– Ну и пусть! – сказал Мортар, полагая слова Муртана блефом.
– Что?! Ты что, с ума сошел? Ты представляешь себе, что произойдет дальше? – поинтересовался Селквист. – Да я из дому не смогу выйти без сопровождения двадцати гномов с лопатами, каждый из которых будет думать, что я отправился на поиски сокровищ.
– У тебя не будет ни минуты покоя! – злорадно уточнил Муртан. – А, кроме того, наверняка найдутся те, кто решит, что вы уже выкопали сокровище и где-то его спрятали.
– Они разберут мой дом по камешку! – в ужасе пробормотал Селквист. – И перекопают весь огород… Ну ладно, Мурбрайн! Ты победил. Но только чтобы я больше ничего не слышал от тебя о моем Изгнании.
Муртан мрачно кивнул.
– Когда я добуду сокровища, я, наверное, все равно уеду в Палантас, – беззаботно улыбнулся Селквист. – Хорошо, мы выделим тебе долю. Нас тут четверо. С тобой будет пятеро. Пять умножить на два будет десять. Десять на десять – сто. В общем, мы дадим тебе сотую долю добычи, чтобы ты держал свой рот на замке. Я, конечно, чертовски расточителен, но что поделать – у меня всегда было мягкое сердце.
Муртан был не силен в арифметике, и одна сотая показалась ему красивой круглой цифрой. Кроме того, его, в сущности, не очень интересовали золото и камни. По крайней мере, сейчас это не было для него главным.
– Так что там насчет драконьих яиц? – спросил он. Его черная с сединой борода дрожала от ненависти. – Я слышал, что вы что-то говорили о самках драконидов… Что это значит?
Селквист вздохнул. Он был очень утомлен всем, что пришлось недавно пережить. Завтра, после сна и хорошего завтрака, он смог бы заговорить Муртану зубы. Но сейчас у него просто не осталось на это сил. Он махнул Огеру рукой.
– Объясни ему!
– Рассказать правду? – уточнил Огер, не совсем понимая, что именно от него требуется. Селквист тяжело вздохнул и кивнул.
– Ну ладно. Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь… Эта книга – отчет о походе деваров в Нераку сразу после Войны Копья. Они нашли множество сокровищ, принадлежавших Повелителям Драконов. Кроме того, там было несколько яиц драконов. Как оказалось, черные маги сделали самок для драконидов. Но потом решили, что лучше, если они не будут размножаться. Поэтому окончательные заклинания не были произнесены.
– Слава Реорксу! – сказал Муртан. – И что ты собирался сделать с этими яйцами?
– Продать, конечно! – фыркнул Селквист. – А что еще с ними можно сделать, Мурбрайн? Приготовить омлет?
– Будь я проклят, если ты не попал в самую точку! – вскричал Муртан. – Я собираюсь сделать из них омлет! Я хочу разбить эти проклятые яйца и сделаю это своими руками!
– Что?! Нет, ты не можешь! – Селквист уставился на Муртана, искренне удивляясь его тупости. – Ты хоть представляешь себе, сколько можно выручить, если удачно загнать эти яйца? Может быть, на рыночных лотках они и не нужны никому, но наши приятели дракониды отдадут за них все. Ты понимаешь, Мурбрайн, – все! С одной сотой добычи ты станешь богаче самого тана.
– Ты! Мерзкий, грязный вор! Дергарский ублюдок! – заорал Муртан. – Да ты бы продал бороду собственного отца, если бы знал, кто он! Если эти драконидские самки вылупятся, они наплодят новых маленьких драков, которые вырастут и захватят весь мир!
– Да ты что! – сказал Селквист, вытаращив глаза. – Так вот, оказывается, откуда берутся дети. А я-то и не догадывался!
– Мы… Я… лично за этим прослежу? – заявил Муртан. – Двадцать моих лучших солдат отправятся со мной. Мы найдем эти яйца и уничтожим их… Ты, кажется, что-то хочешь возразить?
– М-м-м! Ничего… – сказал Селквист. – Все равно вам нужен кто-то, кто тащил бы сокровища. Ты вполне можешь распределить свою долю между солдатами, раз уж ты берешь их с собой.
– Еще бы! Так я вас и отпустил одних! Давайте сюда карту!
– Вряд ли она тебе сильно поможет, – невинно улыбнулся Селквист. – Если ты, конечно, не попросишь хайларов оказать тебе любезность и пропустить внутрь горы. Я единственный, кто знает тайный путь в Торбардин.
Муртан нахмурился и, теребя бороду, забормотал что-то себе под нос. Селквист одернул рубашку, убедившись, что карта никуда не делась.
– Ты хочешь сказать, что это сокровище… эти яйца, они… в… – ему было очень трудно выговорить ненавистное название, но, в конце концов, он выплюнул его: – В Торбардине?!
– Да, Мурбрайн. Именно об этом я тебе и толкую. Я знаю, как туда попасть, знаю тайную дорогу. На карте ее нет. Так что, я полагаю, если, конечно, ты не собираешься просто постучаться в Южные Врата, тебе придется идти со мной… с нами.
– Я не уверен, что смогу с вами войти, – внезапно заявил Мортар. – Понимаете, я поклялся Реорксу, что если он поможет мне бежать от Рыцарей Тьмы, то я больше никогда не стану воровать. И он мне помог. То есть я надеюсь, что помог. Может быть, это он послал драконидов…
Селквист предостерегающе взглянул на Мортара. Тот сказал «ох» и заткнулся. Муртан внимательно посмотрел на обоих.
– Значит, ваши друзья дракониды помогли вам выпутаться из переделки. А вы в обмен отдали им карту. Так я понимаю это дело… Следовательно, они тоже отправятся на поиски…
Левая бровь Селквиста взлетела вверх. Он чуть было не сказал что-то, но прикусил язык и принялся теребить себя за бороду с такой силой, что чуть не выдрал из нее клок.
– Значит, мы должны их опередить! – торжественно заявил Муртан. – Мы выходим завтра после заката. А ты, – он потряс кулаком перед носом у Селквиста, – впредь будешь звать меня Муртаном! Муртаном, а не Мурбрайном – понял?
Он обжег Селквиста яростным взглядом и поспешно покинул дом.
– Ну, хорошо, – сказал Огер. – Давайте оценим ситуацию. В конце концов, у нас будут носильщики, и это хорошо… Но я вот тут думаю… Ох!
– Заткнись, идиот! – вскричал Селквист и вылил остатки эля ему на голову.
Выразив таким образом свое отношение к философии Огера, Селквист с грохотом поставил пустую кружку и отправился в свою спальню. Через мгновение он вышел оттуда со шлемом на голове и топором в руках и устремился к двери, которую Муртан, уходя, оставил открытой.
– Ты куда? – хором спросили гномы.
– Прочь! – прорычал Селквист. – Можете не ждать моего возвращения.
Гномы кинулись вслед и с удивлением увидели, как Селквист по пыльной дороге уходит из деревни.
Глава 26
Бааз аккуратно намазал отвратительно вонявшую мазь на кусок ткани.
– Будет немного больно, командир, – предупредил он.
После того как он, накладывая Кэну повязку в прошлый раз, не сделал этого предупреждения, он пролежал две недели со сломанной челюстью. Кэн коротко кивнул, сжал зубы и взялся за край стола. Лекарь наложил мазь на рану. Кэн зашипел, массивный стол затрясся, словно в лихорадке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
