Комната была в меру квадратной, мрачноватой и достаточно захламленной, как и положено быть таинственной лаборатории настоящего мага. Мрачное впечатление создавало отсутствие окон и грубые стены, в складках и нишах которых были пристроены полки с самыми разнообразными предметами, от книг и склянок до старых тряпок и кусков горной породы. На одной, например, светилась собственным светом огромная друза белого полупрозрачного камня, отбрасывая неровное пятно на глубокую нишу и соседние полки. В дальнем конце темнел зев печи искусственного происхождения под большим колпаком, уходящим в потолок, правее нее, у самой стены, прислонились друг к другу два открытых шкафа, глубокие полки которых плотно забились свитками и книгами. Два низких стола у самой печи служили опорой груде самой разнообразной посуды, часть из которой уже покрылась пылью. Миски, кувшины, тарелки… чего там только не было! На втором по большей части пристроились бутыли, содержимое которых в свете шариков переливалось всеми цветами радуги. Справа от входа, ближе к центру, стояли два больших кресла, низкий стол с небольшими каменными чашами и второй стол повыше, накрытый светло-серой материей наподобие нашей марли.
— Неуютно тут у вас, — разглядывание жизненного пространства настоящего мага длилось недолго, я смахнула с одного кресла раскрытую книгу пергаментно-желтого цвета и села в мягкую глубину. — Убирать некому?
— Я редко кого сюда пускаю, — Флойд повернул второе кресло и скинул со столика серую материю, — незачем слугам глазеть на эту обстановку. Будут лазать везде, трогать, что не надо… проще самому уничтожить лишнее. Садитесь сюда, ближе к столу. Тут вам будет удобней, ну и мне тоже.
Второе кресло было повыше и пожестче первого, зато спинка откинута так, что на ней можно было почти лежать, из чего я заключила, что пользовались им гораздо реже, чем первым.
— Не боитесь? — старший закопошился у высокого столика, пока я пристраивалась поудобней, разглядывая каменные чаши рядом с собой. Издалека казалось, что они стоят на столе, а вблизи выяснилось, что они вделаны в столешницу и все имеют разный цвет. Серая, черная, фиолетовая, темно-розовая, все оттенки гранита блестели под рассеянным светом гладкими боками, в которых мерцали светлые точки.
— Боюсь, — потрогав пальцем ближайшую чашу, я ощутила ее необыкновенную гладкость, — очень хотелось бы знать, как вы будете это делать? У меня дома тоже берут кровь, протыкая вену тонкой иглой. А здесь, как я понимаю, таких инструментов нет?
— Не догадался раньше спросить, — посетовал Флойд, — как это делается у вас на родине. Обязательно расскажите мне об этом, я попробую сделать что-то подобное для следующего раза. У нас это происходит по-другому, но придется немного потерпеть. Сможете?
— Ножом, что ли? — я уже с опаской посматривала на столик, у которого стоял Крайден. — И как это вы резать будете, хотела бы я знать…
— Не совсем резать, прокола хватит, — обернулся он и я с ужасом уставилась на темный узкий нож в руках. — Ну-ну, не надо так бояться, уверяю, что это не будет столь страшно, как вы думаете!
— Тогда один вопрос — что делать потом, когда… ну, закончится всё. Надо же чем-то замотать руку, чтобы остановить кровь!
— Потом? — Флойд даже удивился вопросу и замер на месте, — да затворю я вам, не беспокойтесь о такой ерунде…
Ерунда не ерунда, а последствия надо предвидеть на всякий случай и, пока он протирал каменную чашу темно-розового цвета, я успела стянуть с соседнего стола одну из тряпок, подпихнув ее в угол кресла. Не пригодится, так и хорошо, а на всякий случай пусть будет.
— Ложитесь и протяните руку, лучше всего, если вы положите ее на эту чашу, — прохладные сухие пальцы пробежались от локтя до запястья, нащупывая пульс и потом крепко сжали руку выше локтя. Кисть закололо крошечными булавками и острый укол завершил начатое. — Ну вот и все, теперь лежите и думайте о чем-нибудь хорошем, пока не накапает до бортика. Можете повернуться и посмотреть, если не боитесь.
В таком виде крови я не боялась и с интересом заглянула в круглую чашу, в выемках которой рука устроилась достаточно уютно, а также изучила собственное запястье, с которого шустро капала тонкая красная дорожка. Флойд покрутился вокруг, погладил снова руку, подгоняя кровь течь побыстрее, пошебуршил у стола с посудой и, хлопнув дверью, вышел в коридор.
Кровь мне доводилось сдавать и в институте во время учебы, и на работе, когда подсчитанная выгода в виде необходимых отгулов перевесила отрицательные эмоции от предложенного процесса. Самое страшное в обоих случаях ограничивалось введением иглы в вену, но медсестры попались опытные и я лишь отворачивалась на момент прокола, а потом смирно дожидалась окончания, лениво рассматривая прозрачную трубочку с бегущей по ней темной жидкостью. Голова не кружилась, слабости особой тоже не было, даже в сон не тянуло и, памятуя о приобретенном опыте, я и здесь ни о чем не беспокоилась. Определить, быстрее бежит кровь самотеком или медленнее, было невозможно и я время от времени заглядывала в чашу, боясь незапланированного переполнения. Кровь капала почти незаметно и за время лежания я успела рассмотреть во всех подробностях низкий неровный потолок и изучить толстый бортик чаши, складывая структуру камня во всевозможные рисунки. Зачесалось под пятой точкой, я пристроилась поудобней и снова заглянула в чашу. Чего это уровень не поднимается, а так и лежит на середине? Вот вижу белое пятнышко включений, выше него темное… Отвернувшись, я еще раз изучила складки на потолке и снова заглянула в каменный сосуд. Странно, кровь как капала, так и капает, а до белого пятнышка не дошла. Не будет большого вреда, если я зажму порез пальцем и проверю, что там делается? Если что, отковырну…
Посчитав про себя до шестидесяти, снова заглянула в чашу и поначалу даже не поняла, что произошло. Может, здесь света мало и я не туда гляжу? Мысленно дала себе подзатыльник и велела не прикидываться дурой — вот она, белая точка и темное пятнышко, а уровень крови… мать, ёрш, сукин кот… да он же опустился не меньше, чем на сантиметр! Это что же такое получается, господин Флойд, ваша чаша без дна, что ли? А ведь стоило мне закрыть глаза и задремать, как окончание кровопускания пришлось бы в аккурат на тихое отбытие в иной мир!
Из-под пальца всё же проползла вниз предательская капля и спине стало холодно. Напор крови не даст закупориться порезу, надо хоть тряпкой замотать запястье. Грязный кусок оказался мал, на бинты распускаться не пожелал и я просто прижала его правой рукой, а сама сползла с кресла и пошла к дверям, твердо намерившись или позвать Флойда или… покинуть это место по возможности тихо. По крайней мере выглянуть за двери мне не запрещали и я пнула ее ногой, намереваясь для начала выглянуть в пустой коридор.
