могли это понять… возможно, предательство Макарова не ранило бы столь сильно?
Увы, Скарлетт, которую знала Амандина, недоставало внутреннего стержня это принять, зато в избытке хватало упрямства в нежелании осознавать действительность.
Дворянка в Амандине в очередной раз поразилась тому, насколько Брэндель отличался от остальных, и окинула его благодарным взглядом.
«Откуда только эта щедрость, милосердие и человечность?»
Ни один из его поступков не вписывался в мир дворян, но сколько она ни пыталась усомниться в его происхождении – не могла. Невозможно обладать всеми этими знаниями о политике и положении дел в этом мире, да и вести себя как подобает дворянину, не будучи знатного происхождения.
Размышляя над всеми последними событиями – что вместе, что по отдельности – можно было прийти к выводу, что он не только сам дворянин, но и имеет могущественного покровителя.
Очень многое расставило по местам и прибытие этого пленника, Кодана. В отсутствие Брэнделя она приняла руководство делами в городе и, естественно, должна была допросить прежнего командира охраны рудника. Предварительно изучив всю информацию, что только удалось найти о ключевых людях графа Ранднера, она быстро собралась на встречу. Имело смысл воспользоваться возможностью пообщаться с одним из его лучших рыцарей и попытаться выведать побольше у потомственного рыцаря, прослужившего графу много лет.
Их беседа только усилила ее подозрения: настолько странным было его отношение к Брэнделю. С одной стороны, Кодан, несомненно, его знал.
С другой – от Медиссы удалось узнать, что Кодан многие годы воевал с дедом Брэнделя и даже служил под его началом. Таким вот образом, по крупицам и она собирала не представлявшую на первый взгляд, никакого интереса информацию.
В итоге многие кусочки мозаики сложились воедино: Брэндель – потомок могущественного рода и имеет покровителей, но почему-то предпочитает это не демонстрировать.
«Иногда я даже гадаю, каких богов благодарить за благословение: возможность выбраться из моего дома в Бругласе, этого темного и пыльного склепа, встреча с этим странным молодым человеком и должность советника, и все приключения…»
Ни разу с момента, как они отправились в путь, Амандина не пожалела о том, как складывается ее жизнь, каждый день благодаря судьбу за их встречу».
«Хотя, надо сказать, вся эта история с Золотым Яблоком… Я даже слегка завидую! Подумать только: легендарный артефакт, способный полностью повернуть жизнь человека, да что там – изменить судьбу целого королевства!»
До чуда со Скарлетт Амадина и подумать не могла, что легенда правдива. Само обладание им давало возможность подкупить могущественнейшие силы. Можно было контролировать кого угодно во всем королевстве, даже получить герцогский титул – хоть в Ауине, хоть в соседнем Киррлутце!. Да сам Папа Святого Собора не отказался бы им завладеть! Чего ни пожелай владелец яблока – все бы пало к его ногам – настолько бесценным было это сокровище.
И вот сейчас Брэндель просто отдал его девушке, с которой был знаком всего несколько месяцев. Нет, конечно, Скарлетт – ценный боец, Золотого ранга, но реальная ценность Яблока даже рядом не стояла с ее жизнью – ничего общего, кроме «Золотого» в названии. Яблоко стоило и сотни таких бойцов, и совершенно непонятно было, почему господин так им распорядился.
Но Брэндель относился этому по-другому: он видел в артефакте не более чем вещь, бездушный предмет, который даже не должен был попадать ему в руки. Именно поэтому Амандина, считавшая, что у него есть богатый покровитель, и переживала за последствия такого поступка.
На самом деле, даже достань Брэндею сил удержать находку – он ни за что не пошел бы на сделку ни с прогнившей ауинской знатью, ни с Киррлутцем, явно жаждавшим завоевать их земли.
Его целью было изменить судьбу королевства, а не добавить ему сложностей. Прекрасно понимая, насколько необременительной и приятной могла быть его жизнь благодаря происхождению и знаниям об игре, он избрал другой путь. Следуя ему, с каждым прожитым днем и каждой новой встречей с людьми вроде Макарова и Гродэна, он все больше уюеждался, что поступает правильно.
Так что Золотое яблоко мало его волновало, в отличие от судьбы Скарлетт, и если оно могло ее исцелить: он бы отдал и сотню яблок за спасение ее жизни.
Скарлетт, смотревшая на вещи с другой стороны, разделяла точку зрения Амандины, видя лишь ценность Золотого яблока: еще недавно Макаров, Буга и их спутники-дворяне едва не вступили из-за него в бой с Серебряным эльфами. Алчность в их глазах было не скрыть, и она не сомневалась, что бывший командир не задумываясь разменял бы ее и сотню ей подобных.
И почему же ее молодой господин с такой легкостью принял решение отказаться от такого сокровища?
Оглядев окружавших Брэнделя людей в поисках ответа, Скарлетт остановила взгляд на Медиссе, что-то обсуждавшей с Сиэлем.
Господин, – заговорила наконец Медисса, – я понимаю, что вы пытаетесь сделать: невероятная энергия Яблока поможет восстановить ее жизненные силы… но… – сильно нахмурившись, она продолжила, – это же как пить яд, чтобы утолить жажду.
У меня нет выбора. Замедлим процесс сейчас – может быть, и удастся найти другой путь. Все равно используя Яблоко таким образом, я жутко выбешу всех охотящихся за ним людей! – рассмеялся Брэндель.
Сиэль, кикнув, тоже просиял улыбкой, и весело оглядел Скарлетт:
А вот это наверняка! Так распорядиться такой ценностью – это еще суметь надо….
Услышав его слова, Скарлетт пристыженно опустила голову, почувствовав себя ничтожной. Неужели именно ей, обычной смертной, довелось вкусить легендарного Золотого яблока и излечиться от смертельной болезни? За что такая честь?
Брэндель тут же стрельнул в него предупреждающим взглядом, давая понять, что он совершает ошибку. Тот поспешил исправиться:
Мисс Скарлетт, не стоит из-за этого волноваться! Я же не говорю, что все это впустую – просто Золотое яблоко бесценно, и я считаю… Ха, а я сейчас представил, как можно сделать этот обмен равноценным…
Все уставились на него.
Тот, слегка нахохлившись, хихикнул:
Ну, если считать это яблоко свадебным даром, или выкупом господина за руку мисс Скарлетт, если угодно – тогда должок зачтется, не так ли?
Руку? Свадебным?! – непонимающе заморгала Скарлетт.
Да, знаете ли… стать жен… оооооой! – взвизгнул Сиэль, попытавшись уклониться от надвигавшейся на него рукояти меча Брэнделя и ожидаемо, не успел. Ухнув от тычка в живот, волшебник рухнул на пол, возмущенно вереща.
Разъяренный его трепом Брэндель решил не сдерживаться и проучить наглеца как следует. Медисса, полностью разделяя его чувства, оглядела ноющее создание на полу и позволила себе невиданные доселе эмоции, наградив того гримаской из серии
