обстоятельствами». Действительно, к 2000 году в регионах России сложились своеобразные «удельные княжества». Губернаторы прекрасно овладели навыками подчинения избирательных комиссий для формирования угодного состава законодательных собраний, освоили приемы давления на правоохранительные органы, прокуратуру и суд. Предприятиям, имеющим «крыши» от влиятельных чиновников, создавались условия для получения монопольной сверхприбыли. Для этого возводились межрегиональные барьеры на пути движения товаров и капиталов. Возникла ненормальная ситуация, когда законодательные собрания субъектов Федерации принимали, а губернаторы подписывали местные законы, противоречащие Конституции РФ и федеральным законам. В иных странах с федеративным устройством субъекты федераций принимают местные законы, но нигде региональные власти не вправе подменять ими «неудобные» федеральные законы.
Поэтому инициатива Путина привести региональное законодательство в соответствие с федеральным казалась вполне логичной. 8 августа 2000 года Госдума приняла Закон о новом порядке формирования Совета Федерации, поправки в Законы об общих принципах организации законодательных и исполнительных органов государственной власти в субъектах РФ и об общих принципах местного самоуправления в РФ. Но эти законы не столько укрепили федеральную исполнительную власть в ее борьбе с региональной, сколько в целом усилили исполнительную и президентскую власть в сравнении с другими ветвями власти. Губернаторы были изгнаны из Совета Федерации. Президент получил право отзывать их и не согласовывать с ними кандидатуры руководителей региональных МВД. Были созданы 7 федеральных округов, главы которых подчинялись президенту.
Губернаторам предоставили право отстранять неугодных руководителей органов местного самоуправления и распускать местные законодательные собрания — формально за «нарушение федерального законодательства, прав и свобод граждан». Но при размытых понятиях «прав» и «свобод» было бы желание, а повод разогнать найдется.
