начали менять его форму, съеживаясь и уменьшаясь в размере. Так продолжалось до тех пор, пока Арата не смог сжать останки жертвы в своей ладони, а раскрыв её он увидел маленькую чёрную сферу которую мгновенно сдавил и покрошил в пыль, развеяв её по ветру пустого мира.
— Ты… убил его?
— Только тело. Душу я не тронул, если не считать пару закладок на ней, дабы он более никогда не стал нам угрозой.
— И что с ним будет?
— Как и говорил, от меня это больше не зависит. Я лишь могу чувствовать и наблюдать за ним, но не решаю его судьбу. Вероятно уже в ближайшее время он переродится где-то недалеко от этого мира, а после… не буду загадывать наперёд.
— Значит… всё кончено? Эта эпопея подошла к концу?
— Да, наконец-то. — Арата прикрыл глаза. — Всё подошло к концу. Точнее… почти.
Мир
Ад. Дворец Люцифера
— А ты я посмотрю очень смелый, раз говоришь такое. Хотя, легко так делать, когда тебя самого там не было, правда, Ра?
— Ты обвиняешь меня, Один? По твоему я виноват в том, что не был с вами на том поле боя? Тогда позволь тебе кое-что напомнить, мой пантеон не часть вашего союза с Библейскими, а потому у нас не было обязанностей приходить туда с вами, да и к тому же у меня были дела поважнее. На нас самих напали неведомые твари, от которых пришлось отбиваться всеми силами.
— Это можно сказать вообще про все мифологии — сказал Зевс. — Каждый пантеон в той или иной степени пострадал от той аномалии.
— И всё же поверить в то, что это было сражение с Концепцией… вы все действительно в это верите? — скептически спросил Анубис.
— У стороны Библейских нет причин сомневаться в этом. — в разговор вмешался Сазекс Люцифер.
— Утверждение про Концепцию идёт исключительно из уст одного из демонов, так разумно ли вот так в это верить? — послышался голос Аматэрасу.
— Этот демон своим появлением спас мне жизнь и сумел ранить монстра, на которого не подействовали сильнейшие атаки меня, Аджуки, Индры, Тора и иных богов, а результат нашей стычки с ним вы можете наблюдать лично. — Сазекс недвусмысленно указал на своё тело, точнее на его отсутствующие части в виде обеих рук. — И это относится не только ко мне.
Слова Люцифера были правдивы, ведь не он один сидел в виде калеки на этом собрании. Кроме него без всех своих конечностей присутствовал Индра, Зевс без одной руки и ноги, Азазель без руки, и многие другие раненые. Относительно легко отделалась Серафолл, сидящая в маске на всю нижнюю часть лица. Её щёки и рот были разодраны одним из нападавших, из-за чего на лице остались уродливые шрамы. Но мало того, была ещё куча представителей пантеонов, которые находились в куда более худшем состоянии, и речь шла отнюдь не о физических травмах. Многие после нападений на свои пантеоны или, в ещё более худшем случае, после того как пережили битву союза против того самого монстра буквально лишились рассудка, уйдя в дебри безумия или став неподвижными, лишенными тяги к жизни полутрупами. Пострадавших было предостаточно.
— И всё же поверить в то, что это была Концепция…
— Но это правда! — послышался голос того, кто поведал миру о сущности его врага. — Это был не просто монстр, а Концепция воплоти. Если конкретнее, то Агония.
— Но где сейчас эта… Агония? И что с ней?
— Я не знаю. Мы с Вали Люцифером и Шивой при поддержке сил Бесконечности и Мечты смогли одолеть Агонию, ценой жизни третьего, но после Вали забрал его неизвестно куда, сказав что Бесконечность ещё может ему помочь.
— Твою… — прохрипел Индра. — То есть мало того, что мы лишились Шивы, а также заимели в качестве врага одну Концепцию, так у неё ещё и есть поддержка второй концепции. Как мы вообще докатились до такого дерьма?
— Я бы может и воспринял это всё как очень неудачную шутку, если бы только сам не видел этого монстра и его ауру, как и то сколь лёгким движением он лишил жизни моего сына. — сказал понурый Один. — Да и мальчишка уже сам по себе являет доказательство своих же слов. Он сейчас по одной голой силе один из сильнейших присутствующих здесь, а его аура… единожды в жизни мне довелось мельком увидеть Великого Красного и ощутить его ауру, и сейчас от носителя Драйга чувствуются отголоски этой же ауры. Как по мне это более чем прямое доказательство.
— Тогда всё хуже чем мы думали. — устало взялся за голову Брахма. — Сколько мир потерял при битве с Агонией?
— Много чего. — сказал очень недовольный Азазель. — Если говорить о тех кто однозначно погиб из-за этого… или же из-за его действий, то списочек внушает. Жертвы со стороны скандинавского пантеона — Тор, Хель, Суртур, куча валькирий и эйнхерий. Также в пограничном состоянии находятся Локи и Видар. Со стороны греческого пантеона — Аполлон, Посейдон, что буквально позавчера скончался от ран, Деймос. В пограничном состоянии Афина и Артемида, кроме этого… сильно досталось царству мёртвых, туда заявились особенно сильные монстры. Как итог — Аид, Тартар, и многие мрачные жнецы мертвы.
— Даже Тартар… — всё ещё до конца не веря в услышанное прошептал себе под нос Зевс.
— Со стороны японской мифологии — Сусаноо, Идзанами, Цукиёми. Со стороны индийского пантеона — Шива, Вишну, Ганеша, Асуры. Со стороны библейского пантеона — Габриэль, Рафаил, Баракиэль, Мефистофель, Танин, и ещё много кого.
— И всё это из-за одного человека…
Каждый в зале сейчас был далек от хорошего расположения духа, что было естественным в данной ситуации. Всё же вот так осознать, что меньше чем за сутки было уничтожено столько народа из всех пантеонов, в том числе и те их представители, кого называли элитой. Мало того, эта катастрофа фактически сократила всё население сверхъестественного мира едва ли не на половину, из-за чего общий ущерб в мире людей на этом фоне уже казался чем-то незначительным. Те же кто выжил и кому повезло избежать угрозы с ужасом осознавали масштаб произошедшего катаклизма, оплакивая погибших близких и пытаясь хоть как-то помочь пострадавшим.
Всего один человек, которого уже никто так не назовёт, меньше чем за сутки принёс всем больше горя, чем любая война прошлого, во что многие до сих пор не могли поверить.
— «Всем сейчас тяжело, без исключения. Господин Сазекс стал инвалидом, и никакая магия не помогает это исправить, а ведь на нём ещё обязанность по помощи
