Рэйчел была слишком поглощена своими мыслями, чтобы обратить внимание на то, с какой легкостью возница подъехал к зданию – рядом не было других повозок. Но сейчас она не могла не обратить внимание на то, что, не считая слуг, она находилась в зале одна. Балы леди Бредборн всегда собирали толпу, а сейчас не было видно даже хозяйки дома.
– Миледи, прошу вас следовать за мной, – сказал внезапно возникший у ее плеча Мейфилд.
– Мейфилд? – Рэйчел уставилась на него, не веря своим глазам. – Что ты здесь делаешь? Что происходит?
– Все прояснится в свое время, миледи. А теперь соблаговолите последовать за мной.
Обернувшись, дворецкий пошел вглубь зала.
– Мейфилд! – резко сказала Рэйчел.
Он не отреагировал, и у нее не осталось выбора, кроме как пойти за ним.
– Мейфилд, где остальные гости? Где леди Бредборн? И что ты здесь делаешь?
Рэйчел это не нравилось – безропотно следовать за Мейфилдом, не зная, что будет дальше. Все это походило на сон, направляемый незримыми силами. Рэйчел нервно сжала руки, надавив большим пальцем на ладонь. Наверное, здесь какая-то ошибка? Возможно, бал отменили, а слуг не успели уведомить об этом.
«Но это мои слуги!»
Все это не имело смысла. Ощущение сна все усиливалось, и Рэйчел охватили мрачные предчувствия.
– По крайней мере, Мейфилд, скажи мне…
– Миледи.
Дворецкий остановился так резко, что Рэйчел едва не наткнулась на него. Он повернулся к застекленной двери, ведущей наружу, и отступил в сторону.
– Вас ждут в саду.
– В саду? Это абсурд. В это время года никто не выходит в сад. Мейфилд, я требую, чтобы ты прекратил…
Никто, кроме семнадцатилетней девушки, ждущей свою любовь.
У Рэйчел перехватило дыхание.
Джейсон?
К ней подошел лакей – один из ее слуг – и передал дворецкому ее накидку. Рэйчел подумала, что в любой момент здесь может появиться и ее повар.
– Вам это понадобится, миледи. – Мейфилд накрыл накидкой ее плечи. – Полагаю, вам следует…
Он легонько подтолкнул ее, и Рэйчел подумала, что дворецкому следовало бы сделать выговор за подобную дерзость, но прямо сейчас она могла лишь подчиниться ему.
Казалось, ноги сами несли ее через террасу вниз по ступенькам в сад, к тому самому месту, где она ждала начала новой жизни.
Рэйчел услышала позади шаги и, не оборачиваясь, поняла, кто это.
– Вы опаздываете, милорд, – сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно.
– Меня задержали, – мягко ответил Джейсон. – Больше это не повторится.
– Ждет ли нас повозка, чтобы отвезти на корабль, следующий в Америку?
Он усмехнулся.
– Не сегодня. Но это всегда можно организовать. Можно организовать все, что ты захочешь.
Рэйчел тяжело вздохнула и обернулась.
– Все?
– До тех пор, пока я могу заручиться помощью твоих слуг и леди Бредборн. Она очень романтичная натура, знаешь ли. – Джейсон улыбнулся своей кривоватой улыбкой, и у Рэйчел кольнуло сердце. – Тебе нравится?
– Впечатляет. – Она кивнула и улыбнулась. – Даже не верится. Это… ну… идеально.
– Так и должно быть, – серьезно ответил Джейсон, подходя ближе к ней. – Рэйчел, я не могу изменить прошлое. Господи, как бы я хотел быть способным на это! Но мы можем начать все заново. Нам выпал второй шанс прожить жизнь так, как мы хотели. Мы можем им воспользоваться.
– Нет. – Внезапно запаниковав, Рэйчел отстранилась. – Я…
– Я люблю тебя, Рэйчел. Я никогда не переставал любить тебя.
– Но я не люблю тебя. Теперь я это понимаю. – Рэйчел старалась не кричать, сражаясь с болью, которой наполняли ее эти слова. – Когда-то я любила тебя, но той девушки давно уже нет, а женщина, стоящая перед тобой, не умеет любить.
– Я тебе не верю. – Джейсон подошел ближе. – А даже если бы и верил, мне нет до этого дела. Того, что я люблю тебя, достаточно.
– Мне нет, – сказала Рэйчел, чувствуя, как ее охватывает злость. – И тебе тоже. Ты заслуживаешь большего. Джордж заслуживал большего. Я любила его, но не так, совсем не так, как тебя. – Она покачала головой, ища слова, чтобы он ее понял. Чтобы она сама себя поняла. – Во мне не осталось страсти. Теперь я это знаю. То, что было между нами, ушло давным-давно. И этого уже не вернуть.
– Не вернуть? – переспросил Джейсон после долгой паузы. – Ты уверена?
– Да! – Рэйчел кивнула. Уверена ли она? – Хотела бы я, чтобы это было не так.
– Я не сдамся, – тихо сказал Джейсон. – Один раз… вернее, два раза я уже отступил. И этой ошибки я не повторю. Моя душа принадлежит тебе, Рэйчел. И всегда будет принадлежать.
– Ты меня не слушаешь. Я не могу дать тебе того, что ты хочешь. Чего ты заслуживаешь. – Она отвернулась, обхватив себя руками за плечи. Почему это так сложно? Почему он не может просто смириться с правдой? – Ты не можешь организовать всю жизнь так же, как организовал этот вечер. – Рэйчел снова повернулась к нему. – Все кончено, Джейсон.
– Это тебе всего лишь кажется.
– Мне всегда будет так казаться.
– Я не смирюсь с этим. – Он покачал головой.
– У тебя нет выбора.
Джейсон посмотрел на нее.
– По крайней мере, позволь мне преподнести тебе небольшой подарок в знак моей привязанности. И серьезности моих намерений.
– Это очень мило с твоей стороны, но я не думаю…
– Он предназначен для тебя. Я не приму отказа.
Джейсон вынул из жилетного кармана небольшой предмет и протянул его Рэйчел. Предмет сверкал в свете свечей, горевших в бальном зале.
Дрожащей рукой она взяла его и поднесла ближе к глазам, чтобы рассмотреть. Предмет был странной формы. Это была половина золотой монеты, свернутая в кольцо.
– Ты хранил ее? – Рэйчел едва смогла это произнести. – Все эти годы?
– Я же сказал, что буду хранить ее. Всегда.
Рэйчел смотрела на монету, и из ее глаз текли слезы, мешавшие ей говорить. Барьеры, которые она возвела, чтобы сохранить жизнь и рассудок, пошатнулись. Чувства захлестнули ее. В голове зазвучали слова Джорджа:
«Мое самое сокровенное желание – чтобы ты хотя бы допускала мысль о том, что чувство, которое когда-то было между вами, возможно, не угасло навсегда».
Что же она сейчас делает? Она заперла свое сердце, чтобы защитить его от боли расставания с Джейсоном, но тем самым закрыла его и для любви? Закрыла его для того единственного человека, который по-настоящему понимал ее? Для человека, который сохранил эту монету в память о ней, несмотря на время и расстояние, их разделявшие.
Для человека, которого она любила.
– Наденешь его мне на палец? – Рэйчел отдала Джейсону кольцо дрожащей рукой, и ее голос тоже дрожал.
– Если хочешь.
Джейсон взял кольцо, и Рэйчел протянула руку. Он медленно стянул с ее руки перчатку.
Под ней, в ее ладони, была вторая половина монеты.
Джейсон удивленно вздохнул, уставившись на нее.
– Я даже не надеялся… Ты ненавидела меня. Почему…
– Я хотела вернуть ее тебе сегодня, – сказала Рэйчел, посмотрев ему в глаза.
– А теперь?
– Теперь я все еще думаю, что она должна быть у тебя.
– Хорошо. – Голос Джейсона был печальным – это был голос человека, смирившегося с неизбежным. Человека, который наконец сдался.
Рэйчел сразу поняла, что возвращение монеты – это единственное, что могло заставить его признать свое поражение. Жест, который убедит его в тщетности любых попыток. Джейсон не понял, что за последние несколько секунд все изменилось. Он победил.
Нет, они победили.
– Так будет честно. – Слеза скатилась по ее щеке, а за ней еще одна, но Рэйчел не заметила этого. – У меня ведь твоя половина. И если мы возьмем по половинке монеты, то будем вместе духовно, если не физически. Хотя это и не обязательно.
– О чем ты говоришь? – Джейсон всмотрелся в ее лицо.
– Я говорю, что запрещаю тебе снова меня оставлять. – Слезы лились у нее из глаз, и весь мир вокруг помутнел, кроме его лица и понимания, светившегося в его глазах. – Когда-либо до конца моих дней. И если ты попытаешься это сделать, даже если будешь думать, что я мертва, до тех пор пока у меня будет хоть капелька сил, я буду преследовать тебя до края света, прежде чем отпущу.
