их. Именно благодаря её мане ритуал Освящения прошел так гладко, но даже после этого нам нужно было продолжать собирать и хранить ману для применения в весеннем молебне.* * *
Мы с Главным священником снова вошли в мастерскую. Конечно, каждый раз видеть Леди Розмайн было облегчением, но то, что она выглядела совершенно не изменившейся, приводило в уныние.
Леди Розмайн, пожалуйста, проснитесь поскорее…
Завершив ритуал Освящения, Главный священник сосредоточил свои усилия на накопившихся бумагах. И Лорд Дамуэль, и Лорд Экхарт были заняты получением специальной подготовки в рыцарском ордене, поэтому Главный священник снова поддерживал свой выматывающий образ жизни зельями, так что его слуги стали роптать о том, как часто они видели, как он принимает их.
Нетрудно было заметить, что его просто накрывает лавиной работы — ведь кроме его собственной, как Главного священника и поступающей из замка, добавилось и то, что раньше выполняла Леди Розмайн, в качестве Главы храма. Кроме этого еще надо было уделить внимание приюту, мастерской, компании Плантен и тому подобному. Несмотря на то, что Фердинанд потратил много времени на обучение синих жрецов, чтобы помочь ему в работе, те не были способны управлять приютом, а также не могли вести дела с компанией Плантен.
- Служащие компании Плантен редко навещают нас зимой, и приют также проводит большую часть этого времени по большей части отдыхая, поэтому я не предвижу никаких трудностей, — сказал я.
- Действительно. Розмайн уже поручила своим помощникам управлять мастерской и приютом, и я очень не против, чтобы они взяли на себя эту часть работы.
* * *
Однако, как только наступила весна, пришлось продать то, что было сделано в приюте за зиму и начать делать бумагу, что неизбежно означало снова начать иметь дело с деньгами и брать на себя обязанности, которые нельзя было передать кому-то другому. Главный священник, несмотря на многочисленные храмовые обязанности, был также завален поступающей из замка работой, и он не мог ничего поделать, только в очередной раз горько нахмуриться и взять еще одно зелье.
- Больше всего на свете мне не хотелось бы просить о помощи его, но, полагаю, у меня нет другого выбора…
Главный священник послал ордоннанц, и после недолгого ожидания мы увидели верхового зверя, мчащегося к храму с огромной скоростью. Через несколько мгновений лорд Юстокс, который ранее без каких-либо колебаний посетил инкогнито нижний город и понимал затруднительное положение Леди Розмайн, с сияющими глазами стоял на коленях перед Главным священником.
- Лорд Фердинанд, я прибыл по вашему зову. Вы можете положиться на меня в управлении мастерской и ведении дел с купцами.
- Фриц, отведи Юстокса в мастерскую и объясни ему, какова наша связь с компанией Плантен. Юстокс, я слишком занят, чтобы иметь дело еще и с трудностями, что ты создаешь. Сдерживай себя. Ты меня понял?
- Как пожелаете. А теперь, Фриц, пойдем.
- Фриц, доложи мне, как только что-нибудь произойдет. Если понадобится, я не колеблясь накажу Юстокса.
Лорд Юстокс, даже не пытаясь скрыть своего волнения, практически утащил Фрица из комнаты вместе с собой. Я был ужасно обеспокоен этим. Действительно ли было хорошей идеей позвать именно его?!
- Главный священник…
- Не бойся, Фран. Юстокс любит собирать сведения, но вот с посторонними он ими не делится. Кроме того, он мой вассал, а его компетентность служит отличной ширмой для его эксцентричности.
Как и предсказывал Главный священник, Лорд Юстос быстро обвыкся в мастерской. Он не принадлежал к тому типу людей, которые ставят себя и свое положение в обществе выше других, и, по словам Фрица, он был исключительно искусен, когда дело касалось вхождения в сложившиеся группы и общения с людьми.
После многих посещений мастерской лорд Юстокс поинтересовался у меня ритмом и производительностью мастерской до нынешней ситуации с Леди Розмайн. Я начал готовить соответствующие документы из покоев Главы храма, тем временем решив спросить его, что он думает о своем пребывании в мастерской.
- Лорд Юстокс, как дела в мастерской?
- Очень возбуждает. Там все так интересно, как и следовало ожидать от того, что находится под присмотром Леди Розмайн. Она обучила довольно очаровательных подчиненных. Они даже позволили мне поколыхать ситом, когда я впервые пришел.
Для дворянина было неприлично и неприемлемо исполнять подобную работу, поэтому я легко мог себе представить, какие противоречивые чувства испытали работники мастерской, когда Лорд Юстокс попросил их об этом. Фрицу, должно быть, пришлось нелегко.
- Но как только я коснулся бумаги только что выложенной на сушильные доски, — продолжил Лорд Юстос, — один из лехерлов из компании Плантен закричал на меня «Что ты делаешь, идиот?!» Он крикнул это так громко, что его слышали все внутри.
Лютц, зачем ты это сказал?! И Фриц, как ты мог допустить такое?!
Кровь отхлынула от моего лица, но Лорд Юстокс продолжил свой рассказ с очень веселым выражением. После этой вспышки Лютца в мастерской воцарилась тишина, и даже сам Лютц понял, что он сказал то, чего никогда не должен был произносить. Однако прежде чем кто-либо успел заговорить, Фриц с холодной улыбкой, достойной Лорда Фердинанда, выступил вперед и немедленно прочитал Лорду Юстоксу строгую лекцию, которую тот запомнил дословно.
- Я не ожидал, что Главный священник пришлет к нам кого-то настолько неосведомленного, что он даже не знает, сколько времени и денег будет потеряно из-за испорченной бумаги, даже после того, как ему объяснили весь процесс. Должно быть, он совершил ошибку в своем суждении из-за того, что был так занят. Управляющий, который уничтожает продукты труда своих подчиненных, не может занимать место Леди Розмайн, и поэтому я немедленно доложу об этом Главному священнику. Нам не нужен человек, который не понимает важности и тонкостей нашей работы.
- …И-и-и что же вы сделали потом, Лорд Юстокс?
- Я, очевидно, не хотел, чтобы меня назвали бесполезным и выгнали в первый же день, особенно зная, что Лорд Фердинанд был в таком отчаянии, что действительно попросил моей помощи, поэтому я дал им достаточно денег, чтобы покрыть расходы на испорченную бумагу, и плюс немного больше, чтобы заставить
