Тогда он видел то, что хотел. Но иногда ошибался…
Так вот, пророк может заскучать. Столько упущенных возможностей! Во вторую ночь он не выдержал и отправился на кладбище под маскировкой. Вскоре он нашёл её. Могилу Игнотуса Певерелла, обладателя Мантии Невидимки. Она особо не нужна — зачем становиться невидимым, он и так умеет. Хотя… Просто невидимость как-то мало для Дара Смерти! Но в любом случае, ему нужен весь комплект, надо бы поискать… Жаль, только тела Игнотуса там нет — он это чувствует.
После того как он позорно прошляпил авроров в Германии, он стал намного более аккуратным и бдительным. И через несколько рядов могил он почувствовал перемещение ещё двух магов под маскировкой. Умнее всего было просто уйти, но… что ему может грозить? Их всего двое!
Он применил стандартное развеивающее маскировку заклинание. С людей маскировку сорвало. Правда, сорвало и с него — они тоже умели колдовать. Воцарилась неловкая сцена.
Черноволосый парень его возраста стоял, направив на него палочку. За его спину пряталась девочка-блондинка лет четырнадцати.
Геллерт стоял и тоже целился в парня из палочки.
— Здравствуйте. Вы позволите нам пройти? — поинтересовался черноволосый.
— Что вы делаете ночью на кладбище? — спросил Геллерт.
— Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны быть как минимум хорошими друзьями. Может быть, представитесь? Хотя лучше не надо — мы спешим.
Геллерт был довольно спокойным человеком. Но что-то в этом парне его взбесило. Да, он пришёл сюда не искать проблем. Но этот недоумок нарывается! Никто не смеет с ним так разговаривать! Словно с дураком!
Геллерт никогда не кидался вперёд сломя голову. Да это и не нужно — он видит будущее.
Выдавая бессмысленные фразы, отвлекая оппонента, он стал смотреть будущее. Как бы справиться с этим парнем так, чтобы не убить ненароком? Он смотрел и смотрел… И к своему удивлению понимал, что этот парень совсем неплох, намного лучше, чем большинство тех, кого он встречал. Их бой затягивался. Разумеется, это только потому, что он не хотел никого убивать или калечить. И вообще не собирался действовать в полную силу, но всё же… Ладно, он не сильно больно выключит этого парня, благо он уже подсмотрел в видении, как это сделать. А девчонка? Что девчонка, она просто будет стоять столбом, ни разу даже не попытавшись палочку достать.
Геллерт атаковал так, как много раз действовал на тренировке. Не было обмена ударами — он просто ударил подходящими заклятиями в нужном порядке. Сначала шёл Перст Великана — обычно эта атака смертельна. Но юноша неплох, от мощного ударного заклятия тот отделался просто повреждённой защитой и сломанным носом. В образовавшуюся брешь влетел Высший Пробой Защиты, Экспеллиармус, Оглушающее заклятие, Дезориентирующее Заклятие и Чары Помутнения Разума. Любого из последних трёх должно было хватить, чтобы противник вышел из строя.
Всё было, как в его видении: враг упал со сломанным носом. В сторону от него отлетела палочка. На этом обычно его бои заканчиваются.
Он всякое видел, но сейчас… Мало того что парень не отрубился, он мгновенно оказался на ногах! Того словно мгновенно подняла какая-то неведомая сила!
Этот… поставил беспалочковый щит сразу после того, как лишился палочки! И ничего после Пробоя Защиты его не задело! В Видениях он не пользовался беспалочковой магией. Не было нужды?
Геллерт рефлекторно атаковал, но ему это не помогло. Он не успевал смотреть будущее, противник действовал слишком быстро. Реальный мир обогнал его видения. Этот бой был совсем другим относительно тех, в которых участвовал Геллерт. Казалось, парня просто слушается окружающий мир, и это всё выступило против Геллерта: воздух, земля, вода в атмосфере. Всё, что можно трансфигурировать, — трансфигурируется. Он видел, как воздух трансфигурируется в твердое тело, и это принимает на себя его атаки. Как грунт мгновенно затягивает его вниз, как его прямо поверх защиты опутывают трансфигурированные путы, как его окружает водяная тюрьма, как кладбищенская земля превращается в жгут, что подаёт его противнику только что выбитую палочку… А потом была чернота…
Очнулся он уже у выхода из кладбища. Без палочки. Перед ним стоял этот парень, прикрытый множественными защитными чарами. Единственное — нос у того был сломан, хоть и уже вылечен. Это уже навсегда — Тёмная Магия не прощает ошибок.
— Ты бы ни за что не смог меня победить! Я просто вынужден был сражаться вполсилы, чтобы случайно не убить тебя, — выкрикнул Геллерт как оскорбление. Хотя это было глупо — он же лежал без защитных чар.
На него посмотрели с какой-то жалостливой улыбкой, с какой он обычно смотрит на своих противников…
— Допустим, я тоже сражался вполсилы, — ответили ему.
Геллерт задумался. Возможно, этот парень почти столь же хорош, как и он. Возможно… У него получилось найти кого-то, кто сумеет воспринять его идеи… Или хотя бы будет спарринг-партнёр!
— Я Геллерт. Может быть, представишься? — поинтересовался он.
— Не вижу смысла представляться тому, кто без предупреждения использует Тёмную Магию. Ты бы мог убить меня. Или ещё кого-нибудь.
— Не мог! Я вижу грядущее! Я точно знал, что ты выживешь!
— Значит, это твой хитрый план — проиграть бой? Напасть без предупреждения, используя летальное заклинание, чтобы потом проиграть? Я потрясён твоей непостижимой логикой пророка. Но если ты правда видишь будущее — мне ни к чему тебе представляться.
Есть к чему! Я не вижу в обозримом будущем вариантов, где ты мне представляешься!
— Ты знаешь моё имя. Почему называешь меня местоимением? — уточнил Геллерт.
— Обычно я называю людей по фамилии, — ответили ему.
Почему-то это парень бесил его всё больше и больше. Если нет смысла драться, то он отомстит по-другому. Он заглянул в будущее… Этот недоумок не знает русского языка.
— Геллерт. Геллерт Любимый. Я здесь проездом. Извини за инцидент. А теперь верни мне палочку и я пошёл.
Ему вернули палочку, он отвернулся и пошел прочь. Можно было, конечно, аппарировать… Но он не собирался портить себе удовольствие.
Это такое удовольствие — быть пророком! Составлять планы, видеть их в голове, видеть их в видениях, а потом наблюдать, как они осуществляются на самом деле… Как люди живут без этого? В его мире, когда тебе стучат в дверь, не надо спрашивать: «Кто там?»
—
