нравилось все драматизировать.
Их прервал звук тяжелых шагов по гравию.
К ним приближался Арчибальд Хёрст. Дойдя до них, он мрачно взглянул на обоих и резко опустился рядом на скамью.
— Вы видели доктора Твиста? — спросил Патрик. — Ему пришла телеграмма.
— Знаю. Редферн послал ее из Ньюбери. Я только что говорил с ним по телефону. Твист немедленно уехал туда после того, как прочитал.
Молчание. Инспектор тянул время, раскуривая сигару и, очевидно, откладывая то, что собирался сказать. Наконец, он решился:
— У меня очень дурные вести для вас, миссис Хилтон. Крепитесь. Ваш муж и его родители погибли в автокатастрофе по пути в Ньюбери. Очевидно, водитель не справился с управлением, и машина загорелась. Все погибли мгновенно.
Это было справедливо в отношении родителей, но не Фрэнсиса, который, по словам свидетелей, некоторое время тщетно пытался вылезти из автомобиля. Инспектор решил сказать ложь во спасение.
Паула, казалось, сначала не поняла, но затем забилась в рыданиях. Патрик хотел обнять ее, но сдержался.
— К сожалению, миссис Хилтон, это не все. Мы совершенно уверены, что ваш муж убил свою сестру.
27
На следующий день в восемь вечера несколько посетителей расселись в гостиной бунгало Гектора Редферна. Паула, мрачная и тихая, сидела на диване рядом с Бесси. Со вчерашнего дня Бланты приютили ее, и она, вероятно, останется там некоторое время. Бесси пыталась, как могла, отвлечь ее от трагического и жестокого эпилога ее брака с Фрэнсисом. Патрик составлял им компанию, но не вмешивался в разговоры. Он непрерывно смотрел на Белую Камелию, напрасно ожидая взгляда или хоть тени улыбки, и не в силах проникнуть в ее мысли. Голубые глаза ее были широко открыты, но там не было ни слезинки. Бесстрастное лицо, что было плохим предзнаменованием, насколько это касалось его. Сейчас он сидел в кресле, нянча в руке стакан виски и мучая себя вопросом: «Сможет ли она когда-нибудь полюбить меня снова?»
Арчибальд Хёрст, утвердившись в своем кресле, был гораздо раскованней, чем обычно в таких случаях: Твист уже доверил ему большую часть тайны. Что было не так в случае суперинтенданта, который шагал взад и вперед перед камином, руки за спиной, с регулярностью часового механизма.
Погасив трубку и поправив пенсне, доктор Твист заговорил:
— Прежде, чем начну, я хочу подчеркнуть: то, что я собираюсь сказать, будет строго конфиденциальным и не должно выйти за пределы этих стен. Сами можете представить, какой шум поднимет пресса, если узнает. Семьи Торнов и Хилтонов уже достаточно настрадались, даже не подвергаясь нездоровому любопытству желтой прессы. Все согласны? То же самое относится к некоему лондонскому детективному агентству. Сказав все это, без дополнительных околичностей перейду к сути дела и попытаюсь объяснить каждый случай в этой запутанной ситуации в хронологическом порядке. Начнем с Харви Торна. Очень странный человек, детали жизни которого дошли до нас через несколько последовательных свидетельств, что не сильно помогает. Между прочим, должен вам сказать, что довольно часто, когда мы отправляемся от неясного факта, неизбежно приходим к другому неясному факту в результате невероятной последовательности совпадений. Это — единственное объяснение, которое я могу предложить, чтобы найти хоть крупицу логики в этой сверхъестественной истории о пророчествах дедушки Харви. Он объявляет семье и своим потомкам, что они погибнут в огне, и, по несчастливой случайности, некоторые из них действительно умирают именно так. Совпадение — единственное — превращает пророчество в проклятие, и в результате комнату писателя запечатывают. Действительно, можно интерпретировать слова умирающего человека: «Погибнет… согрешивший… погибнет в огне… погибнет от огня…», которые, вероятно, менялись со временем при передаче, но я убежден, что они были действительно предсказанием о смерти от огня. Так думало и большинство людей, что понятно.
Твист сделал короткую паузу, чтобы вновь зажечь трубку, и продолжал:
— Харви Торна нашли умирающим на пороге его комнаты, обезумевшего от гнева и боли. Жертва сердечного приступа, по мнению докторов. Я обращаю ваше внимание на то, что такую улику, как мокрый ковер, сообщила не семья, а прислуга.
Твист бросил на инспектора озорной взгляд.
— И здесь я должен признаться, Хёрст, что вы мне очень помогли. — Инспектор надул грудь, несмотря на то, что выглядел озадаченным. — Благодаря тому, что вы бросили один из моих конвертов в огонь, а затем пролили чай на скатерть, я нашел решение той загадки, которое оказалось потрясающе простым.
Давайте сформулируем проблему иначе: что могло взволновать мирного дедушку Харви так, что у него не выдержало сердце? Его угрозы смерти — также очень информативны… Все еще не понимаете? Ну-ну, друзья, есть только одна возможность: один из членов его семьи, устав от его эксцентричности, решает уничтожить все его рукописи, сложив из них огромный костер. Можете вообразить его шок? Многолетний труд, множество бессонных ночей, работа всей его жизни полыхает у него перед глазами! Попытайтесь поставить себя на место бедняги!
Мы знаем от Брайана, что Харви держал в комнате емкости с водой, чтобы наполнять большой бокал, с помощью которого концентрировал свои мысли. Водой, которой он тщетно пытается загасить ревущее пламя. На решетке не остается ни листка. С другой стороны, ковер, на который он плеснул много воды в попытках бороться с огнем, остался мокрым. Наш бедняга убит горем, буквально сражен ударом, нанесенным одним, если не всеми родственниками.
Обезумевший от боли, бессильной ярости и жажды мести, он бежит к двери, где падает, а пришедшие люди видят его на полу. Он находит силы и проклинает их, угрожая, что они погибнут так же, как согрешили, то есть от огня. Я не думаю, что те, кто сжег рукописи, желали ему смерти, но произошло то, что произошло. Неловкая ситуация. Очень неприятная.
Они торопливо убирают с решетки весь пепел, который мог выдать, что они сделали, но не могут убрать мокрый участок на ковре. Позже его заметит горничная, но семья об этом не упоминает по очевидным причинам. Вот и все, что можно сказать о том деле.
Теперь давайте перейдем к предсказаниям Брайана. Нет сомнений, что этот человек обладает своего рода даром, который я не хочу принижать. Есть слишком много свидетельств. Из своего богатого опыта я считаю, что большинство ясновидцев — прекрасные психологи и замечательные наблюдатели, которые нашли способ применять эти качества ради денег. Случай Брайана несколько отличается. Здесь скорее инстинкт, то есть его чувства очень остры, но он не анализирует их, а просто хранит множество небольших деталей о каждом человеке, который советуется с ним. Например, женщины всегда…
— Ну вот. Почему бы просто
