Единорог подходил ближе, здоровый глаз горел. Оставалось несколько шагов, чтобы ловушка сработала. Еще три… еще два… один…
Боль вспыхнула в ее руке, пальцы сжали ее руку. Нилла с потрясением перестала петь, ее дернули за руку так, что она потеряла равновесие.
Стены ловушки поднялись из земли. Воздух расколол визг единорога, когда он понял, куда попал. Но заклинание сомкнулось, и звук пропал.
Нилла прокатилась по мху, листьям и земле, раскрыв рот в беззвучном крике, ее разум обжигала боль разорванных чар. Когда ее тело замерло, она оказалась головой на широкой вздымающейся груди, ее лицо уткнулось в спутанную бороду.
23
Соран лежал неподвижно, руки крепко обвивали девушку. Небо над ним дико кружилось, обрамленное сплетающимися ветвями, и тьма смыкалась, сужая поле зрения. Он боялся, что потеряет сознание.
Девушка была жива? А он? Может, он умер. Может, магия, когда его меч-заклинание столкнулся с рогом единорога, взорвалась так, что порвала его смертное тело, и теперь он остался только призраком.
Может, потому ему показалось, что он слышал песню Хелении среди деревьев, зовущую его…
Нет, это не мог быть голос Хелении. Ему показалось это в жуткий миг, когда он верил, что был на грани смерти.
Соран моргал, пытаясь очистить зрение усилием воли. Он приподнял голову на пару дюймов и опустил подбородок, чтобы увидеть спутанные рыжие волосы у своей груди.
— Мисс Бек? — сдавленно сказал он. Соран осторожно подвинул ладонь с ее плеча, чтобы убрать волосы с ее щеки и попытаться увидеть ее лицо. — Мисс Бек, вы…
Спазм сотряс ее тело, и она резко села, уперев ладони в его грудь. Большие голубые глаза смотрели на него, дикие и ошеломленные. Грязь запачкала ее лицо с одной стороны, и ее волосы были в листьях и прутьях.
— Вы живы! — прохрипела она. Ее пальцы сжали его рубаху.
— Да, — он приподнялся на локтях, быстро моргая, чтобы отогнать тьму. Он переместил вес на одну руку, поднял другую. Он осторожно опустил холодные пальцы на ее ладонь. — Все хорошо, мисс Бек. Опасность позади.
Она поежилась, подняла плечи до ушей. Она медленно разжала пальцы, отпустила его рубаху и убрала ладонь из-под его. Он ощутил странное ощущение потери, но быстро подавил его.
Они поднялись на ноги и отошли друг от друга, поправили одежду и не смотрели в глаза друг другу. Девушка оглянулась. Соран проследил за ее взглядом до ловушки под ольхой. Мерцающее заклинание держалось, хотя единорог бушевал в небольшой клетке. Те стены долго не продержатся. Ему нужно было действовать быстро.
— Где мой меч? — пробормотал он, озираясь. Он вскоре заметил его, но не там, где ожидал. Не там, где он и единорог столкнулись. Хмурясь, он шагнул к оружию.
Недостаточно быстро.
— О! — воскликнула девушка. — Я бросила его туда, сэр, — она быстро прошла ближе к ольхе, где меч лежал у края ловушки. Она опустилась на колени, сжала рукоять ладошками и подняла меч.
Соран уставился на нее. Он закрыл глаза, резко повернул голову в сторону и посмотрел снова. Но картинка не изменилась. Она стояла там, держала заклинание, протягивала ему, словно тарелку оладушков.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Это было невозможно.
— Как… вы делаете это? — выдавил он.
Его сухой тон испугал ее, Нилла нахмурилась.
— Он не такой тяжелый, сэр, хоть и большой. Он, похоже, не совсем настоящий.
— Не совсем…? — Соран судорожно вдохнул и провел ладонью по лицу. — Это не настоящее, мисс Бек. Это… не из физической субстанции, это не существует!
Она посмотрела на меч в своих ладонях, его огонь отражался в ее глазах. Когда она подняла голову, бровь неуверенно приподнялась.
— Как сильно вы ударились головой, сэр?
— Нет, вы не поним… Не важно! — он пересек расстояние между ними в несколько шагов и забрал оружие из ее рук. Он отчасти ожидал, что меч рассыплется, сила заклинания нарушится от ее вмешательства. К его потрясению, меч остался крепким, чего он не ожидал после того удара по рогу единорога. Заклинание будто стало даже сильнее. — Невозможно! — прошептал он снова, его глаза расширились.
— Итак, — девушка замерла у его локтя, — как он не существует? Мне он кажется настоящим.
— Он не должен так выглядеть для вас, — парировал Соран, взглянув на нее. — Это не должно… Вы не должны…
Она не должна была видеть заклинание. Она видела эффекты магии, которую он применял, но заклинание существовало в другом изменении, в квинсатре, измерении магии, которое не воспринимали смертные. Она не должна была видеть это, она не должна была смочь коснуться заклинания, владеть этим мечом. Это было невозможно.
Но…
Такая способность с магией не встречалась среди смертных. Что-то другое тут происходило, и он не осмеливался обдумать это. Но если подозрения в его голове были верны, то… что еще она могла?
«Ты видел, что еще, — прошептала мысль в его голове раньше, чем он смог ее остановить. — Она вышла из своего тела в Кошмар и выжила. Она пережила встречу с Девой шипов».
Это было возможно. Возможно, что ее могли научить сделать больше.
Соран ощущал взгляд девушки на своем лице, она разглядывала его. Он не мог заставить себя снова посмотреть на нее, боясь то, что выдадут его глаза. Надежду. Страх. Желание.
Нет. Он слишком много хотел от нее. И все это могло произойти из-за влияния воздуха Хинтер и сильной магии единорога. Предполагать другое было опасно, и она не заслуживала больше опасности после того, как уже так много рисковала.
— Не важно, — прорычал он. Отвернувшись от нее, он подошел к краю ловушки и посмотрел сквозь мерцающие прутья. Заклинание еще сияло в его глазах, но он не мог увидеть физический облик единорога внутри. Но рябь магии исходила от его возмущенной души, оставила дыру в тени, силуэт, который он почти видел.
Единорог знал о его присутствии, бросился на стену перед ним. Заклинание задрожало в ответ. Он не мог выстоять так много ударов. Нужно было покончить с этим. Сейчас.
Соран приготовил меч. У него все еще было много сил, достаточно, чтобы нанести последний удар. Одним ударом, потому что этот удар точно разобьет ловушку. Если его удар не будет убийственным, если он только ранит зверя, все будет потеряно.
Он поправил положение плеч, смотрел на рябь магии, следил за силуэтом, приближающимся снова. Единорог, казалось, повернулся и смотрел на него. Соран сделал шаг.
— Погодите!
Девушка появилась рядом с ним, смотрела на ловушку. Он посмотрел на нее, удивленный тому, каким холодным и бледным стало ее лицо, ее глаза были большими и пустыми. Что-то двигалось в ее зрачках, остатки чар. Хватка единорога на ней не была снята полностью, несмотря на барьер из заклинания.
— Что вы будете делать? — тихо сказала она, глядя на зверя в клетке.
— Что должен, мисс Бек, — ответил Соран. — Я не могу позволить единорогу жить.
— Вы не можете… не знаю, отослать его? — ее губы дрожали, слезы собрались на ее ресницах. От этого его сердце сжималось.
Но Соран твердо покачал головой.
