Рома побледнел, выронил из рук «сверток» и навзничь повалился в бесчувственный обморок. Я попыталась помочь ему. Мое тело было ослаблено после длительного сна, я не чувствовала ни рук, ни ног. Мне пришлось завалиться на бок, и я опрокинулась вместе с гробом на пол, создав много шума. Ящик накрыл меня как шалаш, оставляя возможность выкарабкаться через просвет. Я протянула руку к его лицу и нежно прикоснулась. Он приоткрыл глаза. Мы смотрели друг на друга в полном безмолвии, наслаждаясь каждой секундой спонтанной близости.
Вскоре наше единение было прервано. Из гулкого темного пространства подземелья раздавались приближающиеся шаги. Это были охотники, услышавшие грохот и спешившие разведать, что произошло. По удивленным аханьям, можно было судить, что для них мое новое воплощение в диковинку. Ни один из братьев-религатов еще не сталкивался с подобным явлением. Я и сама не могла объяснить, как такое было возможным.
Они извлекли меня из-под деревянной громадины и помогли освоить стойку прямо. Рома поднялся сам. Он бережно перехватил меня из рук старших товарищей. Вскинул мою руку себе на плечо, нежно обнял за талию и повел прочь из этого могильника.
Мы вышли в зал, где религаты проводили основательную зачистку – уничтожали следы недавнего побоища вампиров. Они выносили фрагменты конечностей и тлеющие останки гомотогов. Я кинула взор на два обугленных следа возле стены. Именно на том месте я в последний раз видела маму и Зою. На том месте мы простились и простили друг друга. На том месте они приняли окончательную смерть, заслонив меня своими телами от губительной вспышки. Мне было так горько и тягостно, что я едва могла сдержать слезы. Я скорбела сердцем, я скорбела душой. Как и в прошлой жизни, я начала свой путь с утраты, так и в новом воплощении мне придется мириться с потерей. Как и в прошлой жизни, я жила во лжи, так и теперь ложь – путевка в жизнь.
– Рома, – я взглянула на парня глазами новорожденного младенца. Мне как никогда требовалась его помощь и поддержка, – я не могу явиться миру ниоткуда.
– Мы что-нибудь придумаем, – уверил он.
– Моя мама уже давно все придумала…
Я отпрянула от парня и рванула в соседний коридор, который вел в тихий закуток, считавшийся до прошлой ночи моей комнатой. Левое крыло было почти отрезано от основного бункера завалом из бетонных конструкций. Из глубины руин доносился мигающий отсвет. Он, точно маяк, вел меня среди рифов искореженной, отвесной арматуры. По стенам ручьями сочились грунтовые воды. Перекрытия угрожающе трещали, предрекая новые обвалы. В образовавшуюся щель могла пролезть только я, поэтому Роме пришлось дожидаться меня снаружи. Я ощущала опасность кожей, но внутренний голос и чутье заставляли двигаться вперед. Я по своей натуре труслива. Но мое тело само диктовало решения. Виктор наделил это тело адской комбинацией качеств. Разум и чувства диссонировали, но, когда я одолела завал и добралась до комнаты, холодный расчет и пылкий норов обрели гармонию.
Я отыскала свой старый, потрепанный рюкзак. В нем хранился билет в светлую и безоблачную жизнь – паспорт и именной конверт. Я не стала брать старые вещи. С ними связаны болезненные воспоминания. Но и в траурном балахоне не желала оставаться. Я переоделась в запасный эластичный костюм и ботинки. Сунула за пазуху документы. И выбралась на свет тем же маршрутом.
Рома ждал меня, затаив дыхание. Он постоянно что-то выкрикивал – боялся потерять меня из виду. Он все твердил, что не переживет, если еще раз меня потеряет.
Я одолела путь и предстала перед ним в ином, более торжественном виде. Он обомлел.
– Рада знакомству, – я протянула ему правую руку, а в левой – держала паспорт, как шпаргалку. – Меня отныне зовут Светлова Анастасия Викторовна.
– Я буду звать тебя единственной!
Заключение
Мы выбрались на поверхность перед утренней зарей. Воздух был сырым, промозглым, тяжелым. Охотники свалили останки гомотогов в кучу и смиренно дожидались рассвета. Они смотрели на меня как на святыню, с почетом и одобрением. Кто-то лестно пошутил, что не мешало бы пересмотреть каноны. Но всем было понятно, что мое перевоплощение должно оставаться тайной за семью печатями.
Солнце показало свой первый луч. Я и глазом моргнуть не успела, как над нашими головами промчались огненные колесницы с наездниками – ангелами света. Они подняли за собою вихрь, который тотчас же развеял прах проклятых по небу. Вслед за ангелами пришел рассвет. А на поляне перед тайным логовом вампиров, уже и намека не осталось от их существования. Все, что меня окружало в течение тринадцати месяцев, превратилось в тлен за доли секунды.
Теперь мне стало понятным, почему вампиры так боятся рассвета. Теперь я воочию убедилась, что легенды не врут. Их просто неверно трактуют, придавая буквальным вещам переносное значение. Теперь я знала, во что верю, и эту веру буду хранить и защищать до конца своих дней. Я хочу посветить свою жизнь служению обществу в качестве религата – в их делах смысла гораздо больше, чем казалось. Но главной причиной моего выбора быть одной из них, так это никогда не забывать, кем я была до сегодняшнего дня.
Я отпустила горькое мертвое прошлое, и смотрела в поистине великое будущее, дорогу к которому мне указали братья-охотники. Нам предстояло зачистить от нечисти много городов, но самое главное – добраться до вампира-нигилиста Виктора, которому наверняка известно, что я за ним рано или поздно приду. Это будет очередной парадоксальный момент в истории, когда создание бунтует против создателя. Но он не Бог, а я – не ангел; он душегуб, а я – возмездие.
А пока в мои планы входит поездка к океану. Мне необходимо восполнить девятнадцатилетнее солнечное голодание. Я буду заново учиться жить и любить. Любить искренне и преданно того, кто умет по-настоящему ценить любовь, невзирая на статус «живой или мертвый». Это мой Рома – роман всей моей жизни!
Корректор Александр Шерстюк
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
